Лед нашей любви - Мия Лавьер

– Эта река впадает в озеро Онтарио, если ты захочешь, мы обязательно съездим туда, – пообещал он.

– Мик, тут замечательно! – все еще глядя в окно, с придыханием ответила я.

Так и было. Здесь можно было увидеть старые деревянные дома, построенные еще в начале девятнадцатого века, и услышать легенды о древних индейских племенах, которые когда-то населяли эти земли.

– Мы приехали, – Микаэль остановил машину у аккуратного белого двухэтажного домика.

Он был обнесен таким же аккуратным белым деревянным заборчиком, а на фасаде развевался флаг Канады.

Фостер открыл двери, и я просто соскользнула к нему в руки, позволяя себя поймать.

Мик достал из глубины салона походную сумку, явно набитую вещами, после чего закрыл свою «Бетси».

– Готова? – он протянул руку.

– Нет, – призналась я и вложила свою ладонь в его.

Держась за руки, мы пересекли лужайку и оказались перед резной дверью.

Микаэль нажал на кнопку звонка. Внутри дома послышался шум, и дверь отворилась.

На пороге стояла Елена…

– Мама, мы дома, – расплылся в улыбке и поприветствовал ее Мик.

Микаэль

Ева переводила взгляд с мамы на меня и обратно. Это шокировало ее чуть больше, чем я ожидал.

Я давно уже раздумывал над тем, как показать ей мой дом. И это дурацкое не свидание оказалось идеальным предлогом.

Мне хотелось отвезти в Порт-Хоуп Еву сразу по нескольким причинам. Во-первых, мне кажется, что если я позволю ей узнать меня, то это поможет нам сблизиться. Во-вторых, это всегда было особенное место для меня, и мне очень хотелось им поделиться с Евой, чтобы она влюбилась в этот маленький городок так же, как и я.

– Не стойте в дверях, проходите, – мама сделала приглашающий жест рукой.

Мама все еще была в той же одежде, что и на тренировке, видимо, она приехала ненамного раньше нас.

Дом встретил привычной чистотой и уютом. Он был светлым и просторным. Первое, что привлекало внимание, – стеллаж с кубками, медалями и грамотами во всю стену. И не все они принадлежали мне. Большая их часть – это награды мамы и папы, когда они еще выступали в большом спорте.

– Ты не мог раньше сказать, что тренер твоя мама? – зашипела сквозь зубы Ева так, чтоб слышал только я.

– И испортить весь сюрприз? В чем тогда удовольствие? – я подмигнул, утягивая ее в гостиную.

Большую часть комнаты занимали диван и пара кресел, недалеко от дивана стоял небольшой журнальный столик, на котором лежала уже начатая монополия. На противоположной от дивана стене висел большой плазменный телевизор, он бы настроен на спортивный канал. Естественно, транслировали хоккей.

В одном из кресел сидел седовласый мужчина – мой отец Джоэл Фостер. Я унаследовал его проникновенный взгляд и небольшую горбинку на носу.

– Ева, познакомься. Джоэл Фостер – мой отец. Пап, это Ева.

– Рад знакомству, милая, – отец поднялся с кресла, и я отметил, что далось это ему тяжело. – Наконец-то Микаэль привел в дом девушку, я уже думал, не доживу до этого.

Конечно, неловкостей в общении с родителями мне не избежать. Хорошо, что мама не приготовила альбомы, чтобы показывать мои детские фотки. Раньше она с гордостью демонстрировала их всем. Поэтому в какой-то момент я просто перестал приводить друзей домой.

Хотя папа прав. Девушку я привел впервые. Потому что для меня Ева была особенной, для меня она была всем.

Джоэл заключил Еву в объятия. Она на мгновение смутилась и не знала, куда деть свои руки. Потом неловко подняла их и обняла отца в ответ.

– Мне тоже очень приятно, мистер Фостер.

– О, прошу, просто Джоэл, – он наконец-то выпустил Еву из плотного кольца своих рук.

– Ты уже донимаешь бедную девочку? – в комнату вошла мама.

Она уже успела переодеться, сменив рабочий спортивный костюм на домашнее платье в горошек. Оно ей безумно шло. Мама сразу стала выглядеть моложе, и из ее взгляда, казалось, пропала вся строгость.

– Дай мне порадоваться, дорогая, – папа тепло улыбнулся жене.

Елена и Джоэл в браке уже больше сорока лет, но он все еще смотрит на маму с тем же обожанием и любовью, точно как в день их первой встречи.

– У тебя будет еще время. А пока, Мик, – она обратилась ко мне, – покажи Еве ее комнату и спускайтесь к обеду.

– Пойдем, – я снова взял Еву за руку.

Когда мы оказались на лестнице, ведущей на второй этаж, где нас уже не могли слышать, Ева вырвала руку:

– Какая еще комната, мы что, остаемся?

О да, милая. В этом весь план.

Я изобразил невинную улыбку:

– А ты против?

– Да! – возмутилась Ева. – Стефан и Лив с ума сойдут. Я не предупредила, что меня не будет. И у меня нет никаких вещей с собой.

– Кстати, об этом, – я толкнул первую дверь слева, когда мы поднялись на второй этаж. – Вот тут ты найдешь все необходимое.

Я водрузил походную сумку, которую все это время держал в руках, на кровать.

– Откуда…

В сумке были действительно ее вещи: сменная одежда, косметика, зубная щетка и даже шампунь и гель для душа. Последние – это моя прихоть, мне до безумия нравился этот тонкий аромат малины, которым пахли ее волосы.

– Оливия помогла это все упаковать. А Стефан был абсолютно не против, чтоб ты немного прокатилась.

По правде говоря, Риверс даже с восторгом приняла эту идею, а вот Стефан отнесся более настороженно. Пришлось заверить его, что я отношусь к его сестре очень серьезно.

Мне нравилось то, как он оберегает Еву. Как он сначала думает о ней, а потом о себе. Это у меня вызывало огромное уважение.

– Видишь, никаких проблем, – снова улыбнулся я. – Осмотрись немного, если хочешь, освежись, и через двадцать минут спускайся.

Я спешно покинул комнату. Задержись еще хоть на минуту, и я бы набросился на нее. Вид такой грозной Евы в моей комнате (а она действительно будет спать в моей комнате, я займу гостевую) до жути возбуждал меня. Надеюсь, вечером все пройдет так, как я запланировал.

В коридоре я прислушался, но в комнате было тихо. Может, Ева решила отдохнуть?

Я прислонился лбом к стене.

Господи! Веду себя как мальчишка!

Ева

Я осталась растерянно стоять посреди комнаты. Когда я размышляла о сегодняшнем свидании, даже и представить не могла, что Мик повезет меня знакомиться со своей семьей. И тем более, что его мамой окажется