Во имя любви. Возмездие - Мануэль Карлос

– Да, я понимаю, – посочувствовала ей Элена. – Раньше ты хоть зажигалась на каких-то поклонников, а сейчас я давно уже не слышала от тебя ничего подобного. Поезжай. И постарайся обязательно завести там роман, чтобы не маяться одной.

На званом ужине в доме Моту все было как всегда.

Бранка, пустив в ход все свои чары и десятилетиями наработанный опыт, умело обольщала Дурвала и его супругу Монику. Их сын в это время несколько навязчиво ухаживал за Миленой, но она терпела это, не желая обострять отношения с родителями. Марселу смотрел на все перемещения гостей отстраненно и думал только об одном: придет Эдуарда на прием или нет. Вчера она ответила Марселу неопределенно, однако он все еще не терял надежды.

Окончательно эта надежда угасла лишь тогда, когда он увидел входящих Атилиу и Элену – они приехали без Эдуарды. И он тотчас же отправился ей звонить.

А Арналду, находящийся вроде бы в тени, а на самом деле ловко управляющий всем этим многократно отрепетированным действом, поспешил представить вновь пришедшую пару Дурвалу и его супруге.

Моника сразу же попала под обаяние Атилиу и стала рассыпаться в комплиментах: дескать, наслышана о том, какой вы талантливый архитектор, и буду счастлива, если муж заключит-таки с вами договор на проектирование торгового центра.

Атилиу, тоже достаточно искушенный в подобных играх, легко вошел в предписанную ему роль дамского угодника, а Элена сразу же заскучала и уединилась в сторонке с Виржинией.

– Атилиу обожает подобные сборища, – сказала та Элене. – Тебе надо бы почаще устраивать приемы у себя дома, а то он может вскоре совсем отбиться от рук. Посмотри на него – ведь ясно же, что человек попал в свою стихию!

Элена, внутренне соглашаясь с сестрой, тем не менее возразила:

– Нет, я не стану делать ничего подобного. Даже если бы я попыталась устроить такой прием, у меня бы это не получилось. Тут нужен особый талант, какой есть у Бранки. А я буду ходить среди гостей с натужной улыбкой, и им сразу станет ясно, что они мне в тягость. Нет, уж лучше жить по-прежнему и собирать у себя в доме только близких, приятных тебе людей.

Атилиу тем временем заметил, что сестры опять о чем-то секретничают, и в нем вспыхнуло раздражение. Оставив Монику на попечение Арналду, он подошел к Рафаэлю.

– Скажи, тебя не бесит иногда, что твоя жена постоянно шушукается с Эленой? – спросил он довольно грубо. Но Рафаэль, как всегда, был настроен на благодушный лад:

– Нет. Они же с детства были очень близки. Да и потом – какие у них могут быть секреты? Поговорят о разных дамских штучках – и все. Даже если немного посплетничают – не беда.

Не найдя в нем союзника, Атилиу вновь вернулся к дамскому обществу. На сей раз его взяли в оборот Изабел и Бранка.

– Я вижу, тебя радует возвращение в родное лоно, – сказала Изабел. – Чувствую, что совсем скоро ты опять станешь полностью нашим!

Бранке это не понравилось, и она тотчас же вмешалась в разговор:

– Атилиу никогда не был чьим-либо. Он всегда умеет сохранять самостоятельность!

– Спасибо, Бранка. Ты понимаешь меня, как никто другой! – ответил ей любезностью Атилиу.

Она буквально засияла от счастья и, не упуская возможности развить свой успех, попросила Атилиу сделать ей, как в былые времена, ее любимый коктейль, добавив:

– Такого вкусного мартини, как делаешь ты, не может приготовить ни один самый высококлассный бармен. Я перепробовала множество коктейлей в лучших ресторанах мира, и все не то!

Атилиу сказал, что всегда рад доставить Бранке удовольствие, и отправился готовить коктейль.

Бранка победоносно взглянула на Изабел, но та не успела ответить ей как подобает, потому что Арналду как раз подвел к ней Дурвала.

– У нашего будущего партнера возникли кое-какие вопросы в связи с проектом, на которые лучше всего сможешь ответить ты, Изабел, – сказал он, а его многозначительный взгляд говорил: займись им всерьез, он уже вполне дозрел до деловой беседы.

Изабел приступила к дальнейшей обработке клиента, а Арналду решил бросить ей на помощь еще и Атилиу, который уже приготовил коктейль и нес его Бранке, продолжая играть роль ее горячего поклонника.

– Подойди к нам на минутку, – остановил его Арналду. – У сеньора Дурвала могут возникнуть к тебе вопросы.

Атилиу остановился, и Бранка вынуждена была тоже подойти к их компании, чтобы взять свой коктейль.

Но ее опередила Изабел, позволив себе довольно дерзкую выходку:

– О, мартини! – воскликнула она, словно не зная, для кого приготовлен этот коктейль. – Благодарю! Я с удовольствием выпью!

И, взяв бокал из рук несколько растерявшегося Атилиу, тотчас же сделала глоток. Затем обернулась к подошедшей Бранке и произнесла с невинным видом:

– Ой, прости! Я так увлеклась беседой, что нечаянно присвоила твой мартини!

Бранка побелела от злости, и Арналду испугался, что его разгневанная супруга может сорваться прямо в присутствии важного гостя. Поэтому поспешил обратиться к Атилиу:

– Выручай! Исправь эту досадную оплошность!

– Конечно, конечно, – согласился тот, верно оценив ситуацию, – я сделаю это с большим удовольствием. Пойдем, Бранка, будешь сама мне ассистировать.

Позже, когда Дурвал получил ответы на все свои вопросы, Арналду отвел в сторону Изабел и сделал ей замечание:

– Ты не должна так рискованно вести себя с Бранкой. Она и так уже что-то подозревает.

– А мне плевать на твою Бранку! Я ее не боюсь! – отрезала Изабел и беспечным жестом сбросила с себя кружевную пелерину, обнажив плечи, шею и, главное, выставив на показ ожерелье, которое Арналду недавно купил ей за баснословную цену.

Ослепленный внезапным блеском золота и радужным сверканием крупного, элитного жемчуга, Арналду даже зажмурился. Затем, все же открыв глаза, проворчал недовольно:

– Тебе не следовало его надевать сегодня…

Ни он, ни Изабел не знали, что в двух шагах от них притаилась Бранка, укрывшись за колонной.

Она не только слышала весь их разговор, но и видела ожерелье – то самое, которое однажды ей довелось подержать в собственных руках.