Папина дочка - Виктория Романова

Первым моим желанием было умотать куда подальше от этого проклятого универа и никогда больше его не видеть. Ни универ, ни Шырли-Мырли, ни придурка и имбецилом. Как ни странно, единственный человек, к которому у меня не было претензий — это Дина. Настолько не было претензий, что я даже была готова признать, что ошибалась на её счёт. Похоже, она просто дружелюбная и в нашу первую встречу, действительно, пыталась со мной подружиться. Даже стало как-то неудобно перед ней за своё поведение, но пока что не настолько, чтобы бежать и извиняться. В конце концов, может уже поздно?

Когда я поняла, что свалить из университета не выйдет — смирилась. Да-да, сейчас смирение — моя сильнейшая черта. Смирилась же я с тем, что живу в общаге, на счету почти нет денег, а ем я в столовой. Боже, честно, я такой жизни даже не представляла.

Как итог, я всё-таки пошла в университет…через неделю. Неделю я посвятила жалости к себе, просмотру сериалов, поеданию чипсов и поглаживанию Мэрса. Кот, кстати, вовсе не возражал моему присутствию, наоборот, охотно ластился и иногда подворовывал у меня чипсы.

В понедельник я встала с твердой уверенностью в себе и с мыслью, что никто не застанет меня сегодня врасплох. Всех поставлю на место и прекращу этот чертов поток бесконечного издевательства надо мной. В конце концов, да кто они вообще такие? Почему меня должно задевать то, что они говорят обо мне? Тем более, я знаю, что всё это ложь. Так что возьми себя в руки и прекрати ныть. Вот.

Встала как можно раньше и засела у раковины, приводя себя в порядок, а потом у стола ещё полчаса думала, стоит ли мне делать макияж. В итоге, так ничего и не придумала, переместилась к шкафу. Возможно, если я определю образ на сегодня, то вопрос с макияжем решиться сам собой. Итак, начнем. Что с погодой? Солнышко светит, но и ветерок чувствуется. Так-так-так.

Светло-бежевое платье от Гуччи из ажурного кружева с цветочным мотивом, а из-за подкладки цвета кожи и вовсе кажется, что оно надето на голое тело. Двести пятьдесят тысяч.

Замшевые сапоги телесного оттенка от Валентино Гаравани на небольшом каблучке. Девяносто тысяч.

И кашемировый двубортный жакет с широкими заостренными лацканами нежно-лилового цвета. Двести пятьдесят тысяч.

Я аккуратно сложила свой новый образ на кровать, а сама отошла подальше, чтобы проверить, как это всё будет смотреться. Вроде неплохо. И немного макияжа всё же нужно. Я решительно села за стол и достала свою косметичку.

— Ого, ты решила всё-таки оказать честь университету и прийти туда? — сказала только что проснувшаяся Дина, а потом добавила — Да-да, меня не касается, я уже молчу.

Чёрт, кажется, я её и вправду обидела своим поведением.

— Да нет, всё в порядке.

Кажется, не я одна удивилась тому, что промямлила. Дина бросила на меня удивленный взгляд приправленный иронично выгнутой бровью. Ну да, странно, что я такая добренькая с утра, да ещё и при всей этой ситуации.

Тем не менее, Дина больше ничего не сказала, только пожала плечами, а через несколько минут уже ушла умываться. Я выдохнула. Так, всё нормально, ты бы себя похуже вела, если бы с тобой обращались также, как ты с Диной. Так что помалкивай и продолжай себя малевать.

Так я и поступила. Немного макияжа, правильная одежда, полный решимости взгляд — и ты идёшь бороться за право на существование. Взяла яблоко из холодильника и пошла в университет, хотя колени начали подрагивать, как только я вышла из комнаты. Ещё никогда раньше со мной такого не случалось. Конечно, бывало такое, что надо мной смеялись, когда я попадала в глупые ситуации, но это было как-то по-другому, по-дружески, что ли. А не так как сейчас, когда они издеваются и смеются, чтобы ещё сильнее обидеть.

Но у них ничего не выйдет!

Сегодня у меня весь день семинарские занятия, так что я буду один на один со своей группой, где, как минимум, трое людей меня не особо любят и будут стараться задеть. Придурок и Шырли-Мырли. Ну ничего, я справлюсь.

Первая стычка произошла как только я вошла в аудиторию. Шырли (или Мырли?) ехидно мне улыбнулась и проворковала противным голосом:

— Ой, а кто это у нас тут пришёл? — некоторая часть аудитории повернулась в мою сторону, однако, к моему счастью, слова этой мадамы почти никого не заинтересовали. Только этого придурка.

Так, сначала дойди до места, а потом посмотрим. Может она будет сцеживать яд на ком-то другом. Ага, как же.

— А ты всё молчишь, да? — продолжала эта змеюка. — Подбираешь умные слова, чтобы ответить?

— Нет, если я начну подбирать умные слова, то ты перестанешь меня понимать.

Шырли усмехнулась, и тогда подсоединилась её подруга. Это что, два полушария мозга, который у них на двоих один? Хорошо хоть и просто лают, а не кусаются.

— Всю неделю по свиданиям бегала? На новый маникюр дали?

— Или ты им?

Девушки были в восторге от всей двусмысленности этой шутки, а я лишь закатила глаза. Кажется, я только что потеряла часть извилин в разговоре с ними. Решила промолчать и залезть в группу универа, на всякий случай. Это уже стало чем-то вроде моей постоянной привычкой. Но нет, всё было тихо и гладко. Единственное значимее событие — скоро объявят конкурс «Первая леди» факультета, куда может записаться любая студентка с любого курса.

Какая глупость. Неужели это кому-то интересно? Никогда конкурсы красоты не любила и не понимала. Главное, что там ничего не про меня и на этом можно успокоиться.

Вполне спокойно прошли ещё две пары, а вот третья заставила меня серьезно так понервничать. Оказывается, нам задавали какую-то контрольную, о которой я бы знала, если бы ходила в университет. Конечно же я ничего не написала. Просто не знала, что писать, да и придумать не могла. В первую неделю у нас были лекции, во вторую я была слишком взвинченной, последнюю прогуляла, так что в темах вообще не ориентировалась. Конечно же об этом после пары не мог умолчать Придурок.