Проклятый бывший - Эрин Стерлинг

– Что он может сделать? – спросила Гвин, – Ну кроме того, что бессмысленно рвать и метать по этому поводу.

Рис невесело рассмеялся, оттолкнувшись от шкафа.

– Ах, сколько раз я спрашивал себя: «Что может сделать мой отец, кроме как рвать и метать», только чтобы узнать, что может он многое.

Виви, и без того взволнованная, что было вполне нормально после пережитой борьбы с ордой оживших игрушек, теперь почувствовала, как сердце упало в пятки.

Отец Риса.

– Твой папа собирается прибыть сюда, – спросила она Риса, – и наказать нас?

Уголок рта Риса чуть приподнялся.

– Честно говоря, я бы посмеялся над словом «наказать» в отношении большинства людей на таком месте, но в случае моего отца…

Улыбка исчезла, и вместе с ней исчезли надежды Виви. Она подумала о карте Таро, которую нарисовала Гвин, о хижине тети Элейн в виде Башни, расколотой надвое и соскользнувшей со склона горы.

Что, если это было пророчество?

– Ты позеленела, – заметила Гвин и подошла поближе к Виви. – Мы все исправим, – сказала она, положив руки на плечи Виви и встряхнув ее. – Мы крутые ведьмы, помнишь?

– Ты крутая ведьма, – напомнила ей Виви. – Тетя Элейн – крутая ведьма. Я учитель истории.

– Ты можешь быть и тем и другим. – Руки Гвин напряглись. – И твоей вины тут нет. Идея проклясть его принадлежала мне, помнишь?

– Но это сделала моя магия, – ответила Виви, воскресив в памяти пламя свечи, слетающие с губ, непривычно тяжелые, звенящие от заложенного в них заряда слова.

Единственное по-настоящему мощное заклинание, которое ей когда-либо удавалось, должно было теперь разрушить ее жизнь.

Ничего удивительного.

– Позвольте мне вмешаться, как представителю пострадавшей, проклятой стороны, – сказал Рис, засовывая руки в карманы, – уж не преувеличиваем ли мы все опасность? Да, сегодняшний вечер выдался дерьмовым, от этого никуда не деться. Да, мы все немного напуганы, и это понятно, но пока эти маленькие ублюдки, – он кивнул на череп, брошенный на стул, – единственное, с чем мы имели дело.

– Они и пожар, который я устроила, попытавшись закрыть шторы заклинанием, – напомнила ему Виви, на что он пожал плечами.

– Ты заметила, что твоя магия всегда была немного… Как бы это сказать? Неустойчивая?

– Ну, моя зато очень даже стабильная, – заметила тетя Элейн, уперев руки в бедра. – Но то заклинание, что я использовала, чтобы очистить магазин, вышло намного сильнее, чем я предполагала.

– Веский довод. – кивнул Рис. – Но, возможно, доказательств того, что с ситуацией полная жопа, еще недостаточно, прошу прощения, мисс Джонс.

– У меня есть жопа, так что, думаю, смогу вынести произнесенное слово, мистер Пенхоллоу, – сказала тетя Элейн, пренебрежительно махнув рукой, прежде чем вздохнуть и прижать пальцы ко рту.

Это всегда было дурным знаком. В последний раз Виви видела этот жест от тети Элейн, когда Гвин ненадолго обручилась с парнем, который гадал на ярмарке Рен и называл себя «лорд Фалькон», несмотря на то что в его водительских правах значилось «Тим Дэвис».

Но теперь тетя Элейн только сделала еще один глубокий вдох и сказала:

– Я думаю, что вы, возможно, правы. Может быть, все не так плохо, как кажется.

– А кажется, все довольно плохо, мам, – заметила Гвин, нахмурившись. – Утверждаю как человек, чуть не сожранный пластиковой игрушкой.

– Нет, Рис прав, – вдруг вклинилась Виви, удивив саму себя. И Риса тоже, если судить по его приподнятым бровям. – Мы не знаем, действительно ли плохи дела или это был случайный магический всплеск. И чем бы это ни было, исправить все за один вечер у нас не получится.

Чем больше она говорила, тем лучше себя чувствовала. Конечно, им нужен был план.

Виви действительно хорошо разбиралась в планах.

– Послушайте, мы сейчас разойдемся по домам, немного поспим, а утром свежим взглядом оценим положение вещей. Рис, ты поговоришь со своим отцом.

Он нахмурился, но не стал возражать, поэтому Виви продолжила, указывая на Элейн:

– Ты, тетушка, поищешь способы снятия проклятий, а ты, – она повернулась к Гвин, – будешь… просто продолжать управлять магазином и уверять людей, что сегодняшнее маленькое шоу было частью веселья ко Дню основателя.

– Мне нравится, что моя задача – единственная, связанная с риском для жизни, – заметила Гвин, но, взглянув на Виви, подняла руки в знак поражения. – Хорошо, хорошо, операция «Успокоить магглов», я в деле.

– Отлично, – кивнула Виви. – Так, на этом пока все. У нас есть план. Вроде как… наполовину идиотский, но тем не менее план.

– На четверть идиотский, если хочешь знать мое мнение, – пробормотал Рис, но затем кивнул. – Но, конечно, лучше, чем ничего.

Оглядевшись вокруг, он вздохнул.

– И, по крайней мере, я смогу заново узнать Грейвс-Глен спустя столько лет.

Когда Виви уставилась на него, он добавил:

– Понимаешь… я не могу вернуться домой, пока все это не закончится.

Он был прав. Она знала это. Конечно, для того чтобы разобраться со всем этим, он должен будет остаться здесь.

В ее городе.

Работать с ней. Тогда он улыбнулся ей, подмигнув, и, несмотря на все это, проклятие, стыд, чертовы крошечные пластиковые черепа смерти, сердце Виви легонько затрепетало в груди.

Да, она определенно в аду.

Глава 12

Виви проснулась и обнаружила, что сэр Мурсиваль пристально смотрит на нее.

В этом не было ничего необычного – ему всегда нравилось находить по утрам того, кто последним оставался в постели, и ложиться рядом, а поскольку Гвин и тетя Элейн были ранними пташками, этой чести почти всегда удостаивалась Виви, когда гостила здесь.

Необычным было то, что он моргнул своими желто-зелеными глазами, посмотрел на нее, зевнул, а затем сказал:

– Слаадость.

Теперь настала очередь Виви моргнуть.

– Я сплю, – пробормотала она себе под нос. В конце концов, прошлая ночь выдалась действительно ужасной. Неудивительно, что после такого ей приснился яркий, странный сон, который, пусть и поражал реалистичностью, от реальности был далек.

– Сладость, – снова произнес сэр Мурсиваль, уткнувшись головой в руку Виви, и ладно, нет, это не было сном.

У них был говорящий кот.

– Гвин! – позвала Виви, немного отодвигаясь в своей постели, а сэр Мурсиваль продолжал расхаживать и кружиться по одеялу, пока с его усатых губ срывался постоянный рефрен «Сладость, сладость, сладость!».

Виви услышала шаги на лестнице, затем на пороге комнаты появилась Гвин, все еще в пижаме, ее волосы были убраны с лица яркой повязкой.

– Что такое? – спросила Гвин, и Виви кивнула на сэра Мурсиваля.

– Теперь он говорящий.

Гвин моргнула, глядя