Ночной дым - Нора Робертс

— Слушаю, мэм. Вы по делу, инспектор?

Натали отчетливо услышала в трубке голос Райана. Тот поинтересовался, не хочет ли Марк, чтобы через двадцать минут в дом нагрянула пожарная инспекция — он уже сейчас видит многочисленные нарушения правил противопожарной безопасности.

Марк что-то забормотал, и Натали стало его жалко.

— Хорошо, Марк, передайте ему, пусть поднимается.

— Да, мисс Флетчер. Спасибо!

Она отключилась и стала расхаживать по прихожей. Она не будет смотреться в зеркало и проверять, как выглядит!

Разумеется, она тут же посмотрелась в зеркало.

К тому времени, как Рай постучал в дверь, Натали успела сбегать в ванную, причесаться, брызнуть на себя духами.

— Тебе не кажется, что нечестно добиваться своего шантажом? — спросила она, распахивая дверь.

— Нет — ведь все вышло по-моему. — Он не спеша оглядел ее. Длинный халат цвета топленых сливок без всяких кружев и украшений. Сверху подчеркивает грудь, на талии стянут пояском… — Тебе не кажется, что носить такие наряды в одиночку — пустая трата времени?

— Нет, не кажется.

— Так и будем разговаривать на лестнице?

— Нет, не будем. — Натали впустила его в квартиру и закрыла за ним дверь. — Наверное, нет смысла напоминать, как сейчас поздно.

Вместо ответа, Рай молча прошел в жилую зону и огляделся. На светлых стенах яркими пятнами выделяются картины. Абстракции — ей, наверное, такие нравятся. Масса безделушек, но никакой пыли. Живые цветы в вазах, газовый камин, огромное панорамное окно, откуда открывается вид на город.

— Славная квартирка!

— Мне нравится.

— Ты любишь высоту. — Он подошел к окну и посмотрел вниз. Квартира Натали на добрых двадцать этажей выше того места, куда дотягивается самая длинная пожарная лестница. — Наверное, придется и твое жилище проверить на соответствие правилам пожарной безопасности. — Он обернулся. — У тебя пиво есть?

— Нет. — Натали вздохнула. Хорошее воспитание победило досаду. — Я пила вино. Хочешь?

Рай пожал плечами. Он не очень любил вино, но понимал, что кофе его организм уже не выдержит.

Приняв молчание за знак согласия, Натали пошла в кухню и налила еще один бокал.

— А к вину что-нибудь есть? — спросил он с порога. — Типа еды…

Она хотела уже огрызнуться, что у нее не круглосуточная забегаловка, но потом увидела его лицо при ярком свете. Он не просто устал — он измучен.

— Я редко готовлю. Из запасов у меня есть сыр бри, сухое печенье и фрукты.

Ее ответ его позабавил.

— Сыр бри! — Коротко хохотнув, он потер ладонями лицо и развел руки в стороны. — Прекрасно! Отлично!

— Иди садись. — Натали протянула ему бокал. — Сейчас все принесу.

— Спасибо.

Войдя в гостиную, Натали обнаружила, что Рай устроился на диване. Непринужденно растянулся во весь рост и закрыл глаза.

— Почему ты не поехал спать домой?

— Надо было кое-что сделать.

Одной рукой он потянулся к подносу, который она поставила на столик. Другой рукой он потянулся к ней. Наслаждаясь ее близостью, положил ломтик мягкого сыра на печенье.

— Не так плохо, — промямлил он с набитым ртом. — Я забыл поужинать.

— Может, заказать что-нибудь на дом?

— Было бы неплохо. Я решил, что тебе захочется узнать, как движется следствие.

— Хочется, но я рассчитывала узнать это несколько часов назад.

Рай пробормотал что-то неразборчивое.

— Что?

— Суд, — ответил он, проглотив очередное печенье. — Почти всю вторую половину дня пришлось провести в суде.

— Ясно.

— Но я получил твои сообщения. — Еда, хоть и скудная, придала ему сил, и он широко улыбнулся. — Ты скучала по мне?

— Рассказывай, — сухо ответила она. — Только так ты можешь отблагодарить меня за то, что я делюсь с тобой последними запасами!

Он отщипнул несколько блестящих зеленых виноградин.

— Я распорядился об охране твоей фабрики.

Ее пальцы, держащие бокал, застыли.

— Думаешь, их цель — фабрика?

— Все указывает на это. Кстати, попробуй узнать по приметам подозреваемого. Не крутился ли кто с такой внешностью возле твоих складов или магазинов? Белый мужчина, рост — примерно метр шестьдесят два, вес — шестьдесят килограммов. Волосы рыжеватые, жидкие. Разменял шестой десяток, но лицо круглое, лунообразное, прямо как у мальчишки… — Рай сделал секундную паузу и запил печенье вином. — Бледный, мышиные глазки, острые зубы.

— Нет, никого с такими приметами я не знаю. А что?

— Он поджигатель. Мерзкий крысеныш со съехавшей крышей. — Вино оказалось неплохим. Рай отпил еще. — С полным психом было бы легче иметь дело… Он обожает жечь все подряд и не возражает, когда за это приходится платить.

— Ты считаешь, что поджигатель — он, — тихо сказала Натали. — И ты знаешь его лично, не так ли?

— Да, нам с Кларенсом приходилось встречаться. В последний раз я видел его… лет десять назад. Он тогда слишком увлекся — любовался делом рук своих… Когда я подбежал к нему, он был весь в огне. Потом я его вытащил — и тоже задымился.

Натали с трудом сохраняла спокойствие.

— Почему ты думаешь, что мой склад и магазин поджег он?

Рай вкратце описал ей ход своих вечерних изысканий.

— Почерк совпадает, — подытожил он. — И потом, телефонный звонок. Он тоже любит телефон. И голос, который ты описала, похож на голос Кларенса.

— Со своими новостями мог бы и подождать до утра.

— Мог. — Рай пожал плечами. — Но не видел смысла.

— Смысл, — процедила она сквозь зубы, — в том, что речь идет о моем имуществе, о моей собственности.

Он не спеша осмотрел ее с ног до головы. Совсем неплохо — она гневом прикрывает страх. Что ж, ее трудно винить.

— Ты руководишь многими людьми. Так вот, скажи, ты делаешь выводы до, во время или после тщательной проверки всех данных?

Он видел, что она готова взорваться — собственно, на это он и рассчитывал. Зато она забыла о страхе, на что он тоже надеялся.

— Ладно! — Она с шумом выдохнула воздух. — Рассказывай остальное!

Рай отставил бокал в сторону.

— Он переезжает из города в город. Готов поспорить, он недавно вернулся в Урбану. И я его найду… У тебя пепельница есть?

Натали молча встала и взяла с другого столика мозаичную пепельницу. Она поняла, что несправедлива к нему, что на нее совсем не похоже. В конце концов, он смертельно устал, Потому что много дней подряд работает и днем и ночью — ради нее.