Его другая любовь - Люси Доусон

Через час я была в другом кафе. Смотрела на дом, и нижнем этаже которого размещался магазин, торгующий уцененной фаянсовой посудой. Как раз над ним и снимали квартиру Лиззи и Дебс. Я сидела на высоком стуле у барной стойки и страшно нервничала. Даже немного дрожала (хотя, возможно, причиной тому был избыток кофе).

Вот где она живет и где, возможно, Пит занимался с ней любовью. Может, она и сейчас здесь. Через минуту я пойду туда и увижу ее… но что я скажу? Как она отреагирует?

Я заказала кофе, но чашка так и стыла нетронутая. Не могу отвести глаз от ее этажа. Он выглядит таким заурядным. Не думала, что гламурная женщина может жить в столь затрапезном доме. Я понимала, что это всего лишь место, где живет Лиз, но ужасная реальность навалилась на меня всей тяжестью, и по щекам снова побежали слезы.

«Как он мог? Как посмел?»

Хозяин кафе поглядывал на меня с подозрением, но благоразумно не вмешивался: пусть эта странная девица, полчаса не спускающая глаз с посудного магазина, вволю поплачет.

Все казалось таким обычным, дешевым. А чего я ожидала? Чего-то сексуального и роскошного? Сама не знаю.

Хуже всего то, что я на самом деле собралась пойти и постучать в ее дверь. Может, она сама выйдет, а я ее ударю. Какой кошмар! Мне вдруг страшно захотелось позвонить маме. Милой, почти нормальной маме, сидящей дома в нашей кухне. Хотела бы я сейчас там оказаться. Хорошо бы, если б мама была там! Я поспешно рылась в сумке — искала телефон. Мне не важно, что мама сейчас на корабле, на другом конце света. Мне нужно услышать ее голос. Хочется рассказать ей все… но вдруг я почувствовала, что телефон завибрировал. Кто-то мне звонит. Когда нашарила аппарат, увидела на экране незнакомый номер. Сразу позабыла, что собиралась позвонить маме. Кто это? Дебс? Спустя несколько секунд увидела CMC: «Это я! Купил новый мобильник, сменил номер. Сохрани его. П.».

Пит. Я послушно внесла номер в память. Смотрела на его имя на экране и старалась взять себя в руки. Откинула с лица прядь волос, утерла глаза тыльной стороной ладони и подняла голову.

То, что я увидела в окно, заставило меня прижать ко рту руку, чтобы удержаться от громкого восклицания.

Возле окна стояла Лиз. Она смотрела на экран своего мобильника и улыбалась. Расстояние между нами не превышало трех футов. На ней было длинное красное пальто и шляпа с широкими мягкими полями в стиле, вернувшемся к нам из шестидесятых годов. На ком-то другом, возможно, этот наряд выглядел бы нелепо, а на ней он был и модным, и немного девчоночьим. Самое главное, однако, что на плече у нее висела такая же, как у меня, сумка «Малберри». Один в один.

Шок был так силен, что я не в силах была выскочить на улицу и схватить ее за волосы. Сидела, как в трансе, смотрела на нее и никак не могла понять, как получилось, что у нас одинаковые сумки. Как получилось, что при такой сумке она живет в столь непривлекательном районе над магазином, торгующим уцененным фаянсом… Неужели она в состоянии истратить на сумку свыше семисот фунтов?

Нет… Но я знаю человека, который может. Я вспомнила первую эсэмэску, которую она отправила Питу. В ней говорилось о какой-то покупке… Лиз просила его купить ей что-то, такое же коричневое… Выходит, моя сумка предназначалась ей?

Значит, вчера купил ей такую же. Значит, вчера утром они встречались, пока я, как он думал, лежала в постели. Черт побери!

Странно, что волны ненависти не разбили стекло и осколки не порезали Лиз в клочья. Неужели она не чувствует, что на нее кто-то смотрит? Нет, слишком занята собой. Она вглядывалась в экран своего мобильника. Ее лицо оживилось. Лиз поднесла телефон к уху… и заговорила. Улыбалась, говорила что-то и шла по улице по направлению к метро. Я сообразила, что Пит послал нам обеим номер своего нового телефона… стало быть, она с ним сейчас говорит? Я схватила свой мобильник и набрала его номер. Разумеется, услышала автоответчик.

Я почувствовала в душе новую холодную силу. Не бросилась за Лиз вдогонку, не набросилась на нее на улице, чтобы бить, пока ее череп не вдавится в кирпичную стену. Представила, как эта дурацкая шляпа упадет на землю, и преисполнилась ледяного спокойствия. Поднялась, вышла из кафе, пересекла улицу и позвонила в дверь квартиры. Послышался заливистый собачий лай, но я не отпускала кнопку звонка, пока не услышала голос:

— Да перестаньте звонить, иду!

И дверь распахнулась.