Невеста. Цена мира - Дина Данич

Чезаре ухмыляется и, не отрывая от меня горящего взгляда, начинает расстегивать ремень на брюках.

Я же с жадностью разглядываю его тело. Грудь, покрытую шрамами, крепкий пресс, косые мышцы, темную дорожку волос, уходящую ниже.

Муж невероятно возбужден. Он кладет ладонь поверх боксеров и чуть оглаживает себя, давая понять, что хочет продолжения.

Я и так уже вся горю, но то, что вижу, так сильно возбуждает меня, что, кажется, внутри меня едва не взрывается вулкан.

Мягко улыбнувшись, прикрываю глаза и медленно снимаю бюстгальтер. Я будто физически ощущаю момент, когда взгляд Чезаре прикипает к моей груди.

– Дальше, принцесса, – приказывает он. – Сними гребаные трусики.

Вижу, как выдержка мужа трескается, рассыпаясь на куски, и испытываю по этому поводу настоящую эйфорию. Хочу видеть его настоящим, без маски отрешенности и безразличия.

Взявшись за резинку трусиков, медленно спускаю те, при этом чуть наклоняясь вперед и стараясь не потерять взгляд мужа.

– На кровать, – следует еще один приказ. – На спину, и раздвинь ноги.

– А ты? – спрашиваю, рискнув проявить инициативу еще раз.

Теперь Романо откровенно скалится – его верхняя губа дергается, а сам он резко стаскивает трусы и небрежно откидывает те. Его член стоит колом, и муж, абсолютно не стесняясь, проводит по нему рукой раз, другой. Я же завороженно смотрю на это, не забывая отступать к кровати. Наконец, упираюсь в нее ногами и аккуратно ложусь.

– Шире, – командует Чезаре. – Шире, принцесса. Покажи мне себя.

Я не в силах сопротивляться его словам. Медленно раздвигаю ноги и отчетливо понимаю – сегодня пути назад не будет. Муж не примет моего отказа пойти до конца.

21 Сандра

Мысль, которую я ловлю за хвост, не пугает. Будоражит, подогревает возбуждение, но не приводит в ужас.

Я благодарна Чезаре за терпение, за то, что он не потребовал свое в нашу первую ночь. То, что он сделал, чем пожертвовал ради меня, увидев мое состояние и проявив понимание, значит для меня невероятно много.

Рядом с мужем я испытываю волнение и желание. Мне немного страшно, но лишь потому, что я знаю – первый раз не бывает волшебным. Боли не избежать, а я её боюсь. К сожалению, мой болевой порог слишком маленький, но несмотря на это, я хочу пройти через все и стать еще ближе с Чезаре.

– Поласкай себя, – требует он, продолжая двигать рукой по своему члену.

От того, насколько порочно это выглядит, накал моего возбуждения повышается еще на пару градусов. Кладу пальцы себе между ног, нахожу чувствительный узел и начинаю медленно ласкать его по кругу.

– Второй рукой – грудь.

Его приказ звучит рефреном в моей голове. Резонирует со мной на совершенно невероятном уровне. Словно завороженная, смотрю на мужа, а сама выполняю каждое его указание.

Едва касаюсь груди, как внутри что-то сладко сжимается. В этот момент я не боюсь осуждения – в глазах мужа одно только желание.

Дикое. Безграничное. Всепоглощающее.

Поэтому действую смелее – ласкаю себя так, как это делал он. Представляю, что это пальцы Чезаре у меня между ног, что это он сжимает мою грудь, затем ловит сосок и чуть оттягивает.

Невольный стон срывается с моих губ от этих развратных фантазий, которые проносятся в моей голове.

– Ты невероятная, – хрипит муж, подходя ближе. Он ставит колено на постель между моих ног и накрывает мои пальцы своими, помогая действовать жестче и сильнее.

Мое возбуждение столь велико, что я едва не кончаю от этого.

– Тише, принцесса, рано, – ухмыляется он, отбирая у меня удовольствие буквально за мгновение. Убирает наши пальцы и демонстративно облизывает их.

Затем он сам опускается на меня, прокладывает цепочку поцелуев от груди и ниже. Спускается к развилке ног и раздвигает их куда шире. Я уже знаю, что будет дальше, и предвкушение топит сознание.

Гормоны радости и эйфории сплетаются в единый рисунок восхищения и ожидания удовольствия.

Чезаре действует сначала осторожно – целует, проводит пальцами по нижним губам, таким чувствительным. Медленно вводит в меня сначала один палец, затем второй. Раздвигает их, оглаживая изнутри. Его язык творит нечто невероятное – каждое движение, каждое прикосновение усиливает возбуждение, которое и так уже на отметке максимум.

Я вот-вот взлечу ввысь, но каждый раз муж демонстративно тормозит, обламывая меня за мгновение до.

– Мучитель, – выдыхаю, злясь на него. Но тот в ответ лишь довольно ухмыляется и начинает двигать пальцами куда более настойчиво и резко. Его умелый язык накрывает мой клитор, нажимает, обводит по кругу, и снова. И опять.

А затем моя пружина возбуждения, наконец, выстреливает. Мышцы сокращаются, волна острого удовольствия прокатывается по телу. Мне кажется, я становлюсь пушинкой. Такой легкой и счастливой, что даже не сразу понимаю, почему к этому прекрасную чувству примешивается боль.

Не менее острая и внезапная.

– Тише, принцесса, – шепчет Чезаре, пока я пытаюсь прийти в себя. – Расслабься, малыш.

Мне кажется, даже дышать больно. Настолько это чувство, что меня распирает изнутри, болезненно и неприятно. Слезы на глазах, и у меня не хватает сил их удержать.

– Мне…

Муж напряженно вглядывается в мое лицо – он нависает надо мной, как скала. Надежная и безопасная. Вижу, как нелегко ему дается этот момент, но и мне несладко. Его размеры… слишком.

Для меня это все слишком. Я даже не могла представить, что будет вот так.

– Подожди, – прошу его. – Убери, я…

Чезаре целует меня – мягко, удивительно нежно. Даже в прошлые разы он не дарил мне настолько трепетного поцелуя. Это переключает мое внимание, а затем его пальцы ложатся на мой живот, скользят ниже и накрывают клитор, мягко прикасаясь к нему и возрождая былое возбуждение.

Давление изнутри все еще ощущается, но оно сменяет тональность. Боль притупляется, перекрывается нежностью, в которую меня укутывает муж.

Этот момент единения настолько острый, что у меня ком в горле. Не могу говорить, да и не о чем.

Не знаю, сколько времени проходит, но муж ничем не выдает своего нетерпения. Ласкает меня, целует, шепчет нежные слова, и мое тело сдается. Расслабляется, спуская напряжение, в котором мы оба находимся.

Чезаре чутко улавливает этот момент и осторожно двигается во мне – совсем чуть-чуть, но и это порождает странные, неведомые до этого момента ощущения.

Врать глупо – я все еще испытываю дискомфорт, и довольно ощутимый. Но то, как Романо смотрит на меня, как заботится обо мне, перекрывает все недостатки этого момента.

Мне хочется провести по темным, чуть растрепавшимся волосам, и я не отказываю себе. Тянусь рукой