Хроники амбициозной брюнетки - Арина Холина

Девушка крепко задумалась, нахмурилась и жалобно сообщила, что ее за это могут уволить.

— Ладно. Тогда скажите, что к Захару Панову посетительница. Просто посетительница.

Захар спустился минут через десять.

В хороших брюках от костюма и чуть приталенной рубашке.

Огляделся, но Дашу узнал не сразу. Сегодня она надела белые брюки и простую белую майку — ничего лишнего, никаких отвлекающих деталей. Простой конский хвост, очки, красная сумка «Биркин» — подарок поклонницы.

Даша ни за что бы сама не купила такую сумку. Сумка за четыре тысячи долларов? Ха-ха-ха. За ними очередь? Бред.

То есть, если ты жена Абрамовича, может, это и не бред, надо же людям, которые могут заполучить все, чего-то хотеть.

Но, получив подарок, она искренне обрадовалась, так как это все же чертова статусная сумка — временный пропуск в мир безграничных возможностей.

Все это глупости, но некоторое время Даша была счастлива как дитя.

С сумкой, правда, обращалась подчеркнуто небрежно.

Даша и впрямь разволновалась. Слишком уж переживал Захар.

И он был такой… Наверное, самый красивый. И самый злой.

Он встал очень близко, глаза в глаза. Нахмурил брови. Зеленые глаза сощурились и потемнели.

Даша ощутила, как внутри что-то екнуло. Ей нравились разгневанные мужчины.

Захар ждал.

— Привет! — улыбнулась она.

Захар закатил глаза.

Конечно, суть дела в том, что она, Даша, хочет если не вернуть его, то хотя бы извиниться. В прошлый раз, когда они поругались из-за этой дурацкой съемки, она была уверена — он простит.

А сейчас… Это неожиданно превратилось в увлекательную игру — в результате Даша ни в чем не была уверена, уж слишком нервничал Захар. Что может быть приятнее завоевания мужчины, когда все подбирается внутри, все силы подтягиваются, все нервы наизнанку?..

— Даш… — он покачал головой и отвернулся.

— Захар, нам определенно надо поговорить, — твердо заявила Даша.

И тут он неожиданно завелся.

— Поговорить?! Хорошо! — Он схватил ее под локоток, не грубо, деликатно, но крепко, и повел за собой.

Вытащил из офиса, провел через подворотню во двор, где пасся толстый ребенок с бабушкой, поставил под дерево.

— Что ты мне хочешь сказать? — довольно сдержанно поинтересовался он.

— Не знаю, — ляпнула Даша.

О боже! Ей вдруг сделалось смешно и захотелось отмотать время назад.

Он же не Витя, в конце-то концов!

Ладно, надо довести его до съемок в журнале.

— Тогда я пойду, пожалуй, — зло ухмыльнулся Захар и действительно пошел.

— Захар! — одумалась Даша. — Ну ты что?! — Она догнала его, схватила за руку.

— Даша, ты меня сейчас крайне раздражаешь, так что давай лучше отложим…

— Крайне… — шутливо передразнила Даша. — Захар, я не хочу без тебя. Прости меня, пожалуйста! — Она вцепилась в него обеими руками. — Я знаю, я — сука! Но…

— Даш, ты кинула меня ради другого мужчины, — мягко заметил Захар. — Что еще можно сказать?

Ох, как бы красиво сюда вписались слова «Я люблю тебя!». Но она его не любила.

— Захар, но ты же знал, что я пи…нутая! От тебя эти сведения никто не скрывал! — Даша утянула его обратно под дерево. — Я была не права, я поступила как тварь, но, поверь, ничего не было! Я просто боюсь отношений! Да! — ответила она на недоверчивый взгляд Захара. — Боюсь! Боюсь и не люблю! Но мне с тобой хорошо, а если ты хотя бы немножечко меня простишь, я больше никогда так не буду!.. Клянусь тебе!

— Ты ведь понимаешь, что все это только слова? — поинтересовался Захар.

Даша кивнула. Мало того — глупые, дешевые слова. А что еще она могла придумать?

— Ой, не знаю… — Захар покачал головой.

Даша пожала плечами и привалилась к нему.

Он был горячий… во всех смыслах. Неожиданно Даше так его захотелось, что она перестала владеть собой — еще секунда, и она поволокла бы его в ближайший подъезд. Его руки гладили ее спину, прижимали к груди, пальцы запутывались в ее волосах…

А если это любовь?

Не может ведь она так отчаянно хотеть человека, если за этим ничего нет?

— Даш, сейчас надо сделать паузу, — донесся откуда-то сверху его голос.

— Что еще за паузу? — пробормотала она.

— Мне нужно на работу, — заявил он.

— На работу? — опешила Даша.

Какая к чертовой матери работа, если у них тут… такое?

Захар быстро поцеловал ее в лоб и ушел.

А Даша так и осталась под деревом с открытым ртом.

Ха!

Вот это романтика!

Поэтому она и не могла влюбиться в такого, как Захар, который работает на работе, ведь расписание — это не для нее. Если бы на его месте был… гм… Витя, они бы уже либо занимались любовью на ближайшем чердаке, либо неслись к нему домой. Даже если бы он в это время работал в студии. Даже если бы встречался с президентом.

Какой Захар рассудительный!

Работа!

Кретин!

Оскорбленная в лучших чувствах Даша села в машину, включила кондиционер, закурила.

Офисный… как говорят?.. планктон… Не надо связываться с людьми не своего круга — не поймут, осудят, возненавидят!

Что видел этот малек?

Секция фехтования, «вынь руки из-под одеяла», голые тетки на вкладышах в жвачке, институт, пиво, девки, в лучшем случае пара книжек Пелевина, чтобы прослыть интеллектуалом, народная мудрость от журнала «Максим» — вот и вся его жизнь!

Да и Оксана эта… Вот бы вышла парочка! На зависть клушам, которые в Турции трахаются с массажистами! И даже не с массажистами — с аниматорами!

Оксана, с кругозором как у зубной щетки и Захар, хрустальная мечта которого — «Хюндай Санта Фе» с беспроцентным кредитом.

Мрачная Даша приехала домой и позвонила в 911. Группа поддержки попала в пробку, но приехала довольно быстро — одни жили неподалеку, другим хотелось купаться.

Очень красивая Наташа — профессиональная содержанка. Даше она нравилась тем, что в голове у этой девицы не было ни одной пессимистичной мысли.

Не красивая, но яркая Оля — певица, надежда русского рока, брюнетка с крашеными черными волосами.

Друг Илья — молодой человек, владелец ресторана. Очень энергичный, похож на располневшего Винсента Галло.

Марат — архитектор, гомосексуалист. Мужчина с атлетической фигурой.

Вера — журналистка, немного нелепая девица в странных нарядах. Производит впечатление человека, который может заблудиться в лифте, но Даша уверена, что Вера отлично соображает, просто ее не волнует, какое впечатление она производит на окружающих.