Дочь дьявола - Кэтрин Коултер

Адам долго молча смотрел на нее.

— В Англии молодые девушки впервые появляются в обществе во время сезона, не так ли?

— Да, и это ужасно глупо, по-моему. Они ездят на балы, рауты, маскарады только для того, чтобы найти мужа. К счастью, вместо этого я оказалась в Неаполе.

— Похоже, вы плохо знаете мужчин, — мягко сказал Адам, вспоминая дебютанток, которых встречал в Лондоне несколько лет подряд. Некоторые из них заинтересовали его, но никто не произвел такого впечатления, как эта сияющая красотой девушка. — Вас всю жизнь стремились уберечь от окружающего мира.

— Никогда не понимала, — задумчиво протянула Рейна, — почему девушкам все запрещается, а мужчинам предоставлена полнейшая свобода. Они могут всюду бывать без компаньонок и гувернанток.

— Мужчина обычно хочет взять в жены чистую девушку, которую, строго охраняют.

— Да, — резко возразила Рейна, — но женщина, вероятно, тоже захочет получить в мужья целомудренного мужчину!

Адам громко расхохотался.

— Боюсь, что в таком случае браки вообще перестали бы заключаться!

— А мне кажется, — вздохнула девушка, — у вас столь же отсталые взгляды, как у моего отца.

— Возможно, малышка, ваша подруга имеет на вас чересчур сильное влияние.

— Так утверждает и отец, но, заверяю, это неправда Конечно, Белла на четверть итальянка, но, не забудьте что и я наполовину американка! А это куда более рискованное сочетание. Я могу рассказать о Нью-Йорке столько же историй, сколько она — о Генуе!

Да, эта девушка — настоящая волшебница. И когда она успела очаровать его?!

— Так вы поведаете мне о краснокожих индейцах! — воскликнул он.

— Душераздирающие легенды, от которых кровь стынет в жилах. Правда, все индейцы, встреченные мной, совсем не казались воинственными. Но так было не всегда, особенно во времена молодости моего отца, когда американцы восстали.

— А я думал, все добрые англичане называют это попросту мятежом.

— Возможно, — язвительно бросила Рейна, — но каков результат! Моя мать и дед тори, но даже они считают, что Англия крайне несправедливо обращалась с колониями.

— Кажется, Рейна, ваш отец заметил, что мы разговариваем. Недаром он помрачнел, как грозовая туча.

— Знаю. Иногда я чувствую себя той самой угнетенной колонисткой. Как бы мне хотелось, чтобы родители не душили меня своими правилами и ограничениями!

— Что же, — мягко произнес Адам, — когда-нибудь вы перестанете рваться на волю.

— Но разве я не обрету свободу, выйдя замуж?

— Трудно сказать, — ответил Адам, неотрывно наблюдая, как девушка рассеянно облизывает нижнюю губу розовым язычком.

Значит, моего мужа ждет та же участь!

— Мужчины, — заметил Адам, задаваясь вопросом, какого дьявола он позволил втянуть себя в спор, — это совершенно другое дело.

— Неужели они не хотят иметь семью, любимую женщину?

Адам воздел к небу руки.

— Довольно, мадемуазель! Сдаюсь! Вы позволите потанцевать с вами позже, Рейна?

— Да, маркиз. Вы чрезвычайно ловко умеете убеждать, дам — объявила она, легонько касаясь пальцами его рукава.

Она все еще улыбалась, когда дорогу загородил граф де ла Валль.

— Добрый вечер, мадемуазель, — вкрадчиво приветствовал он, склонившись над ее рукой. — Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что сегодня вы кажетесь розой, готовой вот-вот развернуть на солнце свои лепестки.

Улыбка Рейны поблекла.

— Добрый вечер, граф, — пробормотала она, игнорируя его цветистые комплименты. Арабелла упомянула как-то, что граф может оказаться вовсе не таким благородным, каким представляется, и Рейна с ней согласилась. В этом человеке было нечто неуловимо скользкое, от чего так и веяло лицемерием и фальшью.

— У вас изумительное платье, — настаивал граф, ничуть не смущенный холодным приемом. — Оно оттеняет ваши глаза, а волосы у вас, словно огненные нити.

— Огненные нити? — удивилась девушка. — Как это ужасно!

Эрве широко улыбнулся, преодолевая поднимающийся в душе гнев.

— Дайте мне немного времени, мадемуазель, и я найду слова, чтобы достойно описать вас. Вы позволите принести вам пунша?

Все что угодно, лишь бы избавиться от него!

— Благодарю, месье, — кивнула Рейна. Куда же исчез маркиз?

Она всмотрелась в толпу и, поймав пристальный взгляд матери, мило улыбнулась, но тут же заметила маркиза. Он стоял почти рядом с ней и о чем-то разговаривал с Арабеллой.

Леди Делфорд перехватила взгляд дочери, и сердце ее упало. Страх охватил виконтессу. Она видела, как беседовали Рейна с Адамом, и со стороны это выглядело вполне невинно, но сейчас ее потрясло неприкрытое желание в глазах дочери. Так смотрит на любовника взрослая женщина, женщина, которая не в силах совладать со своими чувствами. Дженнифер прекрасно знала, почему муж недолюбливает семью Уэллз. Она поделилась с ним своей тревогой, испугавшись, что Адам попросту играет с Рейной, пытаясь позлить виконта, как это часто проделывал сам граф Клер. Теперь же она усомнилась в этом и, внезапно почувствовав себя очень старой, разгневалась на мужа. Он такой чопорный, сухой и слишком оберегает дочь. Ах, лучше бы они никогда не видели Неаполя, не соглашались на обман, предложенный графом Клером. Но это, похоже, ничего не изменило бы. Рейна все равно встретилась бы с Адамом в Лондоне, и результат скорее всего был бы тот же.

— Ты выяснил что-нибудь? — тихо спросила Арабелла брата и тотчас же рассмеялась: — Кажется, я ни о чем другом не могу с тобой говорить последнее время!

— Верно, — подтвердил Адам. — Я действительно обнаружил все, что осталось от наших грузов. Очевидно, граф продавал товары французам со значительной прибылью. Он немного помедлил, глядя, как к Рейне подходит де ла Валль. — Но пока я не могу разоблачить Эрве, Н е узнав, от кого он их получил.

— Жаль, что я ничем не смогла тебе помочь, — с разочарованием заметила Арабелла. — Наверное, мне стоит пофлиртовать немного с графом… таким образом, я сумела бы отвлечь его внимание от Рейны.

— Он так же отвратителен, как я подозревал, Белла.

Держись от него подальше!

Арабелла насмешливо вздернула тонкую бровь. Адам вздохнул:

— Мало того, что он французский шпион, его развлечения, помимо всего прочего, более чем омерзительны!

— Откуда тебе знать! Ты еще не член клуба!

— Несколько раз я следил за графом и буду благодарен, если ты просто поверишь мне на слово.

— Ты ужасно скучный, Адам!

— Вероятно, но больше ты ничего от меня не услышишь, сестричка.

Он снова отыскал глазами Рейну, занятую беседой с графом. Арабелла заметила, как лицо брата исказила гримаса.