Сумасшедший декабрь - Наталья Евгеньевна Шагаева

из кабинета. В коридоре сажаю Элю на стул, натягивая на нее шапку и куртку. — Застегнись, — прошу дочь, вынимая телефон. Скидываю очередной звонок мужа. Пишу ему сообщение о том, что мы едем домой, и прячу телефон в кармане. Понимаю, что у Юры могли, правда, быть дела, и он не подозревал, что с дочерью могло что-то произойти. Он, в конце концов, перезвонил мне раз десять, наверное. Но я мстительно хочу поставить мужа на мое место. Чтобы осознал мою беспомощность, когда очень нужен мужчина, муж, отец. Играть на чувствах нехорошо, но сегодня я беспощадна.

Ищу в записной книжке номер такси. Хватит пользоваться услугами Максима. Я очень благодарна, но мальчик все интерпретирует по-своему. Да и не мальчик он. Взрослый, молодой мужчина, который претендует на большее.

— У вас все хорошо? — Поднимаю голову и вижу, как Максим идет к нам. Серьёзный, даже можно сказать взволнованный. — Слушай, поехали в частную клинику, там…

— У нас все хорошо, Максим, спасибо, — улыбаюсь. Губы сами растягиваются.

— Точно?! — тоже улыбается, обращаясь к моей дочери, садится перед ней на корточки. — Ты как, Дюймовочка?

— Хорошо, — Элька смущается, осматривая Максима.

— Смотри, что у меня есть, — вынимает из кармана брелок в виде черного кубика с двигающимися шариками внутри. Необычно. — Это тебе.

— Спасибо, — забирает, начиная крутить шарики.

— Максим, я очень благодарна, но назад мы доедем на такси.

— Даже не думай, — качает головой. — Я привез, я и увезу.

Сдаюсь. Я так устала. Перенервничала. Этот парень меня обезоруживает своей открытостью и взрослыми мужскими поступками.

— Пойдем, — тяну руки дочери.

— А иди ко мне, Дюймовочка, — зовет Элю Максим. — Мама устала.

Дочь стесняется, хватая меня за руку.

— Не надо, я сама.

— Дюймовочка, я аккуратно тебя донесу, а маму надо беречь. Ей нельзя тяжёлое поднимать, она вон у тебя какая красивая.

Мерзавец. Манипулятор. Но в душе разливается тепло. Приятно. Давно мне так ненавязчиво не делали комплименты.

И моя дочь ведется, позволяя Максиму поднять себя на руки. Не сомневалась, что этот парень может очаровать девочку. Беру сумку, иду за ними. Наблюдая, как Эля обнимает Максима за шею, а тот ей что-то шепчет.

— Хочешь? — успеваю только выхватить его вопрос, и моя дочь с улыбкой кивает.

Садимся с Элей на заднее сиденье, Максим — за руль, трогаемся.

— Голодные? — спрашивает парень, посматривая на нас в зеркало заднего вида. — Здесь пиццерия отличная недалеко. Очень вкусно. Хочешь пиццу? — как в порядке вещей, спрашивает Максим у Эли.

— Да-а-а-а! — с энтузиазмом соглашается Эля.

— Максим! — пытаюсь остановить его порывы. Это уже слишком. — Эля, нас дома ждет папа. И очень волнуется. Пиццу мы закажем, если хочешь.

— Ладно, — сдувается Эля. Перевожу взгляд на зеркало. Встречаемся взглядами. Его глаза горят, в них азарт, интерес, огонь. Прикрываю веки, отворачиваясь. Дышу глубже. Становится не по себе от того, что меня вдруг начинает волновать этот взгляд. В груди зарождается что-то новое и волнительное. Как будто мне вновь восемнадцать и меня волнует мальчик. Но это всего лишь сожаление о том, чего не может быть.

Въезжаем во двор. Замечаю Юру, который нервно курит на улице возле машины. Паркуемся. Сердце начинает биться где-то в висках. Чувствую себя так, словно изменила супругу и меня поймали с поличным. Ужасное чувство вины смешивается с дискомфортом в груди. И дело даже не в Максиме, он просто помог. Дело во мне. Я посмела обратить внимание на мальчика, как на мужчину. Это внутренняя эмоциональная измена.

Юра еще не понимает, что мы приехали, ходит туда-сюда, подносит телефон к уху, и в моем кармане начинает вибрировать телефон.

Макс вновь ловит мой взгляд в зеркало. Теперь в его глазах что-то очень темное и холодное. Сжимает челюсть, окуная меня в свои глаза. Там предупреждение, нет, там ультиматум и жгучая ревность. Кажется, что в эту минуту он становится намного старше.

Отворачиваюсь, отстёгиваю Элю. Вдох-выдох. Выхожу из машины.

— Кристина! — Юра тут же бросается ко мне, в глазах тревога. Осматривает машину, немного ошарашен. Забираю Элю, молча передаю ее на руки мужу. — Зайка, ты как? Где болит? — заботливо спрашивает Юра.

— Уже не болит, — отмахивается Эля. — Только я ходить не могу.

— А… ты с кем? — ещё раз осматривает машину.

— Со мной, — выходит Максим.

— Максим мне помог, — сообщаю я.

— Макс, спасибо, — идёт к парню, тянет руку. Становится неловко, когда Максим медлит, но все-таки пожимает руку.

— Не за что, — Макс провоцирует, отвечая с легким пренебрежением. Но, кажется, мой муж этого не замечает. Или не хочет замечать.

— Я теперь твой должник. Кристина, я весь телефон разрядил, почему ты не отвечала? — предъявляет мне муж.

— Не слышала, — пожимаю плечами. — Некогда было.

На меня вдруг накатывает злость на Юру. Ну как он может не замечать неприязнь Максима и его интерес ко мне. Улыбается, лебезит только потому, что у парня фамилия депутата и крутая тачка. Мой муж ищет выгоду. А я хочу, чтобы поставил мерзавца на место, по-мужски, с ревностью. Но нет…

— Максим, зайдем, мы тебя ужином накормим, посидим, выпьем, — предлагает муж. Закрываю глаза, моля бога, чтобы Максим отказался.

— Юра, я устала, голова болит, — намекаю присутствующим, что ужин неуместен.

— Мышка, отдыхай, я все организую сам. Соглашайся, Максим, не обижай нас.

Сглатываю. Хочется забрать у мужа дочь и убежать домой. Закрыться там, и пусть они здесь делают, что хотят. Максим переводит взгляд на меня, а я просто убиваю его взглядом. «Нет, — мысленно доношу до него. — Не смей!»

— Хорошо, раз вы настаиваете, — разводит руками. Щелкает брелоком, запирая машину.

Мне кажется, я сейчас готова убить обоих. Хочется закричать и послать их куда подальше. Но это все глупо. Глотаю воздух, отбираю у мужа дочь и быстро бегу к подъезду. Как я объясню Юре свое нежелание видеть в нашем доме Максима? Он же помог. И этот мерзавец тоже хорош. Специально согласился. Ненавижу сейчас обоих.

Глава 16

Максим

Нет, королева, не убьешь ты меня своим красивым, грозным взглядом. Если твой муж — лох и не замечает, как у него уводят жену, так это мне только на руку. Я хочу знать, как ты живешь, чем дышишь и за что так держишься.

А я увожу чужую жену?

Хорошо подумал, Макс? Это же не просто трах и свободные отношения, основанные на сексе, это же ответственность надо брать.

Да, я ее увожу.

Нет, я хочу отобрать королеву у всего мира и пасть к ее ногам. Хочу и все. Иначе не прощу себе, что упустил такую