Прятки со счастьем - Диана Рейдо

Дженна не ответила.

Крепко вцепившись в руку Клементины, она не мигая смотрела куда-то в сторону. Сообразив, что здесь что-то не так, Клементина проследила за взглядом подруги. Ну Клайв. Обычное дело. Когда Дженна перестанет на него так остро peaгировать? Может, она и сама скрывает какие-то нежные чувства… Погодите-ка, а кто это идет рядом с Клайвом? Судя по тому, что у парня на рубашке висит какой-то бедж, а в руках он держит микрофон…

– Это то, что я думаю? – пробормотала Клементина.

– Кажется, да. Убить его мало. Ты не находишь, что у Клайва слишком богатая фантазия?

– Поговори с ним сама, – предложила Клементина, – когда закончится все это веселье. А пока… Доверься мне: сделай непринужденное выражение лица, жизнерадостно улыбайся и болтай какую-нибудь позитивную чепуху.

– Чепуху? – слабо отозвалась Дженна.

– Я же образно говорю… Давай-давай. Придется через это пройти. А там и ленточку перережешь. Хорошо бы поскорее, а то пересохло в горле и хочется что-нибудь съесть…

Ленточка была перерезана. Студенты и преподаватели неторопливо перемещались от стенда с картинами к фуршетным столикам и обратно. Это напоминало Дженне броуновское движение. Она не могла уследить за хаотичными перемещениями…

Клайв тронул ее за локоть.

– Как вы?

Обрадованная возможностью наконец высказаться, Дженна оживленно развернулась к нему.

– Нужно было предупредить меня! Я чуть не умерла, пока говорила в эту камеру! Зачем вообще все это делается, для чего? Хорошо еще, что репортер был с кабельного канала. Я бы не пережила.

Клайв рассмеялся:

– Да ладно вам! Ни за что не поверю.

– Не поверите во что?

– Что вам неприятно все это внимание, ажиотаж вокруг вас.

– Неприятно, – подтвердила Дженна, ковыряя паркет носком туфли.

– Вы только подумайте: это же реклама. Вам и вашим картинам. Если вдруг надумаете продавать или выставлять свои работы, ваше имя уже будет узнаваемым!

– Я не собираюсь продавать свои работы!

– А выставлять?

– Тем более. Я не думаю, что смогу серьезно на этом заработать. А славы я тем более не хочу.

– Удивительное создание, – пробормотал Клайв, пристально глядя на нее. – Чего же вы хотите? Всю жизнь учить студентов, как нужно заштриховывать цилиндр или куб для создания объема?

– Это мое дело, чего я хочу… Почему все навязывают мне собственные желания?

– Нет, в самом деле, для кого я старался?

Дженна искоса посмотрела на Клайва:

– Вот и я не понимаю…

– Ладно, я отойду ненадолго. Потом еще вернусь. Если кто-нибудь захочет купить ваши картины, помните – я отложил для себя правую сверху.

Она с недоумением посмотрела на него, пытаясь понять, шутит Клайв или нет.

Он уже растворился в толпе студентов. Дженна вздохнула. Может быть, выпить глоток лимонада?

Сегодня она определенно была нарасхват. Бокал лимонада материализовался перед ней, протягиваемый Стивеном.

Дженна моргнула. Мираж не исчезал.

– Поздравляю! – произнес Стивен.

– Спасибо. Но это совершенно не обязательно.

– Ты чем-то недовольна?

– Если честно, то я уже не понимаю своих ощущений, – призналась Дженна. – Понятия не имею, что вокруг происходит.

– Если хочешь… мы могли бы поговорить об этом.

– Да? – Да.

– Стивен, зачем тебе это нужно?

– А разве мне обязательно нужен повод, чтобы побыть в твоем обществе? Нужен предлог, чтобы хотеть поговорить? Или… помолчать?

После короткой паузы Дженна кивнула.

– Ладно, в самом деле… Что ж, я не прочь поболтать.

– Отлично. Когда сможешь удрать отсюда?

Она пожала плечами:

– Думаю, еще пара часов… И все разойдутся сами. Тут не происходит ничего интересного.

– Ошибаешься. Но я могу украсть тебя намного раньше. Так гораздо интереснее – торжество происходит, а виновника торжества нигде нет.

– Почему?

– Это подогревает интерес. Кто знает, может, скромная преподавательница рисования, обнаружившая в себе потенциал подлинного художника, регулярно сбегает в Лондон на выходные, чтобы посетить самые горячие вечеринки с кокаином и распитием текилы с тел молодых танцовщиц?

– Фу! – воскликнула Дженна.

– Видишь, как невинно то, что я предлагаю тебе… Все познается в сравнении. Побудь здесь еще немного. Я вернусь и заберу тебя.

Держа в руке стакан с недопитым лимонадом, Дженна гадала: интересно, кто успеет вернуться раньше – Клайв или Стивен?…

Стивен вернулся через полчаса. За это время Дженна успела проглядеть все глаза в поисках Клайва (разумеется, чтобы хотя бы вежливо попрощаться), два раза поболтать с Клементиной, которая утомляла своей болтовней о высоком искусстве, перекинуться несколькими фразами с другими преподавателями. У нее даже не нашлось пяти минут, чтобы перекусить возле фуршетных столиков.

– Идем, – сказал Стивен, неожиданно вырастая рядом. – Я поймал такси. Давай быстрее.

– Я хочу захватить парочку канапе.

– Это еще зачем?

– Я хочу есть, – объяснила Дженна, потупившись.

– Есть?! Ради бога! Таксист ждет.

– Но…

– Дженна, сегодня у тебя праздник, я угощаю тебя ужином.

– Я могу не дожить до ужина, – предупредила Дженна.

– Я сказал, идем.

– Но это мой фуршет! Мой! Мой!

Последний приглушенный писк Дженны пришелся на захлопывание дверцы такси. Стивен с видом победителя устроился на переднем сиденье. Дженна назвала адрес. Таксист рванул с места.

Стивен обернулся со своего места и уточнил:

– Может быть, мы не поедем домой, а где-нибудь поужинаем?

– Зачем? – удивилась Дженна.

– Ты сегодня так выглядишь… Как-то необыкновенно. Жаль прятать всю эту красоту дома.

– Спасибо… Но от людей я уже успела устать сегодня, правда. Думаю, будет лучше, если мы отправимся прямиком домой.

С переднего сиденья донесся едва слышный вздох разочарования.

Впрочем, Стивен не стал настаивать. Они с Дженной без особых пробок добрались до ее дома. Он сразу отправил ее переодеваться, а сам прошел в кухню, где принялся по-хозяйски хлопать дверцами шкафчиков и холодильника, греметь посудой…

Вышедшую на кухню Дженну поджидал многоэтажный сандвич из тостов, ветчины, сыра с большими дырками, помидоров и зелени.