Погубленная добродетелью - Кора Рейли

Внезапно Морис отстранился. Потребовалось время, чтобы понять причину. Поцелуй Мориса фактически заставил меня забыть обо всем.

Но Морис был уже сброшен на землю, а Сантино навис над ним.

Парень выругался по-французски, поднялся на ноги и бросился на Сантино. Мои глаза расширились. Плохая идея.

Через минуту Сантино снова положил Мориса на землю – лицом вниз.

Колено Сантино вдавилось в спину парня, и выражение его лица говорило о том, что он хотел сломать бедняге позвоночник.

– Сантино, – начала я. – Морис не знает, кто я.

Улыбка Сантино источала такой холод, что у меня по коже пробежали мурашки.

– Может, тебе следует намекать парням, что они рискуют своей жизнью, прикасаясь к тебе и уж тем более целуя.

– Отвали! – прорычал Морис по-английски.

Сантино вдавил колено сильнее в спину, Морис застонал от боли.

– Ты ее парень?

– Телохранитель, – быстро ответила я и шагнула к ним. Я схватила Сантино за плечо, чувствуя, как его мышцы напрягаются под подушечками пальцем. – Сантино.

Мужчина выпрямился и наконец отпустил Мориса, который тотчас вскочил и предусмотрительно отошел в сторону.

– Телохранитель? Ты знаменита?

Сантино усмехнулся.

– Она принцесса мафии, держись подальше от нее, если только не хочешь, чтобы я сломал тебе позвоночник.

Морис, похоже, решил, что Сантино шутит, но взглянул на мое виноватое лицо, и его глаза округлились.

Он покачал головой, выплеснув череду французских ругательств, самым мягким из которых было:

– Вы, американцы, совершенно чокнутые. – И ушел, не прибавив ни слова.

Сантино взял меня за руку и поволок прочь, но не на вечеринку, а к подъездной дорожке.

– Что ты делаешь? Еще даже не полночь! Я не поздравила Клиффорда!

– Если ты думаешь, что я останусь на вечеринке еще на секунду, чтобы посмотреть, как ты предлагаешь Клиффорду себя в качестве подарка на день рождения, то ошибаешься. Если ты считаешь, что общение с похотливыми мальчиками-подростками – способ меня разозлить, то ты меня не знаешь.

– По твоим критериям, мне, вероятно, нужно соблазнить Кларка-старшего. Я никогда не паду так низко, как ты, Сантино.

– Подожди немного. Учитывая твое поведение за последние несколько недель, я бы сказал, что ты на правильном пути.

– Ты хочешь, чтобы я была пай-девочкой? Тогда перестань вести себя как придурок.

Мы подошли к машине. Луиза уже сидела в салоне.

Сантино наклонился ко мне, в его глазах пылала ярость.

– Кто тебе такое ляпнул? По-твоему, я хочу, чтобы ты была хорошей девочкой?

Ох! Черт возьми.

– Тебе нужно, чтобы я была примерной девочкой при других парнях. – Я сграбастала его за рубашку. – Но в глубине души ты мечтаешь о том, чтобы я была плохой только для тебя.

Сантино перехватил мою руку, которой я сжимала его рубашку, и стряхнул с себя.

– Я не играю в твои игры, Анна. Да и тебе лучше перестать. В следующий раз, когда я увижу тебя с другим парнем, я переломаю ему кости, кем бы он ни был, даже Кларком-старшим.

– Я перестану целовать парней, если ты перестанешь трахать женщин.

Он мрачно рассмеялся:

– Это не переговоры.

– Значит, ты считаешь, что сможешь трахнуть миссис Кларк, а я просто буду сидеть сложа руки и смотреть как пай-девочка.

– Мы – никто друг другу, Анна. И тебя, черт возьми, не касается, с кем я сплю.

– Касается, если ты заводишь интрижки во время работы.

– Садись в машину, сейчас же. Дискуссия окончена. Я продолжу трахать миссис Кларк и любую другую женщину, которую захочу, а ты держи ноги сомкнутыми, пока Клиффи не решит жениться и не лишит тебя девственности. – Он захлопнул дверь прямо перед моим носом и запер ее на замок.

Я в ярости вскинула средний палец.

Мужчина ухмыльнулся и направился обратно к дому.

Луиза уставилась на меня круглыми от шока глазами.

– Ух ты. Вы двое в конечном счете убьете друг друга. Может, тебе стоит взять с собой в Париж еще одного телохранителя?

– Нет. Но я не отпущу его так легко. Сантино думает, что может мной командовать. Я знаю, что он хочет меня. И не сдамся, пока не заставлю его проглотить свои слова.

– У меня очень плохое предчувствие по этому поводу. Что ты намерена предпринять?

– Сантино полагает, что разбирается в моих играх, но я еще даже не начинала. Все ставки сделаны на Париж.

– Я ужасно переживаю за тебя, Анна. У тебя ведь есть чувства к нему. Что, если ты пострадаешь?

– У меня теперь нет чувств к Сантино. Но он меня привлекает. Я закручу с ним роман в Париже. Он как зуд. Мне просто нужно его расчесать.

– Мой зуд всегда усиливается, когда я начинаю чесаться, обычно я не могу остановиться, пока не поцарапаю себя до крови.

Я покачала головой:

– Я держу ситуацию под контролем, не волнуйся.

Глава 10

Сантино

Я не мог вспомнить, когда в последний раз был так зол. Анна вела опасную игру, и, к сожалению, я продолжал идти у нее на поводу как дурак.

Я отправился на поиски Леонаса. Наконец я нашел парня – в одной из гостевых спален с темноволосой девушкой, стоящей на коленях и делающей ему минет.

В комнате пахло какой-то дрянью, и, судя по отупелому выражению лица девушки и тошнотворной ухмылке Леонаса, они оба накурились.

Дети Кавалларо станут моей погибелью. Рано или поздно я убью одного из них.

– Верни свой член на место, – прорычал я.

Однако маленькое шоу даже вызвало у меня улыбку, поскольку его член находился именно там, где ему и место.

Я достал телефон и сфотографировал:

– Пришлю твоей маме. Может, она сможет достучаться до твоего обкуренного и возбужденного разума.

Леонас отшатнулся от девушки и попытался броситься ко мне.

– Черт, чувак! Не надо шутить.

– Я выгляжу так, будто шучу? Мне надоело, что вы с Анной действуете мне на нервы. Меня не волнует, если ты трахнешь половину Чикаго, но воздерживайся в мою смену.

Я засунул телефон в задний карман.

– Ты отправил фото? – обеспокоенно спросил Леонас, натягивая штаны. По крайней мере, придурок уважал мать и явно не хотел, чтобы та увидела скандальную фотографию.

Учитывая, как сильно он любил провоцировать отца, парень, вероятно, не отреагировал бы так же, если бы я пригрозил отправить снимок Данте.

Что ж, в этом-то и суть: вы любите своих детей и не можете пытать их, чтобы достучаться до отпрысков. Отец несколько раз бил меня, но я не был размазней, поэтому желаемого