Поцелуй во мраке - Кимберли Логан

– Что сделал этот парень? – спросил граф.

– Я скажу тебе, что он сделал! Он ограбил мою лавку. Вот что он сделал!

Тристан сурово посмотрел на мальчишку:

– Это правда?

Перепуганный насмерть воришка в ужасе затряс головой. Его кепка съехала назад, а потом упала на землю, и из-под нее на плечи вдруг упали длинные черные волосы.

– Господи, да это вовсе не парень!

Дейрдре удивленно вскрикнула:

– Дженна? Дженна Маклин? Это ты?

Лицо девочки побледнело.

– Д...да, миледи.

Тристан взглянул на Дейрдре:

– Вы знаете этого ребенка?

– Да. – Виконтесса заставила графа поставить девочку на тротуар и с беспокойством заглянула ей в лицо: – Дженна, что здесь происходит? Неужели ты действительно украла что-то у этого... джентльмена?

– О нет, миледи! Я ничего не крала у него!

Девочка втянула голову в плечи и прижала руки к животу. Вдруг неожиданно откуда-то из-под ее рубашки выпало большое красное яблоко, оно медленно покатилось по тротуару и, дрогнув, остановилось у ног Дейрдре. Все участники сцены словно завороженные молча смотрели на этот блестящий одинокий фрукт, равнодушно прокладывающий себе дорогу сквозь уличную пыль.

Краснолицый мужчина первым пришел в себя. Смачно сплюнув себе под ноги, он прохрипел:

– Она и красть, и врать мастерица.

Дейрдре грустно покачала головой и тихо проговорила:

– О, Дженна!

Послышавшееся в тоне виконтессы разочарование заставило девочку с вызовом вскинуть голову и сказать:

– Я хотела помочь маме.

– Твоей маме будет очень стыдно за тебя, – заметила Дейрдре. – И о какой помощи ты говоришь? В последний раз, когда мы с тобой виделись, все ведь было нормально.

Дженна лишь пожала плечами.

Леди Родерби достала из своего ридикюля несколько монет и с улыбкой посмотрела на разгневанного торговца:

– Будьте так добры, сэр, возьмите эти деньги. Думаю, этого будет вполне достаточно, чтобы возместить ущерб, нанесенный вам этим ребенком. Когда я расскажу матери Дженны о том, что случилось, она, без сомнения, накажет свою дочь, и, уверяю вас, такого больше не повторится.

Краснолицый торговец посмотрел на монеты на своей ладони, затем поднял голову и сказал:

– Я мог бы отволочь ее в исправительный дом или в Ньюгейт. Если местная шпана узнает, что я позволил безнаказанно обчистить себя, то это ворье станет постоянно совершать набеги на мою лавку.

Было очевидно, что торговец пытался выманить у виконтессы еще какое-то количество денег. Тристан сделал шаг вперед и угрожающе посмотрел на краснолицего:

– Миледи сказала, что этого вполне достаточно, что бы покрыть причиненный вам ущерб.

Мужчина оценивающе посмотрел на внушительную фигуру Тристана и отступил назад.

– Что ж, хорошо. Только пусть она больше не попадается мне.

Что-то ворча себе под нос, он направился к своему магазину.

Когда торговец растворился в колышущейся толпе, Дейрдре подняла голову и с нежной улыбкой, от которой сердце Тристана бешено заколотилось, посмотрела в глаза своему спутнику.

– Нам нужно отвести ее домой, к матери. Мне необходимо с ней поговорить.

– О нет, миледи, – взмолилась Дженна и умоляюще посмотрела на виконтессу. – Я обещаю, что никогда не сделаю этого опять.

Дейрдре обняла девочку за плечи:

– Прости, дорогая, но мне все же придется повидаться с твоей матерью. – Она подняла глаза на Тристана: – Полагаю, вы не возражаете? Это займет несколько минут.

Тристан молча посмотрел на небо. Уже приближался полдень, они и так потеряли много времени. Но он не мог ей отказать.

– Что ж, хорошо, – пробормотал он.

Она снова улыбнулась ему так, что его недовольство вмиг улетучилось.

Полуразвалившаяся лачуга у небольшого гниющего болотца, на поверхности которого плавали островки мусора, и оказалась домом Дженны.

Когда Тристан, Дейрдре и Дженна вышли из кареты и стали перебираться по шатким мосткам, переброшенным через мутный грязевой поток, граф невольно сморщил нос.

Зловоние, поднимающееся от гниющей жижи под ногами, и удручающего вида дом с провисшей крышей и покосившимися ставнями усилили у Тристана чувство тревоги. Впереди всех, глубоко засунув руки в карманы и втянув голову в плечи, плелась Дженна, всем своим видом напоминая приговоренного к смерти. Замыкала шествие Дейрдре. Ее лицо выдавало внутреннее волнение.

Тристан обернулся и, почувствовав состояние Дейрдре, попытался рассеять мрачную напряженность атмосферы.

– Не нужно так беспокоиться, миледи, – пробормотал он и насмешливо улыбнулся, а затем отвесил шутливый поклон. – С этого момента больше никаких нападок на обитателей здешних мест. Буду вести себя примерно.

Но похоже, его слова не убедили виконтессу.

– Боюсь этому поверить, милорд, – холодно проговорила она, пожав плечами. – Разумеется, мне следует поблагодарить вас за то, что вы приняли столь горячее участие в судьбе Дженны, но предупреждаю: если вы опять будете вести себя высокомерно с этими людьми и морщить нос, я так надеру вашу чертову задницу, что мало не покажется.

Не поднимая глаз на застывшего в изумлении графа, Дейрдре с гордым видом проследовала мимо него к дому своей подопечной. Тристан не сразу пришел в себя от этих слов. Никто и никогда раньше не угрожал ему «надрать его чертову задницу», подобное положение вещей показалось лорду Эллингтону даже забавным, и он вдруг неожиданно для себя разразился смехом.

Тристан искоса бросил взгляд на Каллена, надеясь, что тот не слышал столь крепкого выражения из уст своей госпожи. Кучер даже не шелохнулся, и по его бесстрастному лицу совершенно невозможно было понять, какие мысли бродят в его голове. Но граф был готов поклясться, что Каллен внутренне хохотал – уголок его рта слегка дрогнул.

Тристан повернулся и побежал за Дейрдре.

Дженна уже дожидалась их на крыльце. Ее руки по-прежнему глубоко в карманах, выражение глаз настороженное.

– Миледи, прошу вас, – проговорила она умоляющим тоном. – Я все поняла...

Прежде чем Дейрдре успела что-то ответить, дверь позади Дженны распахнулась и проем заполнился крупной женской фигурой с растрепанными черными волосами.

– Дженна Маклин, разве ты не догадываешься, что я волнуюсь? – Глаза женщины метали молнии. Но тут она увидела Дейрдре и внезапно замолчала. Казалось, у нее перехватило дыхание. – Миледи?

– Здравствуй, Рейчел. – Дейрдре улыбнулась. – Прошу прощения за вторжение, но мне срочно надо поговорить с тобой. Можно зайти?