Заложники любви - Кэрри Томас

— В такую погоду очень трудно вести машину. Кроме того, нам есть что обсудить.

— Но я должна ехать… — начала Анна и осеклась, нахмурившись. — Что нам надо обсудить?

— Что будет с нами дальше, — ответил Гарольд, подойдя к ней и обняв ее за плечи.

— Я же сказала, — Анна безучастно посмотрела на него, — я вернусь в Берривуд.

— Это я знаю, — нетерпеливо перебил он. — Я говорю о нашем будущем. Мы не можем просто так расстаться.

— Ты собирался заехать ко мне на следующей неделе.

Гарольд скрипнул зубами и показал на измятую постель.

— Ты слышала хоть слово из того, что я тебе говорил? — Он заставил Анну посмотреть на него. — Я хочу освежить твою память. Я говорил, что люблю тебя.

— Я полагала, что так принято говорить. — Анна смущенно потупилась и шепотом закончила: — В подобных случаях.

— Ты, как я вижу, неплохо в этом разбираешься, — холодно заметил Гарольд. — Но, так уж получилось, я никогда этого не говорил ни одной женщине, ни в подобной ситуации и ни в какой другой.

— Даже той женщине из Америки? — недоверчиво спросила Анна.

Глаза Гарольда превратились в узкие щелочки.

— Даже ей. Пойми, Анна, питал к тебе теплые чувства еще в Оксфорде. Но сейчас они стали намного глубже и серьезнее. Ты — женщина, и я страстно хочу быть с тобой. Я боюсь потерять тебя, Энни!

Анна с таким недоверием посмотрела на Гарольда, что он смутился.

— Поскольку ты явно не собираешься оставаться со мной на ночь, тебе стоит что-нибудь надеть, — пробормотал он, вставая и отворачиваясь.

Анна метнулась в ванную, на скорую руку привела себя в порядок, оделась и причесалась, воспользовавшись щеткой Гарольда. Все это время она напряженно обдумывала слова Гарольда, но так ничего и не решила. Анна спустилась вниз и вошла в кухню, где Гарольд варил кофе.

— Раз ты решила ехать, — не скрывая недовольства сказал он, — на дорогу неплохо выпить кофе. Пока он готовится, пойди позвони родителям, что выезжаешь, чтобы они не беспокоились.

— Я всегда им звоню перед самым выездом, — отрезала Анна.

Они пили кофе в напряженном молчании.

— Как я понимаю, — не выдержал Гарольд, — я поторопил события.

— И крайне удивил меня. — Анна недоверчиво посмотрела на него. — Ты действительно сказал то, что думаешь?

— Такими словами не шутят! — взвился Гарольд. — Надеюсь, ты окажешь мне любезность и сообщишь, какие чувства ко мне испытываешь. — Он невесело усмехнулся. — Но в любом случае приходится признать, что результат твоего «эксперимента» превзошел все ожидания. Ты хотела знать, может ли секс доставить удовольствие. Я тебя убедил, что может. Или ты — актриса, достойная «Оскара».

— Мне было хорошо с тобой, — без колебания согласилась Анна. — Это было настоящим блаженством. Но я не думала, Гарольд, что ты сочтешь это любовью. Когда-то я мечтала о таких минутах, но эти мечты умерли после нелепой попытки внушить тебе ревность.

— Если я правильно понял, мое чувство безответно? — медленно спросил Гарольд. Его лицо казалось застывшей маской.

— До некоторой степени, — уточнила Анна. — Я восхищаюсь твоим умом и обаянием, я уважаю твои достижения. Да и в сексе ты открыл мне такие вершины, о которых я не подозревала. Но беда в том, — она запнулась и, собравшись с духом, закончила, — беда в том, что я больше не люблю тебя, Гарольд.

В кухне стало так тихо, что Анна была уверена — каждый глоток кофе, выпитый ею, грохочет как раскат грома. Она мрачно подумала, что ее последние слова имели ошеломительный успех и убили в Гарольде желание говорить. Впрочем, она не сожалела ни об одном сказанном слове. Ее чувства к Гарольду изменились задолго до их недавней встречи. Анна также слишком хорошо знала, что постыдное, болезненное происшествие, стоившее ей невинности, целиком лежит на ее совести. Но Анна, хотя и старалась рассуждать справедливо, все-таки не могла полностью снять вину с Гарольда в том, что с ней произошло.

Не в силах дольше терпеть неуютную тишину, Анна встала.

— Мне пора.

Гарольд вскочил. В его глазах не осталось и следа от той любви, которую он провозглашал совсем недавно. Он проводил ее в холл, подал Анне куртку и все это — не говоря ни слова. Анна мечтала о волшебной палочке, которая в одно мгновение перенесла бы ее прямо домой, в теплую постель.

Гарольд заботливо застегнул молнию на ее куртке и улыбнулся Анне так, что в ее голове вновь звякнул тревожный звонок.

— Несмотря на некоторые разногласия во взглядах, дорогая Энни, я не намерен так легко отступаться, как твой давний возлюбленный.

— Ты хочешь сказать, что будешь счастлив остаться моим другом?

— Нет, Энни, — Гарольд покачал головой, — остаться только другом — вовсе не счастье. Однако я умею быть терпеливым.

— Жаль, — Анна вздохнула, — времена уже не те. Скажи ты то же самое несколько лет назад, я была бы на седьмом небе от восторга.

— Раз так, мне нужно всего-навсего найти волшебный способ вернуться в прежние времена и возродить твою преданность, — небрежно заметил он. — Итак, я могу на следующей неделе в какой-то из вечеров навестить тебя в Берривуде?

— Так ты не отказываешься от своих намерений? — Глаза Анны от удивления стали еще больше и, казалось, заняли пол-лица.

— Ты не поверишь, — Гарольд снисходительно усмехнулся, — но то, что случилось сегодня, отбросило последние сомнения.

— Все ясно, ты надеешься, что такие встречи станут регулярными. Должна тебя разочаровать, Гарольд, — Анна холодно посмотрела на него, — то, что случилось сегодня, произошло потому, что я так решила. В качестве эксперимента. И, как оказалось, успешного.

— Признателен за столь высокую оценку.

— Но, — не смутившись, продолжила Анна, — он останется единственным. Еще раз благодарю, что ты сумел доказать…

— Остановись! — потребовал Гарольд, и его глаза гневно блеснули. — Я доказал прежде всего, что ты можешь получить удовольствие от близости со мной. И вот что важно, Энни, — со мной, и ни с кем другим!

— Откуда тебе это знать?

— Я прав. Поверь мне.

Их взгляды встретились, и Анна, не выдержав, первой отвела глаза.

— Мне надо позвонить, — резко бросила она и направилась к телефону, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег.

Коротко сообщив, что скоро будет дома, Анна вернулась в холл.

— Спокойной ночи, Гарольд, — преодолевая неловкость, попрощалась она. — Спасибо за все.

— Мне было хорошо с тобой. — Гарольд улыбнулся и, слегка прижав Анну к себе, поцеловал. — Будь осторожна. Когда доедешь до дома, позвони. Я буду ждать.

— Позвоню, — пообещала Анна. — Не провожай, на улице холодно.