Побег из страны грез - Наталья Калинина

– Готова? – спросил Чернов.

– Я…

– Если не хочешь идти, можем остаться, – переступив порог, шепнул он Инге на ухо, заведя за него прядь ее черных волос. – Объясним потом Лизе, что…

– Нет, нет, мы идем! Дай мне еще минуту, и я буду готова!

Когда Алексей вышел из комнаты, она, не глядя, сдернула с вешалки первый попавшийся сарафан, торопливо натянула на себя, обула босоножки на шпильке и, добавив на запястья по капле духов, отправилась в коридор.

– Богиня! – прошептал он, кладя руку ей на талию. – Даже не верится, что нам наконец-то скоро не надо будет разлучаться.

От его слов в сердце будто воткнули нож.

Отречься от любви, оставить любимых, чтобы отвести от них «ядовитое облако». Чернов, Лиза, Вадим, Лариса, Ванечка… Она и так достаточно бед принесла.

* * *

Алиса долго не могла уснуть и лежала рядом с мужем затаившимся мышонком, чтобы не разбудить его. Она думала о полученном сообщении, смаковала в памяти каждое написанное слово и… мучилась сомнениями. С одной стороны, ее приводило в восторг предложение Лучкина встретиться. Не об этом ли она мечтала? Не с фантазиями ли об их встрече засыпала каждый раз вот уже почти два месяца? Правда, в воображении Алисы обстоятельства встречи происходили в куда более реальных условиях, например, издательство организует-таки встречу писателя с читателями. И она приедет, выстоит длинную очередь за автографом, а когда звездный писатель будет расписываться на странице книги, отважится признаться, что она – та самая девушка, которая почти ежедневно пишет ему длинные письма. Но Алиса даже вообразить не могла, что Лучкин сам попросит ее о встрече! Какой необычный день: от падения до взлета.

Но Алиса терзалась сомнениями по поводу того, как ей поступить: согласиться ли на встречу, или нет. Это в фантазиях она была смелой, а в жизни… Вспоминала, что она – блеклая моль. И еще о том, что замужем. Консервативное родительское воспитание грозило ей пальцем, говоря, что тайная от мужа встреча с другим мужчиной – это почти свидание. Хватит того, что у нее и так завелся от Сережи секрет. Да и боялась Алиса, что в жизни Лучкин окажется еще привлекательней, чем на фотографиях, и она увлечется им уже всерьез. Катастрофа для нее, как для женщины, скованной клятвами другому мужчине – законному мужу, для ее совести, и так нечистой. Катастрофа для «блеклой моли». Катастрофа жизни.

Анна Каренина в современности.

Алиса не ответила писателю именно из-за этих сомнений. Но вечером, перед тем как уйти с работы, вызвала Майку и попросила ту «срочно-срочно» записать ее к мастеру, способному сотворить чудо с ее тонкими волосами. И вот на следующий день она уже была записана в салон. Подруга, конечно, попыталась выведать причины такого решения, но у Алисы хватило ума на этот раз промолчать. Впрочем, Майка, конечно же, что-то заподозрила. Плевать! Главное, что завтра будет новая прическа.

«К дьяволу сомнения!» То ли предвкушение изменений добавило решительности, то ли Алисе захотелось разом покончить с метаниями, то ли несвойственная ей жажда приключений толкнула в бок, то ли напоминание о том, что упущенная возможность куда хуже совершенной ошибки, но она тихонько встала с кровати и включила в гостиной ноутбук.

Новых писем не было, видимо, Виктор ждал ответа. Алиса зашла на его страницу, увидела, что он не появлялся там со вчерашнего дня, и обрадовалась тому, что он не развлекал разговорами других поклонниц. Перечитав еще раз для храбрости его фразу, написала ответ: «Я согласна».

Ответное сообщение прилетело так быстро, будто писатель сидел у компьютера в ожидании письма.

«В пятницу в семь?»

Это было послезавтра, вернее, если учесть, что время уже перевалило за полночь, завтра. Планов у нее не было. Обычно по пятницам Сережа уезжал играть в боулинг, Алиса же этот вид спорта не любила, играть не умела, к тому же с его коллегами ей было скучно. Они хоть и приезжали развлекаться, то и дело заговаривали о работе. Съездив с мужем пару раз на такие мероприятия, Алиса поступила, как жены и подруги его коллег: предпочла давать отдыхать супругу в мужской компании, а свободное время посвящала себе. Обычно она с Майкой отправлялась в кафе есть пирожные и болтать. Или же, если Майка торопилась к себе, а другие подруги оказывались занятыми, ехала домой. А в одиночестве уже либо читала, либо занималась уборкой, чтобы освободить субботу от хозяйственных дел.

Алиса написала Лучкину, что пятничный вечер ее устраивает, и получила ответ с названием и адресом кафе, в котором ее будут ждать. «Тебе удобно это место?» – заботливо добавил писатель в конце. «Конечно!» – отстучала девушка. Ответа больше не последовало, и она решила, что разговор окончен.

Выключала ноутбук Алиса в таком волнении, какого не испытывала со времен сдачи государственных экзаменов в университете.

Все, она это сделала, отступать поздно. Словно вошел в аудиторию, где проходит экзамен, и под взглядом экзаменаторов приблизился к столу с разложенными на нем билетами. Уже не сбежать.

Алиса выпила на кухне чаю и вернулась в спальню. Но когда обняла руками спящего мужа и прильнула лицом к его спине, ощутила такой укол совести, что только силой удержала себя на месте, чтобы не вернуться к ноутбуку и не написать Лучкину отказ. «Завтра, завтра это сделаю. Или расскажу Сереже, что переписываюсь со знаменитым писателем и отправляюсь на встречу с ним! Да, так и сделаю! Почему я об этом раньше не подумала? Ведь надо все ему рассказать, и тогда меня перестанет мучить совесть». Решение показалось верным, она успокоилась и наконец-то уснула.

Проснулась Алиса так внезапно, будто кто-то выдернул ее из сна, как из воды, резким движением. В первое мгновение она испуганно схватила с прикроватной тумбочки мобильник, боясь, что проспала на работу. Но время было ровно три часа. Списав пробуждение на волнение, которое даже во сне не оставляло ее, девушка прикрыла глаза. И в это мгновение раздался тихий звук, будто кто-то деликатно стучал костяшками пальцев в дверь, прося разрешения войти.

– Сережа? – повернулась Алиса к мужу, ожидая, что тот во сне случайно стукнул рукой по тумбочке. Но в лунном свете, слабо освещающем комнату и падающем в окно с открытыми шторами, она увидела, что Сережа сладко спит, повернувшись к тумбочке спиной и сложив обе ладони под щекой. Наполняясь страхом, она придвинулась к нему вплотную и прижалась всем телом. Он, не просыпаясь, проворчал что-то неразборчивое, но Алисе уже было все равно, разбудит она его или нет.

Когда девушка прикрыла глаза, вновь раздался тихий деликатный стук в закрытую дверь спальни. Он был не на уровне груди человека среднего роста, а ближе к низу, так, если бы там стоял маленький ребенок.

– Се… Сережа, – выдавила из себя Алиса, обнимая его уже не только руками, но и ногами. Но тот спал так крепко, что не проснулся.

Стук раздался и в третий раз, будто некто, находящийся за дверью, настойчиво желал войти в спальню.

– Господи, помоги! – тихо взмолилась Алиса, что есть силы зажмуривая глаза и пряча лицо на плече Сережи.