Уроки плохих манер - Сюзанна Энок

Никогда еще с ней не происходило ничего подобного тому, что случилось сегодня. Приехав в Джеймс-Хаус только потому, что ни один мужчина в здравом уме не должен пренебрегать правилами хорошего тона, она связала себя с полковником неразрывными узами.

— Господи, — еле слышно пробормотала Тереза. К такому повороту событий она не была готова.

— Что-то случилось, мисс Тесс?

Тереза встряхнулась.

— Я забыла перчатки, — солгала она.

— Уверена, леди Гарднер пришлет их вам.

— Да-да, конечно.

Оказавшись дома, Тереза тотчас же уединилась в спальне. Ее чрезвычайно волновали и мучили два вопроса: действительно ли Толли подверг себя пытке из-за нее и хочет ли она связать свою жизнь с таким сложным и непредсказуемым человеком? Она не могла припомнить ни одного пункта из собственного «Руководства для леди», который хоть отчасти мог бы описать или объяснить характер полковника Бартоломью Джеймса. Или его поведение в те моменты, когда Тереза оказывалась рядом с ним.

Раздался стук в дверь.

— Войдите, — произнесла Тереза и, взяв в руки книгу, села у окна.

Дверь распахнулась, и неторопливо вошедший в комнату рыжий кот вспрыгнул Терезе на колени.

— Привет, Цезарь, — произнесла девушка и почесала его за ухом. — Привет, бабушка.

Следом за котом в комнате возникла Агнес и притворила за собой дверь.

— Цезарь соизволил пойти со мной, — пояснила она, усаживаясь на стул, с которого только что встала внучка.

— Я думала, вы отправились на прогулку с лордом Уилкоксом, — сказала Тереза и, отложив в сторону книгу, принялась гладить кота.

— Он ждет внизу, а я прячусь.

— Бабушка!

— О, небольшой отдых пойдет ему на пользу. Ты же собиралась на ленч с Амелией.

— Верно. Но у нас изменились планы. Однако я не расстроилась, потому что все равно намеревалась поработать над второй частью своего «Руководства».

— Вот как? Надеюсь, ты уже знаешь, что слуги любят судачить. Особенно когда их молодая госпожа отправляется к подруге с визитом, а вместо этого ассистирует доктору во время операции.

Дьявол! Впрочем, она не просила Салли хранить произошедшее в тайне, так что теперь должна была ругать за неосмотрительность только себя.

— Я сделала что смогла, — ответила Тереза.

— Мне сказали, что ты очень сильно расстроилась, узнав, к кому именно пришел доктор.

Тереза искоса посмотрела на бабушку:

— Вы хотите о чем-то меня спросить или так и будем обмениваться наблюдениями, в то время как несчастный лорд Уилкокс дожидается внизу?

Агнес принялась перебирать заколки, шпильки и гребни, разложенные на столике перед зеркалом.

— Да, у меня есть к тебе вопрос. Ты никогда не проявляла излишней скромности и притворной застенчивости. Но чтобы ворваться в спальню к мужчине, а потом добровольно обагрить свои руки его кровью… Это тоже на тебя не похоже.

Не сводя взгляда с урчащего на коленях кота, Тереза с трудом удержалась, чтобы не нахмуриться.

— Я подумала: он рискнул собственной ногой, потому что я говорила, будто бы он не хочет со мной танцевать.

— Ты…

— И если он пошел на это из-за моей глупости, — перебила Тереза бабушку, желая как можно скорее выплеснуть все то, что накопилось у нее в душе, — то в последствиях буду виновата я. Я вела себя неблагопристойно.

— Вздор!

— Вовсе нет. Каждый поступок влечет за собой последствия. — Перед глазами встал образ родителей, и Тереза вздохнула. — Теперь я не могу отвернуться от полковника.

— А ты этого хочешь?

— Нет. Знаете, он меня заинтриговал. Ведь если он потеряет ногу из-за того, что я вела себя неподобающим образом и флиртовала с ним, я вынуждена буду посвятить ему свою жизнь. И не будет никаких танцев, долгих прогулок по вечерам и поездок верхом, потому что он не сможет всего этого с ампутированной ногой. Я даже не знаю, будет ли он способен иметь детей, а вы ведь знаете, что я всегда этого хотела.

— Я думала, мы говорим о его ноге, — перебила Терезу бабушка.

— Так а я о чем?

Выражение лица бабушки Агнес смягчила улыбка.

— Даже с одной ногой он сможет иметь детей.

Сердце Терезы сжалось.

— Стало быть, и вы считаете, что я должна буду выйти за него замуж?

— А он предлагал тебе это?

— Нет, но…

— По-твоему, полковник Джеймс глупый человек?

Тереза нахмурилась:

— Нет. Отнюдь. Но он так же упрям, как и я.

— Тогда почему ты считаешь, будто он решил подвергнуть себя риску из-за тебя?

— Потому что он посмотрел на меня и сказал, что хочет со мной потанцевать, а потом потерял сознание. — На самом деле Толли Джеймс произнес другие слова, но смысл сказанного Тереза передала верно.

— Ясно. — Бабушка Агнес с минуту молча смотрела в окно. — Он просто хочет с тобой потанцевать.

— За этим стоит нечто большее, бабушка, и вы прекрасно это понимаете.

— Ты знаешь его… сколько? Неделю? Неужели прошло всего семь дней?

— Именно так.

— В таком случае, моя дорогая, я посоветовала бы тебе узнать полковника Джеймса получше. Реши, нравится ли он тебе настолько, чтобы выходить за него замуж.

— Я…

— Потому что если он по-настоящему нравится тебе теперь, когда у него две ноги, то не разонравится, когда останется всего лишь с одной. Только тебе нужно понять это сейчас, иначе ты так и не будешь знать наверняка.

— Я не думаю, что он пытался ввести меня в заблуждение. Ведь меня не так-то легко обмануть.

Леди Агнес поднялась со своего места.

— Верно. Возможно, его рассудок был затуманен. — Она подошла к внучке, поцеловала ее в лоб и взяла Цезаря на руки.

Тереза вздохнула, когда дверь тихо захлопнулась за бабушкой Агнес. Как и всегда, та оказалась права: нельзя планировать будущее, не разобравшись в настоящем.

А это означало, что завтра она нарушит еще одно правило и нанесет визит Бартоломью Джеймсу.