Мой (не) любимый колдун - Анна Рейнер

Тая от ласк Хаула, я не заметила, как колдун освободил меня от платья и застонала, стоило ему ненадолго отстраниться. Сорвав с себя рубашку и шепча мое имя, он начал покрывать быстрыми поцелуями мои щеки, скулы, шею, спускаясь все ниже и ниже…

Застонав от острого ощущения, я всем телом выгнулась ему навстречу. А поцелуи все продолжались и продолжались.

– Ты уверена, что хочешь этого? – почки касаясь моих губ, спросил он.

– Хочу, – прошептала, больше не в силах выносить этой изощренной пытки.

– Моя, – выдохнул он и наконец накрыл мой рот поцелуем.

Заведя мои руки вверх и перехватив их своей ладонью, он слегка придавили их к подушке. Второй он приподнял мои бедра и резко качнулся вперед.

В этот миг окружающий мир стремительно закрутился и все вдруг смешалось: страстные поцелуи, тяжелое дыхание, стоны наслаждения и тихий голос, шепчущий в темноте мое имя…

Разрядки мы достигли одновременно. Я думала, что Хаул сразу уйдет, но вопреки моим страхам, он лишь теснее прижал меня к себе.

– Теперь я тебя точно никуда не отпущу, – от его бархатистого голоса замирало сердце. – Моя Виктория. Только моя…

И снова я не услышала признания в любви, хотя после близости они были мне необходимы. Грустно вздохнув, я приподнялась, ища свою одежду.

– Боюсь, платье уже можно спокойно отправлять в топку, – обняв меня за талию и снова подмяв под себя, произнес Хаул. – Завтра у тебя будет новое.

***

Дождавшись, пока Виктория уснет, Хаул аккуратно встал с постели и, стараясь не разбудить девушку, быстро оделся. Уходить не хотелось. Совсем. Рядом с ней он наконец-то начал чувствовать себя живым, начал вообще что-то чувствовать. Хотелось наслаждаться каждым мгновением, проведенным с ней, но дела сами себя не решат.

Выйдя из комнаты, Хаул направился в императорскую библиотеку. Где-то там должны были храниться древние рукописи по истории мира и по свержению старых богов. Хаул хотел отыскать все упоминания о событиях тех дней и хоть какую-то информацию о новом боге, который так и продолжал находиться в тени. Вопрос, чего он ждёт и почему затаился, все ещё оставался актуальным. В то, что новый бог не знает, о возвращении Ледяного колдуна, Хаул не верил. Боги знают все и обязательно вмешиваются в события, если видят в этом необходимость. А то, что в мир вернулся сильнейший колдун прошлых веков, проигнорировать было просто невозможно. Это и напрягало. Бог бездействовал. Ну не верилось Хаулу, что он не преследует какие-то, только ему ведомые, цели.

– Килгор! – прорычал Хаул, прекрасно зная, что слуга его услышет. – Где ты, гаденыш?!

– Я здесь, хозяин…

Выйдя из каменной стены, Килгор поклонился.

Хаул сжал кулак. Воздушный поток с лёгкостью впечатал слугу в стену, а магические нити не дали скрыться в спасительном камне, полностью заблокировав ему пути.

– А теперь расскажи-ка мне, какого черта ты себе позволяешь прикасаться к Виктории? – обманчиво мягко произнес он. – Разве я отдавал такой приказ?

– Н-нет, – заикаясь ответил Килгор. – Но вы же не лишите жизни своего преданного слугу из-за какой-то девчонки, которая не знает покорности?

– Почему же? – Хаул зло усмехнулся и снова сжал кулак. – Сейчас и увидим.

Воздух вокруг Килгора мгновенно сгустился, став тягучим как патока. Слуга задергался, отчаянно ловя ртом воздух. Все попытки вырваться из ловушки разбились в дребезги. И лишь осознав, что сейчас он действительно умрет, Килгор всё-таки прохрипел:

– Пощадите…

Несколько мгновений Хаул медлил, раздумывая, стоит ли сохранить жизнь своему старому прислужнику или же закончить все разом, просто резко сжав кулак. И лишь когда Килгор уже закатил глаза, а с его подбородка потекла тонкая струйка крови, Ледяной колдун развеял убийственную магию.

Слуга упал на колени, хватаясь за горло и пытаясь отдышаться. Хаул медленно к нему приблизился и, сев возле Килгора на корточки, схватил его за волосы и заставил приподнять голову.

– Сегодня я не убью тебя, лишь потому что ты мне пока нужен, – холодно произнес он. – Но если ты ещё хоть раз попытается причинить Виктории вред, тебя уже ничего не спасет. Это моя женщина, запомни. А теперь вставай. У нас много работы.

***

Я проснулась в теплых объятиях Хаула и улыбнулась. Вчерашняя ночь была просто волшебной. От ярких воспоминаний кровь мгновенно прилила к лицу, и я почувствовала как краснею.

– Проснулась? – Хаул нежно провел по моей щеке пальцем, убирая упавшую на лицо прядь. – Император сегодня устраивает во дворце бал. Ты тоже приглашена. Так что пора вставать и завтракать. Через час мы едем в столицу, выбирать тебе платье, Виктория.

– Вика, – прошептала я. – Хочу, чтобы ты называл меня Викой.

– Хорошо, – поцеловав меня в макушку, он откинул одеяло и поднялся. – Вода в ванной горячая. Сейчас пришлю горничных. Они помогут тебе собраться.

Я кивнула и, дождавшись когда Хаул выйдет, тоже поднялась с постели. Платье действительно можно было спокойно отправлять в мусор. В порыве страсти, Хаул его просто разорвал.

Быстро обмотавшись тонким покрывалом, я направилась в ванную. Если честно, уже и не помнила, когда в последний раз лежала в полной ванне и наслаждалась горячей водой. Казалось, это было так давно…

Не сдержав восторженный возглас, я опустилась в воду. Что же, судя по всему, Хаул не такой уж бесчувственный, как мне казалось изначально. Ну не будет мужчина так нежен в постели с женщиной, которая ему безразлична. И шептать ей на ушко ласковые слова тоже не будет.

Я тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Как же хотелось верить, что мои чувства взаимны и Хаул действительно меня любит. Я бы многое отдала, чтобы только услышать три заветных слова, но давить и требовать признаний в любви было бы глупо. Нужно ждать, когда он сам созреет для этого. Вот только где набраться столько сил и терпения я не знала. Но так или иначе, а сейчас я чувствовала себя счастливой. И плевать, что я в чужом мире, главное, что любимый мужчина сейчас рядом, а большего и не нужно.

Вот только что делать с его слугой? Хаул заверил, что тот больше не причинит мне зла, но я все равно больше не хотела с ним сталкиваться. Да он чуть меня не убил! И убил бы, не знай он, что я необходима Хаулу, чтобы открыть какие-то там Врата в Обетованной. А не была бы нужна, его рука бы не дрогнула…

Пока я размышляла, вода остыла. Я с сожалением выбралась из ванны и, обмотавшись в полотенце, взглянула на себя в зеркало.

Неожиданно в отражении я увидела