Дом, где сбываются мечты - Люси Гордон

— Разве того же нельзя сказать о вас с Джанни? — спросил он. — Все эти годы ты любила его и не можешь простить себя за одну ошибку.

— Но ты сам говорил мне, что я не права.

— Я знаю. Ты ошибаешься так же, как и я сейчас. Мы оба это знаем, но ничего не можем сделать, ведь так?

— Да, — ответила Минни, снова обнимая его. — Как бы мы ни старались, это не помогает, потому что разум здесь бессилен.

— Если она умрет…

— Еще слишком рано говорить об этом.

— Если она умрет прежде, чем я смогу с ней поговорить, я на собственном опыте испытаю, что тебе довелось пережить, и не буду болтать всякую ерунду. Минни, каким идиотом ты, наверное, меня считаешь! Тебя, наверное, раздражала моя пустая болтовня.

— Не говори так. Ты дал мне очень много. Больше, чем можешь себе представить. Мне помогли не слова, а твое присутствие. Теперь я здесь. Держись за меня.

Его хватка причинила ей боль, но Минни не возражала. Это было все, что она могла сделать для него, вернуть ему немногое из того, что он ей дал, и молиться, чтобы ему все это не понадобилось.

— Поток машин снова задвигался, — сказала она. — Мы скоро приедем.

Минни поцеловала Люка. Затем еще раз.

— Потерпи немного. Держись!

Люк кивнул. В его глазах она увидела слезы. Он отстранился от нее с явной неохотой. Полицейский взмахнул жезлом и пропустил их. Наконец место аварии осталось позади, и Минни увеличила скорость.

— Теперь показывай, куда ехать, — сказала она Люку.

Минут через десять они уже были у здания больницы.

— Я высажу тебя у входа и припаркую машину, а затем найду вас.

В ответ он натянуто улыбнулся, и она поняла, что он боится услышать от врачей самое худшее. У входа она пожала ему левую руку и пожелала удачи.

В это время стоянка была почти пустой. Припарковав машину, Минни вошла в больницу. Дежурный за стойкой назвал третий этаж. Поднявшись наверх, она остановилась при виде молодых людей возле одной из палат. Двое были молоды, красивы и очень похожи друг на друга, третий постарше, и его сходство с двумя первыми было менее заметным. Минни поняла, что это и есть братья Ринуччи.

Казалось, все они заметили ее одновременно и поспешила навстречу.

— Синьора Пепино, мы ждали вас. Спасибо вам за то, что вы привезли нашего брата, — сказал старший. — Меня зовут Примо Ринуччи.

За этим последовала череда рукопожатий.

— Как ваша мать? — спросила Минни.

— Хорошо, — ответил один из юношей. — Доктор сказал, это всего лишь приступ головокружения, но она должна беречься, чтобы он не повторился.

— Но мы все равно благодарны вам за то, что вы сделали, — добавил второй юноша.

Мужчины обступили ее и начали обнимать и целовать. Она почувствовала себя как дома: Ринуччи очень напоминали ей Пепино.

Затем открылась дверь, и на пороге палаты появился пожилой мужчина. Через его плечо она увидела Люка, сидящего у постели матери и сжимающего ее ладонь в своих. Мужчина представился как Тони Ринуччи. На его лице были еще видны следы напряжения и страха. Он тоже поблагодарил Минни и в ответ на ее вопрос о здоровье жены пылко воскликнул:

— Слава богу, доктора сказали, что с ней все будет в порядке. Простите меня за то, что я заставил вас совершить это путешествие, но я ее муж и очень волнуюсь, потому что люблю ее.

— Конечно, — согласилась Минни.

— Франко и Джастин скоро приедут. Моя жена непременно почувствует себя лучше, когда вся семья будет рядом. Она захочет познакомиться с вами, но сейчас вам нужно немного отдохнуть. Карло и Руджеро отвезут вас к нам домой.

— Можно нам сначала увидеть маму? — спросил Карло.

— Нет, сейчас очередь Люка. Лучше позаботьтесь о нашей гостье.

— Пусть Карло поедет на вашей машине, а я отвезу вас на своей, — предложил Руджеро. — Это недалеко. Наш дом виден уже за милю.

Вилла Ринуччи располагалась высоко на холме. Ее огни были заметны издалека. Когда они въехали во двор, на крыльце появилась пожилая женщина.

— Это Грета, наша экономка, — объяснил Руджеро. — Папа позвонил ей, и она приготовила для вас комнату.

Немного подкрепившись, Минни поднялась к себе. Ей хотелось побыть одной и разобраться в своих мыслях. Все произошло так неожиданно, что она почувствовала себя сбитой с толку.

Она приняла душ и прилегла отдохнуть.

Когда она проснулась, солнце уже стояло высоко в небе. Из окна Минни увидела машину, поднимающуюся вверх по холму. Когда она остановилась у дома, из нее вышли Люк и его отец. Они улыбались, и это означало, что с Хоуп все в порядке. Внутренний голос подсказывал ей спуститься вниз и броситься в объятия Люка, но ее опередили его братья. Они радостно приветствовали Тони и Люка, хлопали их по спине, шутили.

Минни поняла, что она здесь лишняя. Люк вернулся к своей семье. Его место здесь. Хоуп не была серьезно больна, и ее, Минни, поддержка оказалась ненужной. То, что произошло между ними в Риме, словно осталось в другом мире.

Она почувствовала, что наконец может расслабиться, но от этого ей не стало легче.

Когда она спустилась вниз, Люк уже ждал ее там. Он выглядел счастливым.

— С мамой все в порядке, — объявил он, заключая Минни в объятия. — Она вернется домой сегодня. Ей не терпится с тобой познакомиться.

— Должно быть, она сильно разволновалась при виде твоих повязок.

— Да, но я сказал, что легко отделался, и она успокоилась.

Настало время знакомиться с остальными. Среди них была Олимпия, черноволосая девушка, которую Минни видела на фотографии. От взора Минни не укрылось, что Олимпия не сводит глаз с Примо.

Карло отсутствовал. Люк объяснил это тем, что он поехал в аэропорт встречать Джастина, его жену и сына.

— Мне лучше уехать, — сказала Минни, почувствовав себя неловко.

— Ни в коем случае, — возразил Люк. — Я никуда тебя не отпущу, пока ты не познакомишься с мамой. Она…

Его прервал звонок телефона.

— Эдуардо? Простите, но мне пришлось внезапно уехать. Я не могу сейчас говорить. Я перезвоню вам позже, — нетерпеливо произнес он в трубку и быстро отключился.

Минни хотела спросить, кто такой Эдуардо, по тут снаружи раздался шум, и все побежали на улицу, чтобы поприветствовать Джастина и его семью.

До этого Минни видела Люка только в роли гостя. Теперь он был среди своих. Но она успела хорошо узнать его и могла заметить некоторую отчужденность. Отчасти он так и остался чужаком среди Ринуччи.

Когда ей удалось вырваться, она поднялась к себе и позвонила Нетте, которая сгорала от любопытства узнать, куда они оба так внезапно исчезли.