Свет в окошке - Татьяна Тронина

Даша увлеченно защелкала кнопками.

В дверь постучали.

– Даша, завтрак!

– Нет, Наташ, спасибо, я не хочу! – весело крикнула она в ответ.

«Другая героиня – Наталья. Сестра. Полностью сосредоточена на доме, ничего не замечает…»

«БОРИС. Я не парнокопытное животное, я мяса хочу, мяса!

НАТАЛЬЯ. Ты – хищник, я знаю…

ДАША. Спасибо, я пойду к себе.

БОРИС. Нет уж, ты должна…»

Что должна ее героиня, Даша так и не успела придумать. В дверь опять постучали.

– Я не буду завтракать!

– Почему? – В комнату вошел Борис.

Даша моментально выключила экран монитора.

– Чего скрываем? Порнушку смотрим, да? – Он сел напротив Даши, прямо на незастеленную кровать.

– Что ты такое говоришь! – вспыхнула, рассердилась Даша. Потом осадила себя – кажется, у Бориса такая манера шутить. – Я пишу пьесу.

– А почему экран выключила? – усмехнулся тот.

– Потому что… потому что у всех литераторов такая примета – никто не должен видеть незаконченное произведение. Иначе оно так и не будет закончено.

– Ишь ты – «произведение»…

«Он прав. Слишком пафосно я называю свои никому не нужные писульки!»

– Ты хотел что-то сообщить, Борис?

– Да нет, я так, просто… Что уж, нельзя узнать, как тебе тут живется?

– Хорошо. Очень хорошо! – честно ответила Даша.

Он сидел развалясь, оперевшись на руку – в столь спокойной, непринужденной позе, что и впрямь напоминал хищника, решившего отдохнуть после удачной охоты.

– Слушай, Дашка, я тебя хочу спросить – запросто так, по-родственному… Ты почему до сих пор не замужем?

– Я… я не знаю! – растерялась она.

– Мужика, что ли, не можешь найти нормального?

– Могу… у меня есть… и были… – принужденно засмеялась она. – Но это все не то.

– Много было-то? – прищурился он.

– Много. Тьфу ты, что я такое говорю… Дело в другом – я еще не встретила человека, который бы мне понравился настолько, что я согласилась бы стать его женой.

– Может, дело не в мужчинах?

– А в чем?

– Как, разве ты не догадываешься… В тебе!

– Да? Не спорю…

Разговор этот очень нервировал Дашу – во-первых, она не могла понять, чего добивается Борис, а во-вторых, ей было больно смотреть на него, чуть ли не валяющегося в ее постели – там, где недавно лежала она…

– Как тебе Серега?

– Какой Серега? А, тот, вчерашний, с усами… – засмеялась Даша.

– Чем не жених!

– Ты шутишь!

– Ни капли. Ты ему понравилась. Он холостой. Руки – золотые. Будешь соседкой нашей, за забором жить…

– Ты шутишь…

– Нет, Даш, правда! Я вот лично не понимаю этой твоей чрезмерной разборчивости…

Даша уже истерично хохотала во весь голос.

– Несерьезные вы люди, литераторы… Сколько тебе лет? Тридцать шесть, как Натахе? Милая моя, чего ждать у моря погоды! Приплывет твой капитан Грей на алых парусах, не приплывет… А Серега – он же надежный, как танк!

– Борис… ой, не могу…

– Вот кто у тебя сейчас? Кто? Никого!

– Нет есть! Марат. Скрипач! – упрямо возразила Даша. О Марате она теперь почти не вспоминала, но выглядеть никому не нужной, одинокой старой девой тоже не хотелось.

– Скрипа-ач… А сколько ему?

– Двадцать два, – непринужденно произнесла Даша.

– Ни хрена себе… – хмыкнул Борис, рассматривая Дашу с головы до ног. – Он же еще птенчик! Двадцать два…

– Потрясающий юноша, – убежденно возразила Даша. – Роман с ним – настоящая сказка!

– Ох ты-ы… – Борис, кажется, не мог прийти в себя. Или опять притворялся?

«Ну, допустим, мой последний роман – не сказка, а кошмар, кошмар на улице Вязов – с ночными погонями и практически смертоубийством, – но тебе, мой милый, ни к чему это знать!» – слегка подкорректировала саму себя Даша. Она говорила о Марате не только потому, что не хотела выглядеть старой девой, была еще причина.

Она хотела отдалиться от Бориса, поставить между ним и собой стену. Рассказывая о своих любовниках, она защищалась от собственного желания…

– А что тебя удивляет?

– Да несерьезно все это! – лениво потянулся Борис. – Это так, для тела…

– А для чего надо? – с интересом спросила Даша. – Для души?

– Конечно! А иначе как бабе жить, неустроенной…

– Устроенной – это когда есть и муж, и дети? – уточнила Даша, пропустив «бабу» мимо ушей.

– Совершенно верно.

– И у каждого мужчины должна быть семья?

– А вот это необязательно… – усмехнулся Борис.

– Женщина – должна, а мужчина – не должен? – возмутилась Даша. – И вообще, душа отдельно, тело отдельно… Не согласна!

– Ой, не согласна она… Посмотрим, что ты лет через десять запоешь! А я тебе лучшего друга, между прочим, предлагал!

Даша хотела возмутиться еще сильней, но потом посмотрела Борису в глаза – тот был совершенно спокоен и невозмутим. Он просто провоцировал ее, пытался вывести из себя… Играл, словно кошка с мышкой! Тигр и… кого там можно привести в пример из животного мира? Тигр и трепетная лань. Нет, слишком возвышенно… Тигр и глупая лань.

Борис покачал ногой, обутой в открытую сандалию. Потом вдруг упал назад, на спину, заложил руки за голову.

Безмятежно улыбнулся.

– Что ты делаешь? – шепотом спросила Даша.

– Что я делаю? По-моему, я ничего не делаю.

– Ты лежишь на моей постели…

– Я лежу на моей постели, – мягко поправил ее Борис. Затем быстро вскочил и вышел вон.

Даша прижала ладони к бешено колотящемуся сердцу. Этот человек волновал ее так, что она едва владела собой. И сам при этом выглядел абсолютно спокойным! Он действительно не делал ничего такого, что можно было истолковать превратно – не прикасался к Даше, не позволял себе двусмысленных намеков, не интриговал и не заигрывал… Если бы Даша сейчас упала на кровать рядом с ним, прижалась щекой к его широкой груди, то вышло бы, что это она соблазняет мужа сестры.

Но вместе с тем… Это он был виноват в том, что она сходила сейчас с ума. Он, он, он…

Даша снова села за компьютер. Ни одной мысли – все их разогнал Борис.

…Она спустилась вниз. На диване лежала Света, сосала карамель на палочке.