Выше звезд - Барбара Картленд

Разгадав злой замысел Руфуса, граф стиснул зубы от ярости — вот и еще способ покончить с Джерри.

Первым его побуждением было вытащить осу — а граф не сомневался, что именно ее Руфус подложил в седло Самбо, — и растоптать ее.

Затем он передумал.

Сняв седло Самбо, он перенес его на место, где висело седло Рыцарской Звезды — молодой, горячей лошадки.

Он сделал разрез на седле этой лошади и переложил туда осу из седла Самбо, осторожно запихнув ее в отверстие. Затем вернул оба седла на их места и перевесил фонарь. Вернулся через боковую дверь и запер ее: он догадался, что Руфус пройдет через переднюю дверь и снова запрет ее.

Граф дважды позвонил в колокольчик у парадного входа, и ему отворил дверь заспанный лакей, которому мистер Бриггс приказал охранять сейф.

Войдя в дом, граф сказал:

— Я пошел прогуляться и забыл, что парадная дверь уже заперта. Простите, что разбудил вас.

— Все в порядке, милорд, — ответил лакей.

Граф дал ему гинею, и тот пришел в восторг.

— Я не хочу, чтобы ее светлость расстроилась, когда узнает, что я оказался заперт снаружи. Не рассказывай о том, что случилось.

— Обещаю, милорд, — осклабился лакей.

Граф поднялся по боковой лестнице.

В доме было спокойно.

Никто не видел, как он тихо прошел в спальню.

На следующее утро Джерри встал раньше всех и сразу возбужденно заговорил о том, как он будет ездить на Самбо.

— Ты сказала графу, что я хочу скакать с ним наперегонки? — спросил он Люпиту.

— Да, но ты должен быть очень ловок и осторожен, чтобы победить его;

— Я прошепчу на ушко Самбо, Что его победа очень важна, — сказал Джерри.

Он первым вбежал в комнату для завтрака.

Когда Люпита спустилась, все уже были за столом, Руфус Ланг — тоже. Она посмотрена на него с удивлением, так как думала, что он уже уехал.

Граф объяснил:

— Я ему сказал, что лучший поезд в Лондон идет не раньше полудня, поэтому, мне кажется, было бы справедливо попросить твоего кузена присоединиться к нам на скачках сегодня утром.

Это предложение, по-видимому, будет последним в отношениях с Руфусом, смирилась Люпита.

— Это будет лучшая память о Вуд-Холле, которую я навсегда сохраню, — ответил Руфус.

Она сочла его высказывание сентиментальным, а настроение — мелодраматическим и сосредоточилась на выборе еды.

После завтрака все четверо вышли к ожидавшим их лошадям.

— Надеюсь, вы все не будете возражать: я послал сегодня утром записку камердинеру, предупредив, что хотел бы скакать на том красивом жеребце, которого хозяин дома купил полтора года назад. Кажется, это Меркурий. А твоему кузену, Люпита, я посоветовал бы взять Рыцарскую Звезду.

— Конечно, Меркурий и Рыцарская Звезда — две наши лучшие лошади.

— Я так и думал.

Говоря это, граф наблюдал за Руфусом.

— Я сказал Самбо, что мы вас перегоним! — похвастался Джерри.

— Один только я уверен, что он тебя слушается, но гораздо важнее, чтобы граф увидел, как хорошо ты ездишь, — промолвил Ланг.

Граф помог Люпите сесть в седею Минервы.

Подходя к Меркурию, он заметил, что Рыцарская Звезда все время беспокойно двигается, — Руфус уже был в седле.

Совершенно неожиданно лошадь встала на дыбы, взбрыкнула, стала лягаться, и Руфус с трудом удержался, Не понимая, что случилось, все наблюдали эту сцену.

Рыцарская Звезда рванула вперед и снова взбрыкнула, отчаянно пытаясь ©бросить седока.

— Что случилось с Рыцарской Звездой? — спросил Джерри. — Почему она так себя ведет?

Граф ничего не мог ответить.

Рыцарская Звезда так бесилась, что самый опытный наездник не смог бы с ней справится. Она стала неуправляемой. Галопом помчалась к краю двора, где были установлены заграждения из каменных плит. Встала на дыбы и» наконец сбросила Руфуса.

Когда он упал на землю, лошадь оступилась и тяжело повалилась на него. Она перекатывалась с боку на бок, придавливая упавшего.

Наблюдая эту сцену, граф не делал никаких усилий, чтобы придержать или остановить лошадь.

Вдруг позади него раздался пронзительный крик. Он повернулся — к его ужасу, Минерва вела себя точно так же, как Рыцарская Звезда: вставала на дыбы и брыкалась.

Граф мгновенно понял, в чем дело.

Ему ночью не пришло в голову, что Ланг собирался убить не только Джерри, но и его сестру.

Со скоростью и силой атлета он бросился к Минерве, когда она попятилась назад, и стащил Люпиту с седла, крепко удерживая ее.

Как только ом это сделал, Минерва умчалась к озеру. На берегу она стала точно так же кататься по траве, как ее предшественница.

Граф прижимал к себе Люпиту, стараясь успокоить. От ужаса она чуть не лишилась сознания.

Граф взял ее на руки и поспешил к дому.

— Все в порядке, милая, ты и Джерри спасены. А убийца больше не страшен!

Она хотела узнать, что же произошло, но, будучи в шоке, не могла вымолвить ни слова.

Она вся дрожала.

Граф вошел в холл как раз в ту минуту, когда мистер Бриггс и лакей выбежали из дома посмотреть, что случилось.

Обернувшись, он увидел, что грум ведет Самбо, а Джерри в удивлении смотрит на двух других лошадей.

Граф прошел в гостиную и сел на диван, держа Люпиту на руках, как ребенка. Ее голова покоилась на его плече.

Через несколько минут она взглянула на него и спросила едва слышно:

— Что же… что же случилось?

— Как я мог оказаться таким глупцом и не понять, что кузен хотел убить вас обоих!

— Но… вы спасли меня! — прошептала она.

Он посмотрел ей в глаза и, склонившись над ней, поцеловал.

Он целовал ее так, будто не мог иначе выразить свою уверенность, что все позади.

Люпите казалось, что он держит ее где-то высоко-высоко, в небесах, над звездами… Нервная дрожь сотрясала ее тело.

Она боялась очнуться и обнаружить, что это сон…

Только когда граф поднял голову, она поверила, что все происходит с ней на самом деле.

— Вы… поцеловали меня! — сказала она прерывающимся шепотом.

— Я люблю тебя, дорогая моя! Но из-за своей глупости я едва не потерял тебя! — Он вновь приник к ней долгим, страстным поцелуем.

Она почувствовала, что ее сердце и душа принадлежат ему.

— Что же случилось? Почему Рыцарская Звезда и Минерва взбесились?