Нежданный отец - Карен Поттер

Мать Мэтта была в безопасности у себя дома.

Оставалось только позаботиться о Дженни. Он снова взглянул на телефон, лежащий на соседнем сиденье. Он безумно хотел опять набрать ее номер. Примерно час назад он уже звонил, но она не брала трубку. Мысль, что с ней что-то не в порядке, жгла его изнутри. Но Мэтт не хотел отпускать руль — это было слишком опасно.

Вдруг машину занесло. Она заскользила по дороге и резко затормозила у высокого бордюра. Воспользовавшись остановкой, Мэтт набрал номер Дженни. На этот раз она взяла трубку.

— Где ты была? — Мэтт вдруг понял, что кричит. — С тобой все нормально?

— Мэтт? — Дженни говорила невнятно и сонно. Похоже, он разбудил ее. — Что-то случилось. Света нет, и очень холодно.

— Это ураган. Ужас, что творится. Оставайся дома и жди меня, милая. Я уже еду.

— Мэтт? Мне страшно.

— Любимая, все в порядке. Ураган уже кончается. Не бросай трубку. Я буду у тебя через несколько минут. А пока возьми одеяло, теплые носки и закутайся потеплее.

— Мне придется отойти от телефона. — Мэтт услышал, как Дженни положила трубку и пошла куда-то. Прошла целая вечность, пока он вновь услышал ее голос: — Все, я укуталась. А ты где? Ты тепло одет?

— Я совсем рядом. Открой дверь и отправляйся в постель.

Молчание в трубке.

— Мэтт, — дрожащим голосом ответила она, — я думаю, сейчас не время…

— Любимая, — перебил он, — я хочу, чтобы ты согрелась.

— Хорошо. — Кажется, в ее голосе прозвучало разочарование.

Он услышал щелчок замка, а потом ее шаги.

— Говори со мной, милая.

— О чем?

— Не знаю. Как поживает Мэгги? Ты ее не видела? Как Хоуп?

— Хоуп? Недавно впервые произнесла целое предложение. Разве я не говорила? — Дженни подобрала одеяло и пошла к двери. — Хоуп хочет к Нинни. Мэгги так счастлива! Жду не дождусь, когда Лекси тоже начнет разговаривать!

Мэтту показалось, что она плачет.

— Как ты думаешь, с ними все в порядке? Центр города очень старый, там, должно быть, сейчас холодно.

— С ними все нормально. Я проезжал по этому району — там есть свет.

— Где ты сейчас?

— Подъезжаю к твоему дому. Ты увидишь меня, если выглянешь в окно.

Мэтт не стал заглушать мотор. Он выскочил из машины и понесся к дому. В прихожей было очень тихо. Он посветил фонариком в гостиную и на кухню. Навстречу ему из темноты двинулся луч света.

— Мэтт? — спросила Дженни. Он направил на нее фонарик. Даже одеяло не могло скрыть ее большого живота.

— Господи, — пробормотал он. — Я и забыл, что она беременна.

Он так боялся, что она замерзнет и так хотел поскорее до нее добраться, что готов был рискнуть собственной жизнью.

В эти мгновенья Мэтт совершенно забыл о ребенке.

И тут его осенило.

Он любил ее. Именно ее. И не потому, что она носила его ребенка, а потому, что он узнал в ней свою вторую половину.

Дженни Эймс полностью завладела его сердцем, и Мэтт никогда не получит его обратно.

Дженни была сейчас такой соблазнительной, что он вдруг почувствовал себя неандертальцем — ему хотелось бороться за свою женщину, завоевать ее, а потом утащить в свою пещеру.

Мэтт осветил ее. Луч света выхватил из темноты бледное лицо и посиневшие губы.

Что ему оставалось делать, кроме как согреть ее так, как он умел?

Он отложил фонарик и протянул руки.

— Иди ко мне. — Дженни подошла, он накинул ей на плечи свой шарф и притянул к себе. Потом он нежно поцеловал ее. Дженни ответила на поцелуй, но как-то несмело, словно еще не проснулась.

Ее губы были холодными. Без его помощи она не согреется, понял Мэтт:

— Подойди поближе.

Дженни попыталась, но только толкнула его животом.

— Кажется, у нас ничего не выйдет, — печально заметила она.

— Все получится, дорогая. Дай-ка я тебе покажу.

Он снова поцеловал ее, надеясь согреть своим теплом. Мэтт положил руку ей на спину, еще немного приближая ее к себе. Он коснулся ее рук — они были ледяными.

— Так, сунь руки мне под свитер. — Он вздрогнул, когда почувствовал сквозь рубашку ее холодные пальцы.

Мэтт нашел край ее свитера, и его руки скользнули под него. Ее кожа была холодной. Он стал мягко растирать ей спину, надеясь, что это поможет Дженни согреться, но ничего не вышло.

— Это я виноват.

— Ты же не властен над погодой, Мэтт.

— Я не о том. Если бы ты была со мной, то не замерзла бы.

— Ты не можешь быть сразу всюду, и ты не отвечаешь за все на свете.

— Я не хочу отвечать за все на свете. Я хочу отвечать за тебя.

Похоже, эти слова не возымели желаемого действия, и он еще крепче прижал ее к себе. Дженни положила голову ему на плечо и снова задрожала.

— Я знаю, как согреть тебя. Нужно поскорее попасть ко мне домой.

— У тебя не отключили электричество?

— У меня есть кое-что получше. Камин в спальне.

Только когда Дженни умылась и почистила зубы, она вдруг подумала о том, что ждало ее за пределами ванной. Камин, теплая постель и Мэтт.

Она бы с радостью отказалась от всего ради последнего.

Дженни начала согреваться еще в машине. Она почувствовала, что очень важна для Мэтта.

Молодая женщина взяла свечу, которую дал ей Мэтт, и тут же поставила ее обратно. Свеча удивительно гармонировала со всем, что было в доме. Дженни наклонилась к зеркалу в позолоченной раме и увидела в нем женщину, которая казалась здесь чужеродным элементом.

Даже света свечи хватило, чтобы разглядеть ее недостатки. Юбка, купленная в комиссионном магазине, мужской пиджак — другие не сходились у нее на животе, простенькая блузка.

Грустные мысли не покидали ее. Кристал Макдонах стояла перед этим зеркалом не во фланелевой пижаме, а в шелке и кружеве, подчеркивающих ее стройную фигуру.

Дженни криво улыбнулась своему отражению в зеркале.

Когда она вышла из ванной, сердце ее ухало, как молот. Она начала расстегивать и застегивать манжеты, чтобы не было заметно, как у нее дрожат руки. Мэтт откинул покрывало на кровати. Даже не дотрагиваясь до белья, Дженни могла сказать, что это дорогой сатин. Ей казалось, что она спит, только все было настоящим. И особенно Мэтт.

У Дженни перехватило дыхание, когда она поняла, что он не одет. Ей тут же захотелось прикоснуться к нему.

— Тебе не холодно? — спросила она первое, что пришло на ум.