Побег из страны грез - Наталья Калинина

За дверью всхлипнули, затем раздались тихие шаги, словно некто удалялся в глубь коридора. Трясясь от страха и продолжая судорожно цепляться за мужа, Алиса тихо проскулила, и Сережа наконец-то проснулся.

– Ты чего? – сонно пробормотал он, пытаясь разжать руки жены, не дающие ему пошевелиться.

– Там… Ты ничего не слышал?

– А что я должен был услышать?

– Стук! В дверь нашей спальни!

Она ослабила мертвую хватку, и Сергей наконец-то смог сесть. Дотянувшись до выключателя, он зажег свет и повернулся к жене. Растрепанные волосы, прищуренные глаза, след на щеке от костяшек пальцев – такое все трогательное, родное, близкое.

– Что случилось? – а тон голоса, наоборот, холодный, даже сердитый.

– Ничего, – буркнула она и отвернулась.

– Нет, погоди, – тронул муж ее за плечо. – Тебе приснился кошмар?

– Да, – ответила Алиса и после некоторой заминки, вновь развернувшись к мужу, жалобно попросила: – Ты не мог бы посмотреть, что там за дверью?

– Алиса, – начал Сережа, но, поймав затравленный взгляд жены, оборвал себя на полуслове, встал с кровати и распахнул дверь.

– Ну? – продемонстрировал он Алисе коридор. – Ничего тут нет. Ладно, раз уж я встал, схожу выпью воды.

– Не уходи!

– Алиса, да что с тобой? Я сейчас вернусь! Вот сию минуту и вернусь.

Сергей сделал шаг в коридор и вдруг, нелепо взмахнув руками, покачнулся. И упал бы, если бы не схватился вовремя за косяк.

– Откуда тут вода?!

Он торопливо зажег свет в коридоре, и Алиса, вытянув шею, увидела, что на полу налита небольшая лужица, на которой муж и поскользнулся.

– Кто-то стучал в дверь спальни, – глухо сказала девушка, натягивая до подбородка покрывало.

Сергей ничего не ответил, видимо, просто не знал, как реагировать на слова жены. Только молча сходил за шваброй и убрал лужу.

– Я сейчас вернусь, – вновь повторил он боявшейся пошевелиться Алисе. – Только на кухню схожу.

– Пожалуйста, не выключай в коридоре свет!

– Не беспокойся, оставлю.

– Нет, когда ляжем спать, тоже не выключай! Мне страшно…

– О господи, – вздохнул муж и вышел в коридор.

Возможно, отсутствовал он недолго, но Алисе показалось, что прошел час. Сидя на кровати все в той же позе, она вытаращенными от пережитого ужаса глазами смотрела в светлый проем, то ли боясь заметить в нем кого-то, напугавшего ее, то ли, напротив, желая поскорее увидеть возвращающегося в спальню мужа. А Сережа все не шел и не шел. И когда беспокойство Алисы превысило страх, она поднялась с кровати с намерением выйти на кухню и посмотреть, почему так задерживается муж. Одна тапка «спряталась» под кроватью, и когда девушка, достав ее, выпрямилась, то увидела, что на освещенную стену коридора легла тень в виде расплывчатого пятна. Она дрожала, как поверхность пруда от легкого ветерка. И вдруг принялась «разворачиваться», увеличиваясь в размерах. На какое-то мгновение Алисе показалось, что тень отбрасывает ребенок, но у него появился горб, и стало понятно, что это скорее скрюченный карлик-горбун. А может, детали дорисовало лишь подпитываемое страхом воображение – Алиса не знала, потому что в следующую секунду тень горбуна сжалась до размера кошки и приняла форму выгнувшего спину зверька. Еще мгновение – и «кошка» исчезла со стены в длинном прыжке.

У Алисы от страха пропал голос. Не помня себя, она вылетела в коридор, пересекла его в два прыжка, выскочила в темную гостиную и зажгла свет. Крадучись пересекла комнату и вошла на неосвещенную кухню.

– Сережа? – тихо позвала она, нажимая на клавишу выключателя. Свет, брызнувший желтым из подвешенной над маленьким столиком лампы, озарил пустое помещение.

– Сережа, ты где? – в растерянности оглянулась Алиса. Повисшая в воздухе тишина показалась такой плотной, что тяжестью легла на плечи. Девушка выскользнула обратно в гостиную, подергала ручку комнаты, замок в которую они накануне вскрыли. Закрыто. Конечно, муж же вставил замок на место.

– Сережка, не пугай меня так! – выкрикнула Алиса, наполняясь ледяным осознанием того, что находится в квартире одна. Или не одна?

А может, муж зашел в туалет? Конечно! Она бросилась в коридор и увидела, что и ванная и туалетная комнаты пусты. В спальне Сережи тоже не оказалось.

– Мамочки… – прошептала Алиса, вжимаясь спиной в стену, потому что от страха подкосились ноги. В этой страшной квартире она одна – наедине с тенью, наедине с тем, кто шлепает босыми ногами, стучит в дверь спальни, гремит чем-то в запертой комнате. Наедине с темнотой – живой, вступившей в заговор с тем, что обитает в этой квартире.

И, видимо, чтобы окончательно уморить ее, мобильный, оставленный на тумбочке, мигнул огнями, беззвучно сообщая о принятом сообщении. Алиса взяла телефон так, словно опасалась, что он обожжет ей руки. И машинально подумала, что не переводила его в беззвучный режим оповещения.

Сообщение оказалось пустым – ни слова, ни цифры, ни буквы. Технический сбой?

Алиса нажала на кнопку, надеясь посмотреть номер, с которого было отправлено это сообщение, и увидела, что мобильный его не зафиксировал. Пока она в недоумении рассматривала телефон, он вновь завибрировал и мигнул огнями. Новое сообщение, на этот раз с текстом. «Здесь очень холодно!» И опять же – ни номера, ни даты отправки. Алиса поежилась уже не только от суеверного страха, а будто от мобильного на самом деле повеяло пробирающим до костей холодом.

– Алиса? – раздалось вдруг за ее спиной. От испуга девушка вздрогнула, нажала не на ту клавишу и удалила все сообщения из телефона.

– Сережа?! – вскричала она не то со страхом, не то с радостью, увидев мужа, стоявшего как ни в чем не бывало за ее спиной. – Ты где был?!

– На кухне, – ответил он.

– Я заходила, но тебя там не было!

– Я выпил воды и вдруг почувствовал духоту и головокружение, поэтому минут на пять вышел на балкон. А что?

– А что?.. – передразнила его Алиса и громко вздохнула. Объяснять мужу, в какой панике она металась по квартире в его поисках, бесполезно. Рассказывать про тень и сообщения тем более нелепо, потому что у нее нет никаких подтверждений произошедшему.

– Давай спать, – махнула она рукой в сторону кровати.

Сережа обнял ее. Алисе почему-то показалось, будто на плечо опустилась не рука мужа, а тяжелая плита. И хотя ей было очень неуютно, снимать руку Сережи она не стала.