Оборотень - Анастасия Малышева

Для меня такой восторг был странным. Само понятие «готовое платье» было странным. Но… Если так подумать, в моих уроках не было экономики. Никто и никогда не рассказывал мне о том, сколько стоят платья — особенно мои платья.

Хоть у меня и были достаточно скромные домашние платья, без вороха пышных юбок, но скромными они являлись лишь на мой взгляд. Сейчас же, когда я смотрела вокруг, то понимала что мои наряды в замке по-прежнему оставались весьма и весьма… Непростыми.

Мне кажется, даже слуги нашего дворца носили более дорогую одежду. Даже не по ткани дорогую, а скорее… Более качественную?

Я вздохнула. Этот вопрос тоже надо будет задать Реоне. Не хочу всё-таки, чтобы меня считали деревенщиной, не знающей простых вещей. И быть ей — тем более не хочу.

Снаружи палатка-ателье не особо отличалась от всех прочих. А внутри… Чем-то напоминало мою гардеробную. Пара очевидно богатых нарядов на манекенах и несколько расписных ширм, отгораживающих большую часть палатки.

Элина осматривалась вокруг и на её лице всё яснее проступало разочарование. Хотя она явно старалась его скрыть, получалось у неё не особо. Это было по-своему мило. И в такие моменты совершенно не ощущалось, что Элина старше меня на несколько лет.

Внутри, к слову, было совсем не пусто. Помимо трёх работниц, здесь было пятеро взрослых дам, которые выглядели гораздо более знатными, чем все виденные раньше.

— Ох, Элина, здравствуй.

— Доброго дня, леди Амираль.

Элина исполнила неуклюжий реверанс в ответ на приветствие самой младшей из покупательниц — она выглядела ровесницей Корнелии. Спутницы женщины благосклонно улыбнулись нам и вновь углубились в обсуждение нарядов с «их» продавщицей.

Не очень-то вежливо, но… Не мне на это указывать. Не уверена, что я в свою бытность принцессой вела себя лучше.

Оставаться здесь не особо хотелось. Сейчас я чувствовала себя не деревенщиной, а скорее… Обманщицей? Как будто снова надела чужое платье, чужое имя и лицо, и пытаюсь сделать вид что всё так, как и должно быть.

Я поморщилась — определиться, как следует себя вести, чтобы это выглядело естественно, не получалось. Сейчас меня спасало лишь то, что Элине и самой было неловко.

Выпорхнувшая к нам девушка-работница развила бурную деятельность. Предложила несколько вариантов, всячески окружила вниманием и заботой. От неловкости это не избавило, но в его проявлении мы с Элиной были удивительно солидарны.

Когда выяснилось, что на выбранные три повседневных платья выделенных Реоной денег хватает, я даже немного расстроилась. Но выдохнула с нескрываемым облегчением, сбежав из палатки с одеждой, держа в руках сумку с тремя новыми нарядами, бережно туда сложенными.

Непривычно, удивительно, но какое облегчение, что эта пытка закончилась. Именно из-за того, что я боялась выдать себя каким-то неосторожным жестом, словом.

Деревенские девочки не командуют швеями. Не указывают на ошибки. И не ведут себя так, словно они принцессы. Элина тоже выглядит подавленной. Или скорее растерянной и смущённой. Наверняка она ожидала от столичного ателье чего-то более сказочного.

С базара мы вышли по короткой дороге — почти незаметной тропке, возле соседней палатки. Вернулись на широкую «главную» дорогу и выдохнули с облегчением почти одновременно. Переглянувшись с Элиной, я ей слабо улыбнулась и получила в ответ благодарный неуверенный кивок.

— Лучше бы мы пошли к местному торговцу одеждой, — вздохнула Элина и посмотрела на меня виновато. — Извини.

— Ничего страшного, — я покачала головой.

— Не говори наставнице, пожалуйста, — девушка вновь вздохнула. — Она ведь предупреждала меня, а я не послушалась.

Последние слова она промямлила почти беззвучно. Я посмотрела на неё с удивлением, отмечая что у Элины и щёки покраснели, и плечи виновато опущены.

— Расскажи мне о ней, — предложила я.

— О госпоже Реоне?

— Да.

— Ну…

Элина растерянно смотрела перед собой, пока мы медленно шли обратно, в сторону храма.

— Она хорошая, — неуверенно протянула девушка. — Строгая. Но справедливая…

— Твоя сестра с тобой бы не согласилась.

Тяжкий вздох был мне ответом.

— Госпожа Реона добрая, на самом деле. Просто она очень несчастная.

Я посмотрела на Элину с удивлением — была уже уверена, что разговор закончен и что весь остаток дороги до храма так и пройдёт в неловком молчании.

— Реона? Несчастная? — я недоверчиво покачала головой.

— Она до сих пор скучает по дочери, — тихо произнесла Элина, посмотрев на меня с грустью, и понизила голос до шёпота. — Бабушка рассказывала, что она до сих пор хранит её комнату в том же виде, в каком она осталась после отъезда дочери.

Я медленно кивнула. Теперь стал понятен тот беспорядок в комнате. Видимо, Кармель не слишком любила порядок.

А ещё стало понятно, почему Реона так отреагировала, когда увидела меня. Я бы наверно так же отреагировала, увидь сейчас Симону. И хотя моё горе было значительно более коротким, я могла понять, что чувствует Реона. Не в полной мере, может, но всё же.

Надеюсь, это поможет нам хоть немного сблизиться.

Глава 9. Нечего бояться (часть 1)

Этот обед проходил в молчании, как и все предыдущие на этой неделе.

Леди Шонель и Лонесия на обеды приходить вообще перестали, отец постоянно был напряжён и погружен в свои мысли. Терион же просто хранил нейтралитет, не пытаясь заговорить с младшей сестрой первым.

Астерию всё устраивало.

Она вновь общалась только с учителями и личной служанкой. И никаких тревог, никаких волнений или интриг вокруг.

Даже тётя, хоть и бросала при случайных — или кажущихся таковыми, — встречах многозначительные взгляды, заговаривать вновь не стремилась. Как будто бойкот объявила, чтобы племянница получше прониклась.

Раньше, пару раз, это в самом деле срабатывало. Да и сейчас, если бы Астер по-прежнему томилась в башне в окружении учебников с учебниками, а общаться могла буквально с четырьмя людьми, наверняка бы постаралась умаслить тётушку. Убедила бы, что всё понимает. Притворилась бы, что прониклась. Заверила бы, что всё осознала и обязательно исправится, в конце-то концов!

Но башня осталась там, в дальнем углу сада. Надёжно опутанная защитными заклинаниями магистра Виарно и пугающими слухами о связанных с ней тайнах, таящихся опасностях и о божественных карах за нарушения установленного порядка. И ходу туда не было даже Астер.

Башня осталась на своём месте, но Астер туда не было ходу. Зато сейчас ей был доступен весь замок целиком —