Зачем тебе ведьма, ведьмак? - Елена Яр

Хотя, по правде, мне нравилась Всемила. Своей душевностью, добротой и какой-то правильностью. Мне нравилось смотреть, как она двигается, занимаясь делами. Размеренный шаг и тяжёлые бёдра создавали ощущение, что она не ходит, а подпирает землю, не позволяя той вращаться слишком быстро. Её расположение мне потерять было неприятно. Но не смертельно — таких потерь у меня было на целую ярмарку, хоть продавай за медяшку.

Полностью одетые и такие же молчаливые, мы отправились к стоянке. Я хотела Дарию предложить посушить штаны заклинанием, но увидела, что он справился и сам.

Купцы сидели у костра и смотрели на наше приближение. Ждан встал, грозно сведя брови. И прежде чем ведьмак успел открыть рот и сказать что-то, купец невежливо ткнул в меня пальцем:

— Ты — ведьма!

Меня сорвало моментально.

— Да иди ты! — зарычала я ему в ответ. — А я-то думаю, чего это у меня с пальцев искры летят, а купчишки нахальные мрут через одного⁈

— Арина, сядь! — приказал Дарий.

От его тона я рассвирепела окончательно:

— А ты мне не приказывай! То, что у нас договор, не даёт тебе права ломать меня под каждого встречного. Да, представьте себе, я ведьма. И что? Кто-то уже пострадал? На кого-то я напала, высосала сердце? Да я вас спасла, если хотите знать, тогда с разбойниками. И даже благодарности не просила!

Всемила изумлённо хлопала глазами. Но не спешила верить, ждала, что по этому поводу скажет муж. Она не была шустрой на реакции, как я поняла, ей нужно было подумать, взвесить, рассчитать варианты. И лишь тогда она могла уже начинать поворачивать мужа в нужную сторону. А муж, выдающий первое, что приходило в голову, прямо сейчас пребывал в праведном гневе и нежелании внимать ничьим аргументам.

— Вы нас обманули! — резко заявил он. — И если ещё от этого богомерзкого существа подобное ожидаемо, то от благородного ведьмака — это низко.

— Я понимаю ваш гнев и готов объясниться… — начал свою спасительную операцию Дарий, но меня было не остановить. Я бываю вспыльчива и порывиста, особенно с потраченной на глупых русалок силой.

— Богомерзкое существо твою праведную шкуру спасло, вообще-то!

— Арина! — повысил голос Дарий. — Хватит!

— Хватит? Хватит⁈ И ты такой же! — повернулась я к ведьмаку. Потребность снова швыряться молниями свербила на кончиках пальцев, но в глазах уже и так темнело, а позорно свалиться под ноги людям мне не хотелось. — Думаешь, связал ведьму договором, можешь верёвки из неё вить? Как бы не так! Я и тебя спасла, если ты забыл. И вместо благодарности будешь меня призывать к порядку и одёргивать? Всю душу мне уже вымотал!..

Дарий сказал тихо, что было много шансов не услышать. Но у меня на редкость хороший слух, к сожалению.

— У тебя нет души.

И мигом всё пропало. Обида, злость, все яркие, как пламя, чувства. Я словно заледенела и внутри, и снаружи. Руки ещё подрагивали, но в голове стало ясно, как морозным утром по зиме. Я соскребла со дна силу, медленно выпустила чуть больше нави — целенаправленно, в ум и сердце. Вот так. Набрала в грудь побольше воздуха и очень медленно его выдохнула. Когда в лёгких стало снова пусто, я проговорила — спокойно, ровно и очень чётко, так, чтобы услышали все:

— Да откуда бы тебе это знать? Разве ты самый большой специалист по ведьмам? — Слёзы кипели где-то в глубине, но навь уже текла по жилам и смывала людское проявление обиды. — Не хотите как с человеком, тогда будет вам ведьма!

— Это ты так намекаешь, что наш договор расторгнут? — Дарий был мрачен, но даже не дрогнул.

— Нет. Я своё слово сдержу. — А потом добавила тоном, от которого заледенела бы и саламандра: — Но притворяться больше не намерена.

Я опустилась на бревно, которое служило лавкой для сидения, вытянула вперёд ноги и скрестила лодыжки. Руками оперлась о кору по сторонам от бёдер, уставилась на огонь. Так и просидела всё время, что собирались купцы, укладывая в телегу свой скарб. Дарий предлагал остаться до утра, обещал, что он в силах контролировать ведьму, но Ждан был непреклонен.

Правда, когда он возился с упряжью, ко мне на бревно шмыгнула Всемила и, словно извиняясь, сунула в руки свёрток. Я подняла на неё глаза, она как-то виновато улыбнулась и тут же встала, чтобы уйти.

Когда их повозка тронулась, попрощалась только женщина. Купец не счёл нас достойными своего ценного «до свидания».

Стих глухой стук подков по примятой дороге и скрип колёс.

Я развернула свёрток, что сунула мне в руки Всемила. Это оказался плащ, совсем новый. В груди самую малость потеплело: хоть кто-то позаботился и о ведьме.

Глава 13

Дарий

— Арина, ты обиделась?

Она медленно и очень спокойно подняла на меня глаза, и, клянусь, я увидел, что яркую теплоту её взгляда затянул лёд. Таким же холодным был и её голос.

— Нет, не обиделась. Наоборот, я испытываю к тебе крайнюю благодарность. Это было благородно с твоей стороны, правда. Я в последнее время излишне расслабилась и, похоже, стала забывать, кто мы друг другу. Мы враги, связанные обещанием. Когда-нибудь это закончится и придётся решать, что нам делать. Разойтись и забыть как страшный сон. Или выяснить, кто из нас сильнее и больше достоин жить. Так что спасибо за то, что расставил всё по местам.

Казалось, её холод заморозил что-то внутри меня. Звенящий лёд поглощал внутренности и тревожно звенел внутри.

— Арина, я вовсе не… — Я растерялся и не очень понимал, что нужно сказать. Но ощущения были такие, словно я выпустил повод коня и меня на полном скаку несёт к пропасти.

Она жестом остановил меня и продолжила:

— Не нужно. Я не расположена это обсуждать. Как тварь без души могу позволить себе вести себя соответственно. Но хотела бы, чтобы ты подумал вот о чём. В заклинании ведьмачьего щита, что есть внутри тебя и есть внутри меня, всего семь составляющих. Вспомни, на что он ставится и что является для него опорой.

— Сердце, — сразу ответил я.

— Думай лучше, ведьмак. — Она встала и отошла.

Я снова ведьмак. В последнее время она звала меня по имени. И даже сократила до какого-то дружеского «Дара» в пылу схватки с разбойниками, отчего внутри разливалось медовое тепло.

Теперь мы вернулись на неделю назад. Но, вероятно, ведьма права. Мы расслабились друг с другом, а это определённо зря. Она — навь, я