Дикая звезда - Кэтрин Коултер

Байрони почувствовала, как ее охватило радостное возбуждение.

— Чудесно, Айра! Вы уже подготовили список гостей? О, дорогой, нам понадобится помощь. Но я и сама хорошо готовлю и смогу помогать Эйлин…

— Полегче, полегче, не торопитесь, — рассмеялся Айра. — Всему свое время. Прежде всего я действительно составил список гостей, и мы обсудим его с вами, Байрони. Нужны будут слуги, а повариху я уже нанял. Ее зовут Нейоми, негритянка из Алабамы.

Ирен, я хочу, чтобы ты как следует отдохнула к пятнице. Помни, для всех не ты, а Байрони родила ребенка. Твои щеки должны порозоветь.

«Так-то вот, — снова подумала Байрони. — Хозяин сказал свое слово». Байрони догадывалась о том, что Ирен была не в восторге от нее, да и могло ли быть иначе?

За ужином в тот вечер Байрони разыгралась как маленькая. Она разрезала цыплячью грудку на маленькие квадратики, вполуха прислушиваясь к попыткам Айры завязать непринужденный разговор. Он добрый человек, думала она, поглядывая на него из-под ресниц. Он так искренне пытался сделать обеих женщин дома счастливыми. Его дома. Как ни странно, она не чувствовала себя частью этой семьи. И сомневалась, что когда-нибудь почувствует.

Ранним утром Айра постучал в ее дверь. Байрони к тому времени уже встала и оделась.

— Айра? — удивилась она, так как ожидала Эйлин.

— Пойдемте со мной, дорогая, у меня для вас сюрприз.

— Как? Еще один? А я думала, что вы уже уехали в контору.

— Работа никуда не убежит, — возразил он, предлагая ей руку. — Идемте же, и больше я ничего вам не скажу!

Байрони пошла рядом с мужем на улицу, нахмурившись из-за его упорного молчания.

— Не понимаю… — начала было она, но тут же заморгала в восхищенном изумлении. — Колючка!

Моя кобыла! О Айра! — Байрони бросилась в его объятия. Через мгновение она была уже рядом с кобылой и гладила ее бархатные ноздри. — Как вам удалось убедить отца расстаться с нею?

— Это было не трудно, — сухо ответил Айра. — Тем более что он ее уже продал. Я купил ее у человека по имени Хоакин де Неве.

— У отца Габриеля. Как это благородно с его стороны! Наверное, после того, что произошло, он чувствует себя виноватым передо мной… Ну да это дело далекого прошлого. Я так вам благодарна… Это самый лучший подарок в моей жизни!

Айра улыбнулся, думая, что, вероятно, так и было.

Возможно, теперь настанет мир. Ирен не любит верховую езду, и женщины не будут находиться вместе по крайней мере часть дня. Он задумчиво смотрел на Байрони, пока та продолжала бормотать ласковые, бессмысленные слова в уши кобыле. Жена казалась похудевшей и бледной. К счастью, теперь верховые про гулки вернут ей прежний цвет лица, она прибавит в весе. Он хотел, чтобы на званом обеде никто не заподозрил, что мать Мишель не она. Айра думал о том, что за месяцы, проведенные в Сакраменто, ее внешность пострадала. Красивые волосы утратили блеск, а зеленые глаза сияли не так, как прежде. Когда Байрони внезапно повернулась к мужу, он понял, что по поводу глаз ошибался. По крайней мере в ту минуту они искрились, полные жизни.

— Мне кажется, нам пора снова навестить месье Давида, — заметил он, — вам понадобятся костюмы для верховой езды.

— У меня есть бриджи…

— Нет! Нет! — прервал муж смеясь. — Мы уже и так достаточно шокировали светских матрон. Вы — на лошади и в штанах — это переполнило бы чашу терпения.

— Вы, разумеется, правы, — со вздохом согласилась Байрони. — У меня никогда не было костюма для верховой езды, — смутившись, призналась она.

В нем шевельнулась ярость против Мэдисона Девита, но он лишь проговорил:

— Теперь у вас их будет по меньшей мере три. И один из них должен быть ярко-голубым.

* * *

В роскошное ателье месье Давида на Керни-стрит Байрони сопровождала Эйлин.

— Мистер Батлер настаивает, чтобы один костюм был ярко-голубого цвета, — сказала ей Байрони, едва не прыгая от радости, что вышла из дому одна и была свободна.

Первое время ей было немного странно видеть рядом Эйлин, ведь она прожила все свои отроческие годы в Бостоне, где негры жили в нищете, изолированные от белых. Но Эйлин не была рабыней в Калифорнии — свободном штате. Тетя Аида ненавидела рабство и могла бесконечно говорить об этом с любым, кто соглашался ее слушать. Байрони думала, что в действительности ее тетка ненавидела богатых землевладельцев Юга.

— Вы будете выглядеть безупречно в голубом, миссис Батлер, — заметила Эйлин.

— Какой великолепный день! — продолжала Байрони. — Как хорошо снова быть среди людей!

— Вам повезло, — согласилась Эйлин. — Но осталось уже немного времени до дождей. Мне говорили, что в прошлом году здесь в грязи на Монтгомери-стрит завяз и утонул мул.

Байрони настояла на том, чтобы идти в центр города пешком. Расстояние было небольшим, а из нее просто рвалась энергия. Она заметила, что Эйлин, в которой было не меньше пятидесяти фунтов лишнего веса, стала одолевать одышка, и, почувствовав вину, пошла медленнее.

— О, смотрите-ка, какой-то салун!..

— Здесь их полно, — заметила Эйлин, не отрывая глаз от дороги.

Брент Хаммонд — хозяин салуна, думала Байрони. Не ему ли принадлежит эта «Мечта рудокопа»?

Нет. Она решительно покачала головой. Этот недостаточно шикарен. У него должно быть все самое лучшее.

Она заметила, как отставшая было Эйлин шла теперь к ней вплотную, как настоящий телохранитель. На ее пути стали останавливаться мужчины, чтобы посмотреть на нее.

Ей хотелось улыбаться им, улыбаться каждому встречному. Месье Давид, щегольки одетый человечек с цепкими черными глазами, лично приветствовал Байрони в своем роскошном салоне. Там были другие заказчицы, и Байрони одну из них узнала — миссис Сэкстон.

Отобрав нужные ткани, Байрони довольно робко подошла к ней.

— Мэм? Вряд ли вы меня помните. Я была на борту «Пурпурной королевы» прошлой весной, когда произошла та.., неприятность. Я очень рада вас видеть.

Меня зовут Байрони Батлер.

Чонси Сэкстон знала о миссис Батлер все. В ту давнюю ночь на борту «Пурпурной королевы» она ее не заметила, но в последние месяцы слышала о ней достаточно. Эта яркая, застенчивая девушка отнюдь не была продажной авантюристкой. Но, разумеется, так говорила только сплетница Пенелопа Стивенсон.

— Да, теперь все отлично, — с улыбкой отвечала Чонси. Заметив огонек любопытства в глазах молодой женщины, она добавила несколько слов в объяснение, которое они с Делом предлагали всем, когда возникал разговор о том происшествии:

— Человек, который пытался отправить меня за борт, слава Богу, давно умер, как и тот негодяй, что его нанял. Это был действительно ужасный случай, но мы с мужем пережили его. Ладно, хватит об этом, — заключила она, тронув руку Байрони. — Приятно видеть вас снова, дорогая.