Неподходящая женщина - Джулия Джеймс

— Не понимаю, — медленно произнес Алексеус. Его гнев куда-то испарился.

Беренис помолчала, по-прежнему не сводя с сына глаз.

— Ты думаешь, я хотела, чтобы ты женился на богатой наследнице и стал еще богаче? И смог бы тягаться с отцом? Ну... отчасти — да, но основная причина другая. Я не хотела, чтобы твоя будущая жена страдала, как страдали мы. Возьми ты в жену богатую наследницу, ее собственное состояние дало бы ей силу, она была бы равной тебе во всех отношениях и в обществе. Мы — жены твоего отца — не были равными ему в его понимании. И это определяло его отношение к нам.

— Я не мой отец!

— Да, но у тебя много тех преимуществ, какие есть у него. Ты богат, красив и привлекателен, очень умен и удачлив в делах. Ты берешь от жизни все, что хочешь. Особенно, что касается женщин. Выбираешь, бросаешь. Некоторые из них, возможно, и заслуживают подобного обращения. Ведь они, несомненно, соглашались быть выбранными тобой взамен на те блага, которые ты им предоставлял. Этим женщинам плевать на твое истинное к ним отношение. Но если бы тебе встретилась другая? Когда эта девушка отказалась от огромного состояния, которое я предложила, мне стало очень жаль ее. Она собиралась отдать себя, свою красоту человеку, который женится на ней лишь из чувства долга. Ты же хотел от нее лишь секса, верно?

Какое-то время оба молчали. Потом Алексеус заговорил:

— Ты не права. Не права. Полностью, абсолютно не права.

— Да? — очень тихо, внимательно глядя на него, спросила мать.

— Да. Более не права, чем когда-либо, более не права, чем такое возможно.

— И что ты собираешься делать с этой моей неправотой?

— То, что я должен.

— Должен? Судьба освободила тебя от ответственности, от неподходящей жены, над тобой уже не довлеет долг чести.

— Ты не права. Я должен сделать это. Без сомнений и колебаний. В моей жизни нет другого смысла.

— Если так, — в глазах Беренис блеснули слезы, — поезжай за ней. И когда ты найдешь ее, передай ей мое благословение и мою безмерную благодарность.

Они посмотрели друг другу в глаза.

— Счастливого пути, — мягко сказала мать. Сын наклонился, поцеловал ее в щеку и вышел.

Вновь Алексеус не видел, не обращал внимания на прекрасную альпийскую природу, на прозрачный голубой воздух и неповторимые виды. Он думал о своей жизни, и, возможно, чистейший горный воздух позволил ему увидеть и понять все с пронзительной ясностью.

Неужели он был так слеп? Его брат, бесчувственный, безответственный молодой повеса, открыл ему глаза. Алексеус считал, что мать полностью поглощена поиском богатых невест, уверенный — это тактический шаг в войне, объявленный Беренис бросившему ее мужчине, но она заставила его увидеть правду, о которой он и не подозревал.

Со стыдом и болью Алексеус понял — он не узнал бы правды о самом себе, если бы не беременность Кэрри, если бы не эта трагедия, если бы она не разгадала его игру, если бы не оттолкнула его.

Я продолжал бы думать лишь о себе, о своем удовольствии... Продолжал бы тратить время впустую.

А ведь Судьба давала ему знаки, не будь он так самоуверен, он обратил бы на них внимание.

В день их знакомства — он же остановил машину, повинуясь неведомому импульсу. Пригласил незнакомку к себе, хотя прежде никогда так не делал. Ощущал в ее присутствии какой-то невероятный подъем. Ничего подобного он не испытывал с ее предшественницами...

Он чему-то научился у Кэрри. Чему-то важному, жизненно важному.

И я хотел не только секса, не только ее тела.

Нам было хорошо вместе. Как все просто.

Кэрри — та женщина, с которой я хотел быть. Просто быть с ней. Сидеть с ней рядом, лежать с ней рядом.

В конце концов, только это и важно. Он хотел быть с ней.

До конца своих дней. Если она согласится.