Смертельные Игры Дона - Джуди Хейл

— Я спрашиваю не про оргию, которая, кстати, чертовски горячая. Я имею в виду возвращение домой. Твой отец очень рад тебя видеть.

Он делает глоток из стакана с водкой, который на удивление полон. Традиционным напитком «Грязной ночи» является пиво, а не спиртные напитки.

Вдруг кажется, что Нико больше не мой сопровождающий, а уважаемый гость клуба. Папа, должно быть, каким-то образом узнал, кто такой Нико на самом деле, и это заставляет меня задуматься, когда же я получу выговор за выбор парня.

Нико продолжает мягким голосом.

— Он говорит, что прошло четыре года с тех пор, как ты в последний раз приезжала в Гармонию.

Или, может быть, я не получу выговора вовсе. Похоже, отец одобряет Нико, учитывая, что он сплетничал обо мне и угостил его водкой в «Грязную ночь», не меньше. Полагаю, я виновата в том, что заставила его думать, что мы с Нико пара.

Я делаю глоток пива — которое мне никогда особенно не нравилось — и вздыхаю, оглядывая свой дом, свой мир, который посторонние не всегда понимают.

— Полагаю, хорошо вернуться. Ничего не изменилось. Я все время поддерживала связь с папой и моими ближайшими друзьями, просто больше сюда не приезжала.

Нико кивает, затем протягивает мне руку:

— Дай посмотреть.

Чувствуя себя более чем смущенной из-за того, что Нико ранее стал свидетелем моего горестного шоу, я показываю ему свою пульсирующую ладонь. Я поспешно перевязала ее и сжимала ладонь в кулаке, чтобы остановить кровотечение. Он начинает развязывать повязку, и я стискиваю зубы от боли.

— А как насчет твоей семьи, Нико? — спрашиваю я, обращая на него внимание, отчасти для того, чтобы отвлечься от его действий.

— Что насчет нее? — он не смотрит на меня; вместо этого достает из своей кожаной куртки бинт.

— Ты туда вписываешься? — спрашиваю я, наблюдая, как он заливает рану водкой. И я теперь я понимаю, зачем она ему. Он попросил ее из-за меня.

Нико усмехается, а затем приковывает меня своим ярко-голубым взглядом.

— Я и есть семья Софи. — он слегка выпрямляется, чтобы объяснить — В моем мире есть только два типа людей: те, кто являются членами семьи, и те, кто таковыми не являются. А чтобы защитить свою семью, цель всегда оправдывает средства. Это мало чем отличается от тех правил, которые установил здесь ваш отец.

Я снова вспоминаю слова Кейда.

— Конечно. Неудивительно, что ты кажешься своим.

Он возвращается к моей руке, вытирает ладонь чистым белым носовым платком.

— Ты думала, что я не впишусь, Софи? Поэтому ты меня сюда привела?

Его тон ровный, но есть… нотки, скрытого беспокойства.

— Ты вынудил меня привезти тебя, помнишь, — парирую я, но понимаю, что он имеет в виду.

Я могла бы его предупредить. Но я этого не сделала. Часть меня хотела его растормошить. Привезти его к опасным людям, которые ему не преданы. Я хотела посмотреть, как поведет себя самоуверенный Нико, лишенный всего своего комфорта. Мне следовало знать… кошки всегда приземляются на лапы.

Нико кивает, осматривая рану на моей ладони, которая больше не кровоточит.

— Очень хитро, Софи. Это не тот хаос, которого я ожидал.

На мгновение мне кажется, что он имеет в виду мой мотив привезти его домой, пока он не добавляет: — Кто научил тебя пользоваться ножом?

— Друг, — отвечаю я с ухмылкой.

— Понятно. — он шепчет — Тот же друг, что научил тебя стрелять?

Я смотрю на Нико, чтобы оценить его реакцию, когда говорю.

— Нет, отец научил меня стрелять, когда мне исполнилось десять.

Я знала, что это его не шокирует, но выражение восхищения на его лице согревает меня так, что я не могу объяснить. Встреча с «нормальными людьми» в колледже заставила меня осознать, каким испорченным было мое детство.

Он начинает сжимать мою руку.

— Какая у тебя дальность стрельбы?

— Папа заставил меня попадать в монетку с расстояния сто ярдов, прежде чем я смогла подумать о вождении.

Нико усмехается, как будто услышал знакомую шутку.

— Что смешного?

— Ничего, Софи, я просто думаю, что это впечатляет.

Я настороженно смотрю на него, пока он завязывает бинт. Однако он не отпускает мою руку. Вместо этого он переплетает наши пальцы и прижимает мою руку к теплым, крепким мышцам своего бедра.

Я смотрю на руку, держащую мою. Он загорелый, по нему, как веревки, проходят толстые вены, ведущие к запястью и предплечью. На его безымянном пальце находится платиновое кольцо-печатка с выгравированной буквой V и инкрустированными бриллиантами. Не в силах сопротивляться, я начинаю трогать и прослеживать вены, наслаждаясь упругой текстурой и шелковистой волосатой кожей.

— Тебя обучали борьбе? — спрашивает он хриплым голосом, который говорит мне, что то, что я делаю, не оставляет его равнодушным.

— Крав-мага, коричневый пояс.

— Неплохо, — хвалит он.

Я поднимаю взгляд и замечаю игривый блеск за палящим жаром в его глазах.

Я улыбаюсь в ответ, наслаждаясь трепетом, которым его слова пронизывают мой позвоночник:

— Что дальше? Хочешь узнать, сколько я могу жать лежа?

Выгнув бровь, он медленно скользнул взглядом по мне, заставляя мою кожу гореть.

— Штангу? Нет.

Он качает головой, его голос понижается на октаву.

— Меня больше интересует твой присед. Должен сказать, Софи, это ахуенно фантастически, с какой стороны ни посмотри.

Мне потребовалось время, чтобы понять, о чем он. Я не смогла удержаться от смеха.

— Ты невероятен, Нико Вителли.

— А ты чертовски сексуальна. Иди сюда. — внезапно он притягивает меня, и в следующий момент я оказываюсь у него на коленях. И раз уж мы заговорили о силе… просто, вау. Не забудьте про быстрый рефлекс.

Я смущенно оглядываюсь вокруг, хотя не могу сказать, что мне не нравится то, где я нахожусь. Я чувствую его твердую стальную длину под своей задницей и не могу удержаться от легкого трения по ней.

Он прижимает меня к своей груди, кладя руку мне на живот. Дрожь начинается там, где он касается меня, и распространяется ниже. Его теплота и аромат ветивера окружают меня, проникая в мой мозг. Прежде чем я даю себе разрешение, уже склоняюсь ближе, прижимая нос к его шее.

Его стон приводит меня в чувство, и я ловлю себя на том, что нежно кусаю его мочку уха. Я в шоке, но не пытаюсь слезть с его колен, я просто выпрямляюсь, задаваясь вопросом, что, черт возьми, на меня нашло.

Словно чувствуя, что мне нужно отвлечься, он кивает в сторону пары у костра.

— Итак, кто они?

— Это Фанг, парень, который уступил нам свою комнату. В последний раз, когда я его видела,