Свадебный подарок - Салли Карлин

— Сара в Техасе? — спросила Энелайз, вспомнив предположение Кетрин. — Она в Брайер-Крик поехала, да? Поэтому вы были в таком шоке, когда увидели мои права?

Кетрин кивнула:

— Сара… — Она замялась и снова посмотрела на Ходжеса. Тот поджал губы и слегка передернул плечами, словно у него не было ответа. Кетрин глубоко вздохнула:

— Года два назад Джун Мартин тяжело заболела. Выяснилось, что ей нужна пересадка почки. Сара, милая девочка, вызвалась стать донором, хотя я до сих пор не могу понять почему, особенно если вспомнить, как эта женщина с ней обращалась.

— Джун была хорошим работником, — вставил Ходжес.

— Она была жутким человеком.

Ходжес не возразил, и Кетрин продолжила:

— В общем, когда медики сделали анализы, чтобы проверить, подходит ли Сара как донор, выяснилось, что она даже не дочь Джун.

— Я была права, она купила Сару! — воскликнула Энелайз.

— Купила? Удочерила. Она сказала Саре, что ее настоящая мать была бедной, а ее богатый дружок не захотел жениться, поэтому ей пришлось отдать ребенка.

— О-о! — Энелайз взглянула на Ника. — По крайней мере это доказывает, что Уэйн Дэниеле не ее отец. Уж богатым-то его не назовешь.

— Джун так и не сказала Саре, кто были ее настоящие родители. Просто говорила, что она им не нужна и ей нужно об этом забыть. После смерти Джун…

— Она умерла? — Энелайз выпрямилась. Кетрин кивнула:

— Два месяца назад.

— Зачем Сара поехала в Техас?

— После смерти Джун за подкладкой ее старого пальто Сара нашла корешок от какой-то квитанции. Все, что она смогла прочитать, — слова «Филиал Национального банка в Брайер-Крик». Естественно, она предположила, что Джун там работала и, может, в этом городе живет ее настоящая мать. Ведь эта мифическая мать — все, что осталось у бедной девочки. Джун всю жизнь следила за каждым шагом Сары, поэтому у нее даже друзей не было.

— Она держала ее в такой изоляции потому, что никогда официально не удочеряла ее! — И Энелайз торжествующе посмотрела на Ника. Слова «Я же говорила!» были написаны в ее глазах огненными буквами. — Дело было не только в деньгах. Она боялась, что власти узнают правду насчет Сары.

— Деньги? — переспросила Кетрин.

— Ничего важного, — спокойно сказал Ник. Он подошел сзади к креслу Энелайз и положил руки ей на плечи. Можно подумать, она сама не понимала, что не стоит рассказывать о преступлении Джун Мартин.

И, несмотря на то что сейчас он злил ее как никогда, его прикосновение словно связало их.

— Продолжайте, Кетрин. Вы говорили, Джун следила, чтобы у Сары не появлялись друзья.

— Ну, Сара была замечательной девушкой, ее просто нельзя было не любить. Но Джун держала ее под замком. Запрещала ходить на свидания. Сюда они приехали, когда Сара заканчивала школу. Я уверена, что они переехали к нам в город только для того, чтобы она могла жить дома во время учебы в колледже Канзас-Сити. Когда Джун умерла, Саре было двадцать семь, но она все еще жила в доме матери. — Кетрин покачала головой. — Она такая хорошенькая… Ах, вы же об этом знаете, она же абсолютная копия Энелайз, и по тому, как вы, молодой человек, на нее смотрите, могу сказать, что вы также знаете, насколько она хороша.

Энелайз почувствовала, как ее щеки окатила горячая волна. Ник убрал руки с ее плеч. Откашлявшись, он спросил:

— Сара работала?

— Да, в местной библиотеке.

— В библиотеке? — как эхо повторила Энелайз.

— Да, она была библиотекарем. Хорошим. Но как-то призналась мне, что хотела бы изучать энтомологию.

— Энтомологию?!

— Ну да, но Джун не позволила. Поэтому пришлось взять энтомологию как дополнительный предмет, а диплом она защищала по библиотечному делу. А сразу из библиотеки она спешила домой. По воскресеньям они ходили в церковь и изредка в кино.

— И еще занимались на курсах самообороны, — вставил Ходжес.

— То есть?

— У Джун была паранойя. Когда Сара переехала, хозяева дома обнаружили, что все окна забиты. Сара говорила как-то, что мать брала ее с собой на все курсы самообороны, которые только можно было найти в Канзас-Сити. Она явно была убеждена в том, что кто-то хочет отнять у нее дочь. — Ходжес расцепил руки и подался вперед. — А теперь я все-таки могу узнать, почему вас так интересуют Джун и Сара?

Перед тем как Энелайз смогла открыть рот, руки Ника снова оказались у нее на плечах.

— Мы полагаем, что Сара может быть родственницей мисс Брюстер, вы и сами заметили поразительное сходство. — Энелайз обернулась, чтобы посмотреть на него. Как он может лгать этим людям? — Кроме того, Сару удочерили, — продолжил он, — а это косвенное подтверждение нашего предположения. — Мы очень вам благодарны за разговор. Итак, Энелайз, полагаю, следующая наша остановка будет в Брайер-Крик.

Она кивнула. Конечно, Брайер-Крик. Джун умерла, Сара уехала в Брайер-Крик, чтобы найти настоящую мать. Значит, и ей самой нужно ехать туда же.

Ник сказал «наша следующая остановка», но имел в виду, конечно, «ваша остановка». Его работа закончена. Брайер-Крик — это крохотный городок, ее там все знают. Если Сара так на нее похожа, как думают Кетрин и Ходжес, то она наверняка уже знает о существовании Энелайз Брюстер. И родители Энелайз, наверное, уже встретились с Сарой.

В Брайер-Крик частный детектив ей не понадобится.

Он будет просто счастлив наконец избавиться от нее, да и она тоже.

Энелайз поднялась с кресла, ощущая внутри пугающую пустоту.

— Да, спасибо вам обоим огромное. Когда я найду Сару, обязательно расскажу ей, как вы были добры и как тепло о ней отзывались.

— Передайте милой девочке, как сильно мы по ней скучаем, — сказала Кетрин.

Энелайз улыбнулась и сжала руку Кетрин:

— Обязательно передам. Обещаю.