(Не) мой наследник - Елена Левашова

– Что здесь происходит? – Златка появляется в дверях ванной. – Амиран, я хотела с тобой поговорить.

«Вот и правильно… Умница девочка, не надо начинать отношения с вранья. Скажи ему правду» – молю ее мысленно.

– Злата, мы выйдем или будем здесь разговаривать? – Амиран бросает взгляд на Никитушку.

– Амиран, мы можем выйти в коридор. А Никита побудет с сыном.

– А я хотел, чтобы и он присутствовал при разговоре. После того, что я о нем прочитал…

– Это неправда, – отрезает она. – Я бы не хотела, чтобы ребенок слышал нашу беседу. Предлагаю выйти в коридор. Никитушка, посмотришь мультик? А мы выйдем поговорить с доктором? – Златка сует сыну планшет и включает мультфильмы.

Не понимаю, какие у Амирана ко мне претензии, но послушно выхожу в коридор. Хотя мог бы его послать, а не оправдываться.

– Никита, это правда? То, что сейчас льется из каждого утюга? – без прелюдий начинает Амиран. Режет острым взглядом и дышит через напряжённые ноздри. Прямо разъярённый бык, а не мужчина.

– Я не слежу за новостями. Что ты имеешь в виду? – отвечаю твердо.

– Жена обвиняет тебя в насилии и отсутствии должного содержания. Почитай на досуге статьи «Модного вестника» и «Коммерсант-плюс». И еще сотни блогеров в инстаграме…

– Амиран, все это ложь, – вступается за меня Злата. – Какое отношение личная жизнь Никиты имеет к моему сыну? Зачем ты вообще начал…

– Затем, Злата! – отрезает он. – Мне теперь надо за вас беспокоиться? Откуда я знаю, как он поведет себя с тобой?

– Глупости, Амиран, – качает головой Злата.

– Злат, я сам могу за себя ответить. Я не считаю нужным перед тобой оправдываться. Мать моего сына мне верит – этого достаточно. Ты здесь посторонний человек, а не я, – цежу сквозь зубы.

– Никита, прекрати! Амиран не посторонний, он…

– Кто он для тебя, Злата? Ты рассказала, что мы планируем второго ребенка?

Черт, я перегнул палку… Надо было промолчать и дать ей возможность признаться, но меня захлестнул нешуточный гнев. Кто он такой обвинять меня и лезть, куда не следует?

– Что? Какого еще ребёнка? Значит, вы сошлись? И когда ты собиралась рассказать мне об этом? – поникшим голосом произносит Амиран.

– Ты все не так понял! – оправдывается Злата. Цепляется напряженными пальцами в его локоть и с мольбой смотрит в глаза. Похоже, я здорово напортачил… Не надо было вмешиваться…

– Прости, Амиран, но только так мы сможем спасти Никиту. Врачи настаивают на рождении второго ребенка. Они собираются использовать пуповинную кровь для трансплантации, – пытаюсь реабилитироваться я.

– Почему ты молчала? Как же теперь… мы? – Амиран меня словно не слышит.

Перевожу взгляд на Злату, замечая ее побелевшие губы и потускневший взгляд. Она меня сейчас почти ненавидит…

– Никита, уходи, пожалуйста. Я прошу тебя… – шепчет она. – Ты достаточно наговорил.

Возможно, она права… Не буду спорить и доказывать свою правоту – сейчас в ней нет никакого смысла.

– Извини, Амиран, – произношу, поймав его взгляд. – До свидания, Злата.

Возвращаюсь в палату, прощаюсь с сыном и, подхватив пальто, спускаюсь по ступенькам на улицу. Я могу стереть Габи в порошок… Заплатить блогерам и журналистам из желтых газетенок за липовые статьи, но я не хочу этого делать… Не желаю превращаться в ничтожество и терять достоинство. Пусть она делает, что хочет. А я буду делать, что должен.

Глава 27

Никита.

Роберт обещал выяснить контакт лучшего адвоката. Наверное, я совершаю ошибку, планируя довериться незнакомцу, но и другого выхода у меня нет. Габи не остановится – теперь я уверен в этом на все сто.

Бросив тоскливый взгляд на окна палаты, сажусь за руль и запускаю двигатель. Заеду к Никитушке позже. Заодно извинюсь перед Златой, хоть виноватым себя не считаю…

– Роб, – звоню другу, выезжая с больничной парковки.

– Никита, я нашел нужного человека, – деловито отвечает он. – Идеальная кандидатура для столь деликатного дела.

– Что же это за человек? У него есть опыт работы с Гражданским судом США? Он знает законы и…

– Тебе говорит о чем-то фамилия Либерман?

– Нет.

– Ники, ну ты чего? Ты сотни раз проезжал контору Либермана! Моисей Лазаревич отличный специалист. Его старшие сыновья живут и работают в Америке. Да и сам он свободно владеет английским. Он преподает в Краснодарском универе международное право. Правда, для заочников, но все же…

– Давай адрес, Роб. Поеду к нему. Габи зверствует. Статьи о моей непорядочности заполонили интернет. Об этом теперь даже ухажер Златы знает.

– И что, Ник? Ты ему не втащил? Этот… Этот чудак посмел тебя в чем-то обвинить?

– Попытался. Забей, Роб. Амиран – самое малое из зол.

– Может, тогда забить на Габи? Можно же все обернуть против нее? Если ты тиран, ей следует немедленно от тебя съехать. Ты согласен?

– Ты гений, Роберт! Но я не хотел действовать, как она… Хоть мне и не составит труда заплатить блогерам за скандал.

– Тебе не надо, согласен. Но есть же неравнодушная общественность? Я, например. Хотя… Сделай вид, что ты все это не слышал. А я не буду терять время… Позвоню кое-кому.

– Кому это? – с сомнением в голосе произношу я.

– Крупным блогерам и владельцам каналов на ютубе. Они помогали мне раскручивать ресторан, делали подробные видеообзоры и организовывали прямые эфиры. Если я позвоню, никто из них не откажется помочь. Но ты, Гончаров, не слышал этого, договорились? Все исходило от меня… Я инициатор, организатор и спонсор.

– Ладно, Роб. Сделаю вид, что не слышал. Поеду к Либерману.

– Не торопись. У тебя есть копия брачного договора?

– Мы его не составляли, Роб. Ты забыл, кем я был, когда Габи за меня выходила? Есть копия свидетельства о заключении брака. Оригинал хранится в калифорнийской квартире.

– Окей. Расскажешь потом, как все прошло.

Съезжаю с трассы, следуя указаниям навигатора. Адвокатская контора Либермана находится возле здания театра. Паркуюсь и выхожу под зимнее вечереющее небо, борясь с сомнениями и страхами. Только боюсь я не за себя… Не хочу, чтобы Никитушка узнал, что говорят о его папе. И уж тем более не желаю, чтобы показывали пальцем на моих родных – Злату, Степку, маму…

– Здравствуйте, можно? – произношу, приоткрыв дверь.

– Вы записаны, молодой человек? – хмурится седой высокий старик.

– Нет. Мне очень нужна ваша помощь, – отвечаю, ступая в глубь просторного, немного старомодного помещения.

– Консультация платная. А, учитывая, что вы пришли за пятнадцать минут до окончания моего рабочего дня…

– Без проблем. Оплачу, сколько скажете.

Либерман поправляет выглядывающий из нагрудного кармана белоснежный платок и взмахивает ладонью