Мы больше не разговариваем - Тея Лав

Рядом поднимается волна и разбивается о берег, окатив нас соленой водой. Уилл отбрасывает доску, так как смысла в ней уже нет. Мы насквозь мокрые.

– Я думал, мы родственники.

Глава шестнадцатая

Уилл закрывает дверь и выглядывает в щель.

– Ого. Как бы этот сарай не разнесло.

Я осматриваюсь. Это небольшое строение недалеко от берега построили местные жители специально для хранения досок, для того, чтобы переодеваться ну и для укрытия от дождя в таких ситуациях, в которой оказались мы с Уиллом.

Здесь пахнет затхлостью, вокруг много старого никому не нужного хлама. Но в целом место безопасное.

Я стучу кулаком по старым доскам.

– Ну он же простоял как-то несколько лет.

Уилл поворачивается ко мне.

– Ты права.

Между нами повисает тяжелое молчание. Его последние слова слегка выбили меня из колеи. Я молча смотрела на него, пока он не схватил меня за руку и не потащил к этому сараю.

Уилл садится на старый раскладной стул в углу и морщась, растирает ногу. Я жую нижнюю губу, стоя посередине.

– Почему ты так думал? – наконец спрашиваю я.

Объяснять не нужно. Уилл прекрасно понимает, о чем я говорю. Он потирает пальцами лоб.

– Ты знала, что моя мама и твой дядя были вместе?

У меня округляются глаза.

– Что?

Он кивает, невесело усмехнувшись.

– Ага.

У меня уходит несколько секунд, чтобы уложить эту мысль в голове.

Дядя Ллойд и Ребекка?

– Так, – я начинаю ходить из угла в угол в тесном пространстве сарая. – И что? Хотя это вообще бред.

– Это правда, – спокойно произносит Уилл.

Я останавливаюсь и смотрю на него.

– Причем здесь я? Почему ты думал, что…

Внезапно у меня появляется мысль.

– … ты думал, что дядя Ллойд твой отец?

Уилл снова улыбается. И его улыбка снова невеселая.

– Ты всегда была догадливой.

Я трясу головой. Мои волосы с шумом ударяются о костюм.

– Поэтому ты послал меня? Просто потому что так подумал?

Уилл проводит ладонью по лицу.

– Я тебя не посылал, Фэй. И все было не так просто. Я услышал разговор и из контекста вырвал фразы, которые не соответствовали действительности. Мне было пятнадцать. Я…

– Что?

Он смотрит на меня, опускает взгляд на мои губы.

– Я был влюблен в тебя. Безумно. Думал тогда признаться. – Он вздыхает, качая головой. – Уже все спланировал на то лето. Ждал тебя, как сумасшедший. А потом услышал разговор мамы. У меня все оборвалось. Я чуть с ума не сошел. Думал, что оказывается отец всю жизнь был рядом. И что он ближе, чем я мог себе представить. Потом подумал о тебе. И Кирнан. Господи, в моей голове был такой бардак, Фэй. Я думал, что втюрился в кузину, понимаешь? Мне было паршиво.

Слушая все это, я невольно представляю себя на его месте. Проецирую. Так там советовал делать психолог в школе. Чтобы нам было проще понять другого человека.

И это работает. И еще его признание.

Мы молчим. Нам сейчас это необходимо. Но я все же нарушаю тишину:

– Я тоже была влюблена в тебя.

Слова слетают с языка прежде, чем я успеваю подумать. Но ведь это правда. Хотелось бы ее подержать при себе, но… пусть знает.

Уилл тяжело дышит. Он опускает голову.

– Черт, как же я облажался.

Я не спорю с ним. Он действительно облажался.

– И как ты понял, что это не так? Что дядя Ллойд не твой отец. Боже мой, ведь он не твой отец?

На губах Уилла появляется крошечная улыбка.

– Нет. Я узнал от мамы. Мы поругались, и я сказал, что все знаю, она не поняла, о чем я. Я объяснил. Ее реакция была… – Он пожимает плечами. – Я бы сказал странной.

– Какой же? – уточняю я.

– Она рассмеялась.

Я фыркаю и прячу свой смешок ладошкой.

Уилл тоже улыбается, посмотрев на меня.

– Ага. Но потом, когда она поняла, что я всерьез об этом думал, она не на шутку испугалась. Мы поговорили, и все встало на свои места. Кроме тебя.

– Точно.

– Дело было сделано, и я умолял ее ничего тебе на рассказывать.

Я прикрываю веки.

– Она и не рассказывала. – После паузы я добавляю: – Когда ты поговорил с мамой и все выяснил?

– Этой весной.

– Тогда почему ты вел себя со мной так, когда я приехала?

Он молчит.

– Уилл!

– Потому что прошлым летом перед отъездом ты начала гулять с Бенджи.

Я пытаюсь дышать ровнее. Нравится ли мне это? Его ревность? Да, несомненно. Но обида берет вверх.

– Ты понимаешь, насколько этот поступок эгоистичен?

Уилл кивает.

– Понимаю. Но я не мог ничего уже исправить.

– Конечно мог, просто струсил.

Я хватаю вещи и спешу к выходу. Все парни одинаковые. С виду они пытаются казаться крутыми и недоступными, но, если речь заходит о чем-то серьезном, наподобие признания собственной ошибки, попытки все уладить, так они сразу поджимают хвост. Конечно, проще сделать вид, что проблемы не существует.

– Куда ты? – удивленно спрашивает Уилл. – Подожди, Фэй, там льет как из ведра.

Стоит мне открыть дверь, как его слова подтверждаются. Меня буквально отшвыривает стеной дождя обратно в сарай. Я вынуждена закрыть дверь и снова повернуться.

Уилл смотрит на меня с тоской.

– Ты так бы и продолжал вести себя со мной на протяжении всего лета?

Он отрицательно качает головой.

– Конечно нет.

– Наверное, ты злорадствовал, когда Кирнан начала встречаться с Бенджи.

– Не без этого, – признается он.

Я морщусь.

– В прошлом году ты все еще думал о том, что мы родственники.

– Да. Потом в конце лета Бенджи и еще кое-что.

– Что?

Он снова потирает больную ногу.

– Прошлым летом на одной вечеринке у костра Карла услышала, как ты говорила обо мне.

Я напрягаю память и у меня неприятно сжимается в груди.

– Что именно?

– Ты говорила Зои и Монике, что я кретин и тебе жаль, что ты столько потратила на меня время в детстве. Я понимал, что ты говоришь это из-за обиды, но потом ты сказала, что жалеешь о нашем поцелуе, да и целуюсь я так себе. Меня это задело. Ты говорила обо мне гадости, Фэй, а я с тобой не разговаривал из-за того, что думал, что ты моя кузина. Я пытался уложить это в своей голове, думал, что поговорю с тобой позже. Думал, что попытаюсь доказать себе, что не люблю в тебя.

Мне стыдно за свои слова. Стыдно, что их услышал кто-то другой. А главное