Мелодия осени - Ольга Горовая

Шурша желтыми опавшими листьями клена, Константин поражался сам себе.

Не то, чтобы именно это он имел в виду, зовя Марину погулять. Но когда девушка подняла на него свои серо-голубые глаза и невинно спросила "В парке?" - у него, просто, не хватило наглости сказать, что он собирался позвать ее к себе в кабинет…, чтобы продолжить то, что прервало появление Николая.

Вот так, прожил тридцать два года, а до сих пор в себе новые черты открывает.

Узнал бы кто из друзей, что у него еще осталась совесть и такт - рассмеялись бы, однозначно.

А вот на тебе, оказалось, что еще не все забыл, чему учила мать. Да и, неудобно как-то стало напором брать девушку, когда та не совсем была еще уверена, задумываясь над возможностью убежать.

Хоть и было подозрение у Кости, что Марина его поддеть хотела, с парком своим, уж больно невинно глазами хлопала.

И, не особо она уж радовалась, когда, в ответ на ее вопрос, Костя с насмешливой улыбкой, ответил " В парк, так в парк". И потянул ее за руку, помогая спуститься со сцены.

Он был уверен, что и ей самой хотелось продолжения этого поцелуя. Со всеми вытекающими последствиями.

Однако, похоже, Марина не очень позволяла себе наслаждаться жизнью, вот и стеснялась отдаться тому желанию, которое горело в обоих.

В принципе, Константин никуда не спешил.

И то, насколько ему было хорошо с этой девушкой той ночью, вполне примиряло мужчину с необходимостью дать ей время, чтобы привыкнуть поддаваться собственным желаниям.

С ним.

Почему-то, мысль о более обобщенном свободном образе жизни Марины, и ее более легком взгляде на жизнь с кем-то другим, вызвала дискомфорт. Это было непривычно.

С чего бы, вдруг?

Она свободный человек, как и он, в конце концов.

И, не разобравшись в странном облачке, затенившем замечательное утро, Костя поступил так, как привык поступать с непониманием в общении и чувствах - он просто отмахнулся от этого вопроса.

Неприятно, и все тут.

Так она и не была с кем-то другим в этот момент, не так ли?

А, судя по тому, с каким пылом его целовала в зале, и не хотела быть ни с кем другим сейчас.

На этом мужчина и остановился, ловя тонкую девичью кисть, и начиная вновь, наслаждаться хорошим, теплым, просто замечательным октябрьским днем. Подозревая, что таким великолепным этот день, делало именно присутствия Марины рядом с ним.

Он уже и не помнил, когда вот так, в последний раз гулял в парке посреди рабочего дня, да и на выходных, если подумать. Не было у него выходных.

Константин любил свою работу, и не понимал, зачем от нее отдыхать.

Хотя, эта девушка, которая весело улыбалась, глядя в пронзительно-синее небо, и упорно тянула мужчину за собой еще дальше в парк, где было еще больше опавших листьев; которая, с такой радостью, словно в первый раз, забавно шаркала ногами, заставляя золотой ковер под своими туфлями громко шуршать; которая так заразительно хохотала, уворачиваясь от его рук, когда он пытался обнять Марину, подталкивая в ближайшую кучу той самой листвы - так полно захватила его мысли, что работать, становилась просто некогда.

У него была идея, как решить эту проблему.

И мужчина не сомневался, что ему удастся, в конце концов, уговорить Марину на такие отношения, которые принесут удовольствие обоим. В конце концом, она его хотела не меньше, чем он ее. А уж то, что наслаждение в сексе у них было обоюдным - не вызывало никаких сомнений.

Так что, это только вопрос времени, и в принципе, скорее всего, даже и не очень большого количества его.

Константин удержал ладонь Марины, когда девушка, в который раз, потянула его дальше, и, воспользовавшись тем, что она полуобернулась, вопросительно глядя на мужчину, чуть дернул на себя, страхуя девушку, помня о том, что, чтобы она не говорила, нога, без всяких сомнений, все еще беспокоила ее.

И поймал губами звонкий смех, который не смогла удержать Марина, падая мужчине на грудь.

Черт! Ему безумно нравилось целовать ее.

Раньше, он как-то, вообще не задумывался над подобным, пожалуй, не считая даже, это касание губ к губам, таким уж необходимым.

Не с ней, как оказалось.

С этой девушкой, и то, что всегда раздражало и отягощало его, казалось приятным и веселым.

О, и да. Безумно возбуждало Константина.

А значит, он обязательно уговорит Марину, причем, в самой ближайшее время.

Губы мужчины все так же не отпускали рот девушки, настойчиво лаская и чуть прикусывая, щекоча, и заглаживая языком. Еще с большим удовольствием, нежели смех, выпивая легкий полувздох-полустон, сорвавшийся с раскрытых губ девушки.

Твою мать!

Даже здесь, посреди парка, посреди галдящей ребятни, и чинно прогуливающихся пенсионеров, он дико и безумно хотел ее. И, желательно, скорее. Прямо сейчас.

Осталось, всего ничего - уговорить Марину.

Признавая, что такое поведение могло показаться не очень красивым при взгляде со стороны, мужчина, со вздохом сожаления, чуть отстранился от губ девушки, позволяя ее лбу упереться в свое плечо.

И прижался своими губами к ее волосам.

Константин был очень доволен тем, что и у нее, прекращение такой, простой, в общем-то, ласки, вызвало разочарованный вздох.

Они продвигались в весьма правильном направлении.

- Не хочешь кофе, Мариш? - Костя чуть приподнял подбородок девушки своими пальцами, с вопросительной усмешкой заглядывая в огромные глаза.

- А куда пойдем? - С хитрой улыбкой ответила девушка.

- Тут недалеко есть кафе, можно там. - Предложил мужчина, так и не отпустив ее лицо.

- Знаешь, мне больше понравился твой, не угостишь? - Чуть приподняла Марина бровь, наклоняя лицо и, шаловливо проводя губами по его ладони.