Господин Разрушитель - Марина Лётная

Подскочив на онемевшие ноги, я начал ползать по полу и судорожно подбирать свою одежду. Голова пришла в согласие с идей избавиться от балласта на нашем накренившемся судне. Быстрее! Пускай Никольская едет к себе домой и продолжает искать придурков в дешёвых забегаловках. На неё обязательно клюнет какой-нибудь папик и сделает ей карьеру пластиковой рок-проститутки! По контракту… А по контракту всё кристально просто — нет выступлений, и нет синглов, значит, договор будет аннулирован, не вступив в силу!

Мне стало необъяснимо тревожно — как будто Ева вот-вот побежит в город и начнёт вещать в рупор, собирая толпы слушателей. «Этот ваш неотесанный Господин боится поцелуев, хуже конца света! Так не бывает! У него психологическая травма?» Я не знаю… Я не знаю, что это, бл*дь!

Одетый, смятенный я поднял с пола телефон, на котором Ева оставила свои голые фотографии, но открыть не решился.

Всё-таки, она была идиоткой. Наглой простушкой, возомнившей, что набросится на меня и расколдует. Зачем мне эти снимки? Ей не хватило мозгов не оставлять мне поводов для шантажа, а хватит ли держать язык за зубами? Сомневаюсь…

Я с трудом сглотнул ком в горле и проследил за стрелкой настенных часов. Продолжать прятаться в её спальне будет не менее позорно, чем то, как я здесь оказался. Нужно было найти её сейчас же и объявить о разрыве контракта. Надеюсь, Никольская до сих пор позорилась в коридоре, сидя в одной простыне, как бежавшая пациентка психушки. Там её явно не хватало!

А почему? Почему сейчас же нужно прогнать девку? Из-за выхода сингла накануне, который я собирался заменить или… Потому что она пойдёт рассказывать обо мне подружкам? Они вообще у неё были? А журналисты? Станут её слушать без доказательств? Да тот же аноним на хер никому не сдался без своих диктофонов и фотографий! Зачем вообще я так завёлся?

Просто выдохни. Сделай вид, что она всбесила тебя тем, что ослушалась — но не более. И хорошенько вы*би в мерзкий рот…

Замерев уже в дверях и занеся ладонь над ручкой, я начал отбиваться от обрушившегося на не соображающую голову вопросов. Может, наоборот? Мне следовало не упускать эту дурочку из виду и подписать дополнительный договор о неразглашении… Чего неразглашении? Чего? Моих предпочтений в сексе? Я рехнулся? Тогда Ева точно заподозрит, что это слишком для меня важно.

Может, ещё дождаться, когда Киса раздобудет компромат?! И как скоро ей поступят предложения от жёлтой прессы после анонса? Хах, ну уж нет! Я этого не допущу!

Дверь громко захлопнулась. В коридоре горел жёлтый блёклый свет, все комнаты были закрыты. Сбивчиво осмотревшись, я вспомнил, что парни писались в студии. А куда делась Никольская я не знал.

— Здравствуйте, — вдруг донеслось из-под моих ног.

Я отшатнулся и врезался спиной в стену. В таком состоянии меня бы испугала и псина, размером с крысу. А тут целая женщина.

Юрген вызвал на дом уборщицу, что, корячась на коленях, чистила ворсистый ковёр. В какой-то момент её щётка упёрлась в мой большой палец на ноге, и женщина в платке и жёлтых резиновых перчатках выжидающе застыла, почему-то сжавшись. Как будто ждала подзатыльник.

Я неловко откашлялся и подвинулся.

— Вы… Не видели здесь… Чокнутую такую, в простыне, — пробубнил я, очерчивая руками в воздухе параметры фигуры девчонки.

Но уборщица не смотрела. Она боязливо подняла взгляд и молча указала рукой на дверь моей комнаты.

Твою мать…

***

Я не знаю, почему, но начал нервно посмеиваться, даже ещё не дёрнув за ручку. Никольская перепрыгнула за все мыслимые и немыслимые грани дозволенного, пробила дно в моей стальной выдержке. Сорвала поцелуй, после которого я чувствовал себя обманутой девственницей, лишившейся невинности, но… Зайти в спальню без спроса в моё отсутствие?

«Это уже конечная остановочка» — подумал я и толкнул дверь. Створка задрожала об стену.

— Ты? — словарный запас исчерпал себя. Я безудержно расхохотался в голос. — Тронулась что ли?

У Кисы из приоткрытого от неожиданности рта повалил густой дым. Девка сидела вмоейразобранной постели с бутылкой в руках, нацепивмоюлюбимую футболку, стряхивая пепел с последней сигареты, что оставалась вмоейпачке, чуть ли не на подушку, и пялилась вмойноутбук. Приторно воняло смесью табака и её гадких ирисок!

Пока я не ворвался на холостяцкую вечеринку Евы, как в сказке про медведей, предназначавшуюся одному мне, она даже самодовольно улыбалась. Но теперь оценила моё по ощущениям побагровевшее лицо и невинно заморгала, облизав нижнюю губу. При виде этого зрелища в груди что-то заскреблось, и я, почти успев подлететь к кровати, чтобы спихнуть девку, беспомощно остановился, бешено тыча в неё пальцем.

— П-проваливай! Я разрываю с тобой контракт! И сними мою футболку! — придётся сдать её в химчистку.

— Что? Прямо сейчас? — наигранно прогундела Ева и взялась за края майки.

Я попал в дурдом?

Злобно схватив её за тонкие запястья, я свёл женские руки над головой, помешав ей снова раздеться, и угрожающе навалился сверху. Бутылка, выскочившая из её ладони, опрокинулась. Пенящаяся липкая жидкость потекла по моей правой руке, упёршейся в матрас, и дальше, под оголившуюся задницу девчонки. Ева сдавленно пискнула.

— Хватит строить из себя дуру! Я знаю, что ты — хитрожопая стерва! Я не позволю тебе оставаться здесь больше ни минуты! Пакуй чемодан, Киса, — рыкнул я прямо в её нахмурившееся лицо.

Ева пытливо сощурилась. Я — ещё сильнее.

— Но… Что на это скажут твои фанаты, Господин?

— А что они могут ска…

Я понял.

Ослабил хватку и медленно отпустил девчонку, наблюдая за её широко расползающейся улыбкой. Опустился задницей на кровать, насквозь промочив штаны и трусы в луже пива.

Нет… Меня нельзя так легко надуть. Сука!

Я вцепился в ноутбук, а там — она даже не закрыла вкладку! Сидела, читала комментарии к анонсу в прямом эфире. Сотни! Тысячи комментариев! Сучка его опубликовала…

17. Возмездие

От увиденного у меня раздулись ноздри и закипела башка. Я собственноручно подарил Никольской возможность ещё раз надругаться над моим авторитетом. От него почти ничего не осталось, пока эта анархистка, посягнувшая на мою беспрекословную власть, потушила сигаретку об горлышко пивной бутылки и пихнула бычок внутрь. Эту дымящуюся инсталляцию Ева водрузила на тумбочку и, чтобы не вляпаться в растекшуюся лужу сильнее, поджала ноги. Будто прочитала мысли. Я подумал, что ей нужно их повырывать.

Конечно, смысла удалять пост уже не было. Весь блог стоял на ушах, фанаты строчили простыни текста