Ночной дым - Нора Робертс

— Да… по-моему, поняла, — медленно ответила она. — Рай, я все время буду на связи. Но у меня очень много дел. — Она улыбнулась, пытаясь сгладить неловкость. — Для начала нужно вызвать сюда бригаду уборщиков и мастеров по внутренней отделке…

— Не вызывай, пока я не дам добро.

— Пожалуйста, сообщи сразу, как закончишь здесь! — Натали покорно вздохнула. — Можно взять отсюда кое-какие бумаги? Я перевезла их сюда из головного офиса всего несколько дней назад, чтобы удобнее было работать на месте… — Она ссутулилась. — Точнее, я надеялась, что смогу здесь работать. Снова отсрочка! — пробормотала она себе под нос.

— Хорошо, бери что хочешь. Главное, ходи осторожнее и смотри себе под ноги.

Глядя ей в спину, Рай покачал головой. Он не представлял, как можно так быстро передвигаться на высоченных каблуках. Правда, туфли на высоком каблуке очень идут ей.

— Как твои руки? — спросила Натали, роясь в папках.

— Что?

— Как твои руки? — Она обернулась, увидела, куда он смотрит, и рассмеялась. — Господи, Пясецки! Ты неисправим!

— По-моему, ноги у тебя начинаются от шеи. — Он посмотрел ей в глаза. — Спасибо, руки неплохо. Что тебе сказал врач?

Натали поспешно отвернулась и стала преувеличенно внимательно изучать папки с документами.

— Врач мне не нужен. Не люблю врачей!

— Трусиха!

— Наверное. Я неплохо себя чувствую, только немного першит в горле. Но с этим пустяком я вполне справлюсь и сама, без врача. А раз ты такой зануда, я тоже прочту тебе лекцию о том, что ты намеренно травишь себя и окружающих!

Он ухмыльнулся и убрал сигарету, которую только что вынул из пачки.

— А я ничего и не говорил… Ну как, ты все? Мне надо отвезти вещдоки на экспертизу.

— Да. Хорошо, что документы уцелели… Я сэкономлю кучу времени и сил. После того как разберемся со всем, попрошу Дирдре провести ревизию. Надеюсь, наши дела вовсе не так плохи и мне удастся открыть филиал в Денвере.

Сердце у него ухнуло куда-то вниз. Не удержавшись, он спросил:

— В Денвере? Ты собираешься вернуться в Колорадо?

Натали хмыкнула и, довольная, сунула документы в портфель.

— Пока не знаю. Сначала надо открыть и раскрутить новую сеть. Такое за одну ночь не провернешь. — Она набросила ремень портфеля на плечо. — Вот, пожалуй, и все.

— Я хочу тебя увидеть… — Слова дались Раю с большим трудом. Правда, еще труднее было признаться в этом самому себе. — Натали, мне нужно тебя увидеть. Без связи со всем происходящим.

Пальцы у нее внезапно задрожали; она вцепилась в ремень.

— Рай, сейчас мы с тобой оба очень заняты. Поэтому давай пока обратимся к делам и будем держаться друг от друга подальше.

— Да, наверное, так лучше.

— Что ж… — Натали шагнула к двери, но он преградил ей путь.

— Я хочу тебя видеть, — повторил он. — Хочу обнимать тебя… Хочу лечь с тобой в постель.

Ее обдало жаром; показалось, что она вот-вот воспламенится. И не важно, что он говорил грубо, прямо, без всяких экивоков. Поэзия и розовые лепестки на нее сейчас, скорее всего, и не подействовали бы.

— Я прекрасно тебя понимаю. Пока не знаю, чего хочу сама и с чем мне пока не справиться… Моя сильная сторона — логика. А рядом с тобой… у меня не получается рассуждать логически. Ты все усложняешь!

— Увидимся сегодня!

— Я буду работать допоздна. — Натали почувствовала, как постепенно слабеет, сдается. — А потом у меня деловой ужин…

— Я подожду.

— Не знаю, когда все закончится. Возможно, уже в полночь.

Он прижал ее к стене:

— Значит, увидимся в полночь!

Натали подумала: зачем она сопротивляется? Глаза ее затуманились, веки стали тяжелыми…

— В полночь, — повторила она, ожидая поцелуя. Ей захотелось снова попробовать его на вкус, ощутить чувственный трепет.

Вдруг она широко распахнула глаза.

— О господи! Полночь!

Видя, как она побледнела, Рай слегка приобнял ее.

— В чем дело?

— Полночь, — повторила она, прижимая ладонь ко лбу. — Я не связала одно с другим… Даже не подумала! Вчера мы приехали сюда в начале первого…

— Ну и что? — спросил Рай, не сводя с нее взгляда.

— Вчера… когда я переодевалась к ужину, мне позвонили. Кажется, я так и не научусь не подходить к телефону и переключаться на автоответчик… В общем, я подошла. Он сказал — полночь…

Прищурившись, Рай снова прижал ее к стене:

— Кто — он?

— Не знаю. Голос незнакомый. Он сказал… сейчас, погоди. — Оттолкнувшись от стены, Натали начала расхаживать по комнате. — Полночь! Он сказал — полночь! Ведьмин час. Не то берегись, не то бойся… точно не помню… — Она жестом показала на обгоревший, уничтоженный ковер. — Должно быть, вот что он имел в виду!

— Почему же ты мне раньше не сказала?

— Потому что совсем забыла о звонке, а вспомнила только что! — Разозлившись, Натали круто развернулась к нему. — Решила, что звонит какой-то псих, вот и не обратила на его слова ни малейшего внимания… Потом, когда мы приехали сюда, случилось сразу много всего, и было не до звонка. Откуда мне было знать, что он меня предупреждал — или, возможно, угрожал?

Не слушая ее, Рай выхватил из кармана блокнот, чтобы записать самое важное.

— В какое время он звонил?

— Около половины восьмого. Я не обратила внимания на время, потому что искала серьги и злилась. Не люблю опаздывать!

— Какие-нибудь посторонние звуки ты слышала?

Натали задумалась, нахмурила лоб. Жаль, что она не уделила внимания странному звонку. Но в то время голова у нее была занята мыслями о нем… о Рае.

— Я ничего такого не заметила. Голосу него довольно высокий… То есть… он явно мужчина, но голос у него какой-то бабий. Он хихикал, — вспомнила Натали.

Рай на миг пристально посмотрел ей в глаза и снова принялся строчить в блокноте.

— Голос был механический или живой?

Натали ненадолго задумалась.

— А, ты имеешь в виду запись? Нет, на запись не похоже…

— Твой номер есть в телефонном справочнике?

— Нет. — Смысл его вопроса дошел до нее не сразу. — Нет, — медленно повторила она. — Мой номер закрыт.

— Составь список всех, кому ты давала свой домашний номер. Всех до единого!

Натали выпрямилась, из последних сил стараясь сохранять спокойствие.

— Я могу составить только список людей, которые могут знать мой домашний номер… Но ведь кто-то мог получить его… не от меня! — Она откашлялась; в горле по-прежнему першило. — Рай, профессионалы обычно звонят жертвам перед тем, как устроить поджог?