Хроники амбициозной брюнетки - Арина Холина

Он единственный.

Надо уже как-то с этим смириться и не делать хорошую мину при плохой игре…

Даша сидела в гостиной перед открытым французским окном и размышляла, отчего она наплела всю эту чепуху Оксане. «Немножко влюблюсь». Что значит эта поза?

Глупость какая-то.

Ладно, с ней такое бывает. Ляпнет не подумав. Впрочем, Оксана — отнюдь не представитель журнала «Тайм», цитировать ее не будет.

— Даша, у нас тут в некотором роде замораживаются продажи… — бубнил редактор.

— Что значит «в некотором роде» и «замораживаются»? — нахмурилась Даша.

Все ясно. Плановая встреча с редакцией обещает стать чем-то б?льшим.

— Ну-у… — Редактор Миша порылся в бумажках. — Мы продали сто двадцать тысяч экземпляров последней книги, и пока это все. То есть продажи есть, но хуже, чем ожидалось. И это уже тенденция.

— То есть? — помрачнела Даша.

Вот мерзость!

Вчера все было так хорошо — приехал Захар, они занимались любовью, пили вино, и Даша даже не предполагала, что сегодня ей придется работать головой, — она-то думала, что поставит роспись на акте сдачи-приемки, заберет деньги и уедет домой отсыпаться.

Уфф! Это засада!

— Ну в прошлый раз продажи остановились где-то на двухстах тысячах…

— Двести тысяч — тоже неплохо! — Даша заняла оборонительную позицию.

— Неплохо, но раньше мы продавали триста без особого напряжения, так что, как видишь, есть тенденции…

— Ок! — остановила его Даша. — Я все поняла.

Ха-ха. Она уже забыла те времена, когда цифра в пятьдесят тысяч казалось ей пределом мечтаний.

— У тебя есть идеи? — поинтересовалась она.

— По опросу, читатели меньше заинтересованы в твоей героине…

— Но она же каждый раз разная! — возмутилась Даша.

Тьфу! Что это с ней?

Все правильно — упали продажи, надо что-то делать, а не оправдывать это лунной активностью или глобальным потеплением.

— Ладно, — Даша покачала головой. — Все ясно. Нужен новый характер.

— Наверное, — кивнул редактор. — Ты подумай, а новую книгу не начинай пока.

Даша с гордо поднятой головой вышла из издательства и попросила Валеру отвезти ее на городскую квартиру.

Там ей никто не помешает насладиться своим позором.

Она… Расслабилась? Потеряла нюх?

Конечно, все ее героини имели кое-что общее — и это общее была она, Даша. Каждый раз она писала о том, как бы поступила сама. Она не развивалась.

Главное — не переборщить с самобичеванием.

Но страх уже подкрался и следил за ней, пусть издалека.

Столько молодых и наглых. Ладно, наглостью ее не напугаешь, но вот свежестью впечатлений, желанием выделиться…

Она не исписалась, нет. Просто… застряла.

Надо выбираться — и по возможности с малыми потерями.

Да, это удар по самолюбию. Но кто у нас лучше всех держит удар? Правильно, Даша Аксенова.

Хотя, конечно, форму она потеряла — уже давно ей не нужно было никому ничего доказывать. Так-так-так… Если «Космо» с ее фотографией выйдет через три-четыре месяца, хорошо бы к этому времени сдать книгу. Ошибочка! Не сдать — опубликовать. А это значит, что за пару месяцев нужно сочинить роман. Ха! Если бы у нее была идея. Но идеи-то нету.

Только бы не поддаться панике.

Лучшая идея, которая пришла Даше в голову в то мгновение, — отправиться за красной икрой, свежим хлебом и двумя килограммами тигровых креветок, купить фильмы «Красотка», «Дневники принцессы 1–2» и триллер «Ведьма из Блер 2» и пустить корни в диван.

Звонки она переадресовала на Оксану.

Но ни прохлада квартиры, ни спокойствие, ни обжорство не дали результата. Мозг отказывался работать.

Хотелось на дачу.

Даша попросила Анастасию Владимировну взять отпуск, отослала Оксану в город и отменила все встречи.

Она пыталась отделаться и от Захара, но тот не обращал на ее нытье ни малейшего внимания.

— Я буду вечером, — заявил он. — Что привезти?

— Вкусненького, — попросила Даша.

Она только что проснулась. Часы показывали половину четвертого. Наверное, у кого-то уже кончается рабочий день.

Даша налила кофе, наслаждаясь тишиной и возможностью ходить по дому в трусах. Влезла в Интернет и провела там пару часов.

Бросила в бассейн матрас и устроилась на нем.

Ни одной мысли. Даже о сексе. Даже о еде.

Правда, состояние нервное, но, если долго лежать на солнце, время от времени окунаясь в бассейн, это пройдет.

Но стоило ей расслабиться и задремать, послышались гудки. Даша отказывалась верить, что сигналят ей.

С неохотой открыла глаза, подплыла к бортику, вылезла из бассейна и тяжело потопала по газону. Это был Захар.

— Ты что? — опешила она.

— Даш, мы же договаривались, — удивился он.

— Договоривались, но ты не сказал, что окажешься здесь через два часа!

— Уже семь. Это вечер. — Он пожал плечами. — А в чем дело?

В чем дело? Дело в том, что она не готова сейчас развлекать Захара. Вечер — это после десяти. Через три часа.

И вот так всего за неделю Захар превратился в «супруга». Возращался в семь. Готовил ужин. Они смотрели кино. Занимались сексом. Захар ложился спать. А Даша бродила по дому, непонятно чем занималась в сети, хандрила и все никак не могла покрасить ногти на руках.

Когда вместо кино они стали смотреть телевизор, Даша взбунтовалась.

— Захар, ты так себя ведешь, как будто все это нормально! — воскликнула она и выключила телик.

Захар отставил миску с попкорном и уставился на Дашу.

— Ладно, объясню! — не сдавалась она. — Ты думаешь, это моя жизнь? — Она ткнула пальцем в телевизор, в миску с попкорном.

— Даш, я вообще не понимаю, о чем ты, — произнес Захар.

— Вот именно! В этом все дело! Я не живу по расписанию, ты понимаешь? Я не могу вот так встречать тебя в девятнадцать, блин, ноль-ноль, ужинать, если не хочу, смотреть этот проклятый Богом и людьми ящик, ложиться в постель, заниматься любовью… Это ужасно!

— Ну ты можешь не есть, не спать и не заниматься любовью, — тихо сказал Захар. — Посмотрим, что получится.

— Ты не догоняешь? Ау! — разошлась Даша. — Это все мираж! У меня депрессуха, я хочу спать до четырех, ничего не делать — и уж точно не обедать тогда, когда готов обед!

— Ну и не обедай, — мягко посоветовал Захар.