Заноза - Карина Рейн

сил. Мне снова приходится перемерить половину платьев, так как надевать то изумрудное платье я отказалась, и в этот раз мы обе единогласно остановились на серебристом до колен. Оно было с бахромой и тонкими лямками, но замёрзнуть я не боялась: в доме всегда стабильная температура в плюс двадцать пять. Хохотнув, Сашка выбирает себе такое же, но чёрное с золотом, откуда-то выуживает ещё широкий ободок на голову, и становится похожа на девушку из тридцатых годов.

Но сегодня она явно задалась целью сделать акцент на мне, а не на себе.

Мне пришлось вытерпеть долгую процедуру макияжа, и хотя я уговорила её сделать его лёгким, а не кричащим, всё равно с трудом узнала своё отражение. Сашка заставила меня покрутиться, придирчиво осмотрела со всех сторон, и вытащила откуда-то из задворок шкафа несколько коробок с обувью, торжественно вручив мне чёрные лодочки. После того, как меня снова внимательно осмотрели, Сашка стянула резинку с моей головы и принялась мучить волосы, укладывая их волнами.

— Я окончательно превратилась в твою игрушку, — бурчу себе под нос, шипя, когда она в очередной раз больно дёргает меня за локон.

— Сказывается трудное детство без кукол, так что терпи, — отмахивается и довольно улыбается. — У него точно дар речи пропадёт.

Замерев от неожиданности, я отстраняюсь от неё и разворачиваюсь на пуфике к ней лицом.

— У кого это «у него»?

Её лицо остаётся совершенно невозмутимым.

— Ну, на вечере будет много народу, так что я сделала ставку на то, что кое-кому ты можешь понравиться, — даёт завуалированный ответ.

И хотя это объяснение меня не устраивает, Сашка молчит, как партизан на допросе, а я начинаю нервничать. После нашего с Максом разрыва я не особенно-то хотела начинать всё заново с кем-то новым, но, зная Сашку, могу сказать с уверенностью, что она слушать не станет. Поэтому я покорно поворачиваюсь обратно к зеркалу и терпеливо жду, пока она закончит колдовать над моей причёской и займётся собой, думая о том, что мне, возможно, каким-то чудом удастся избежать нежеланного знакомства. Периодически поглядывая на девушку, я ловила загадочную улыбку на её лице, и пыталась не обращать на неё внимания, но эта её ухмылка меня изрядно напрягала.

Кому она там хочет меня сосватать?

Стас

Я бездумно крутил в пальцах ручку со своими инициалами и гипнотизировал стену вместо того, чтобы заняться делом. Должен признать, что переезд в дом бабушки вместе с Ингой — не самое лучшее решение, но если бы я не взял её с собой, было бы много хуже. Она мастер устраивать скандалы на пустом месте и создавать конфликты из воздуха, так что жизнь в доме без неё на ближайший месяц превратилась бы в сущий ад.

Она знает о том, что имеет надо мной некоторую власть, но и моё терпение не безгранично.

— Станислав Андреевич, к вам Филипп Леонидович, — привлёк внимание селектор голосом секретарши.

Откладываю ручку в сторону и откидываюсь на спинку: пришло время заняться работой.

— Пусть войдёт.

Я не успел договорить, как дверь распахнулась, и в кабинет вошёл мой лучший друг, ставший после смерти деда ещё и компаньоном, и я не солгу, если скажу, что до сих пор не плюнул на всё только благодаря его поддержке. Конечно, временами он бывает тем ещё засранцем, но этот недостаток с лихвой компенсируется его многочисленными достоинствами, включая преданность.

— Привет, дружище, — с улыбкой протягивает мне руку. — Выглядишь паршиво.

— Наверно, потому, что и чувствую себя так же, — бросаю в ответ.

— Снова Инга?

В отличие от моей бабушки и сестры, Фил был в курсе некоторых… кхм… нюансов моего решения жениться на дочери Литвинова — моего делового партнёра и в некотором смысле опекуна, так как кое-какие проблемы после смерти деда у меня всё же случались. Я не хотел расстраивать свою семью, но и держать в себе всё это не собирался, а Филипп умел отлично хранить секреты без лишнего соплежуйства.

— Иногда я думаю, что они с сестрой специально устраивают соревнования по доведению меня до белого каления, — сдавливаю переносицу, чтобы сосредоточиться. — На ближайший месяц мне понадобиться больше терпения, чем я мог проявить прежде.

— Женщины, — понимающе скалится друг. — Вечный камень преткновения.

— Ладно, шутки в сторону. Что там у тебя?

Фил достаёт из папки документы и карту и раскладывает их передо мной.

— Это насчёт нового места под строительство торгового центра, — поясняется, посерьёзнев. — Боюсь, у нас есть небольшие проблемы.

— Администрация снова артачится?

— Да нет, как раз наоборот — проявляет чересчур много энтузиазма. Если сейчас не поторопимся, землю у нас из-под носа уведут.

— Ясно, — вздыхаю. — Пытаются себе цену набить, а она и так кусается. Ладно, это вопрос времени. Что-то ещё?

— Есть небольшая загвоздка, — досадливо морщится, разворачивая карту. — Вот здесь на территории участка находятся остатки усадьбы какого-то помещика — ну как остатки… один череп от фундамента остался. Но за него местные краеведы задницу рвут, и, боюсь, они могут вставить нам палки в колёса.

— Я понял, — сцепляю руки в замок. — Надо бы устроить встречу с этими защитниками — может, получится найти какой-то выход. В конце концов, эти остатки перенести можно, раз уж они им так дороги.

— Сделаю, — кивает. — Но с покупкой земли лучше поспешить, иначе потом будем рвать волосы, сам знаешь, где. Расположение участка очень удачное, другой такой вариант мы вряд ли найдём.

— Я тебя услышал, — усмехаюсь. — Сделка состоится в ближайшее время. Если это всё, то ты свободен.

— Слушай, Стас, может, хотя бы аванс за землю внесём? Не опростоволоситься бы…

— Внесём, внесём. Вот завтра же и внесём.

Он кидает беглый взгляд на часы.

— Ещё только десять утра — можем и сегодня успеть. Ты ведь везде почётный гость, тебя и без предварительной записи примут.

— Всё, Фил, не компосируй мозги, мне Инги хватает, — беззлобно рычу, на что друг закатывает глаза. — Свяжись с договорным отделом администрации, пусть начинают составлять договор о продаже — укрепим свою позицию, как покупателя.

Филипп снова кивает и, отсалютовав, скрывается за дверью. Этот проект был важен для меня, потому что ещё три года назад мы планировали выкупить его с дедом, но тогда администрация отказалась продавать участок. Теперь я покупаю его, несмотря на нереальную цену, в память о человеке, который заменил мне отца, и чёрта с два позволю кому-то перехватить проект.

Но даже несмотря на такую мотивацию, голова была забита чем угодно, только не работой. Это становилось моим постоянным состоянием на время приезда Саши — наверно, в