Второй шанс на счастье - Айрин Лакс

— Марьян, тебе нехорошо?

Богдан наклоняется и обеспокоенно разглядывает моё лицо. Гладит пальцами щёки и скулы.

— Сейчас ты переживаешь за меня по-настоящему или просто хочешь, чтобы я как можно быстрее покинула твой офис? — тихо спрашиваю я.

Мужчина замирает надо мной. Короткая пауза. Я могла бы использовать её по разному, но вместо этого притягиваю к себе Богдана. Крепко схлёстываю руки за его шеей и тяну. Он почти падает, распластывается на моём теле. Пуговицы рубашки и металлическая пряжка ремня натирают мою кожу. Но я не обращаю на это внимания. Целую его губы. Упрямые и жёсткие, но сдающиеся под моим напором.

Он продолжает ласку языком и выводит жаркие спирали у меня во рту. Вновь с головой окунает в беспамятство. Его одежда летит куда-то в сторону, а мне не нужно раздеваться вовсе. Я до сих пор обнажена и готова принять его. Снова.

Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что Богдан просто играет со мной в месть, пользуется моим телом и срывает свою злость из-за неудавшихся отношений. Наверное, я должна испытывать отвращение и ненависть. Но ничего из этого нет. Я чувствую себя недолюбленной и недоласканной. Во мне слишком много чувств и желания, очень долго дремавших взаперти.

Секс в браке с Виталием был для меня рутинным обязательством. Я прекрасно понимаю, почему он начал погуливать налево. Я нравилась ему, как женщина, по-настоящему нравилась. Он испытывал ко мне плотское влечение. Но я не могла и не хотела дать ему то, в чём он нуждался. Виталию нужна была в постели раскрепощённая любовница, готовая на эксперименты. Но вместо этого ему приходилось иметь дело со мной, лежащей под ним с жертвенным видом. Каждый раз я словно отбывала трудовую повинность. Движения становились рублеными и скованными, жесты угловатыми.

Супруг даже как-то поднял эту тему. На людях, говорил он, ты смотришься удивительно мягкой и изящной, держишься чувственно и эротично. Но в постели превращаешься в бревно. Куда исчезает магия, Марьяш?

Магия никуда не исчезает. Но и не появляется, если нет искры и запала. Секс у женщины всегда в голове. И от одного запаха твоего мужчины может вести так, словно получила порцию обжигающей ласки. Рядом всегда должен находиться Твой. Тот самый мужчина, срывающий планки. Жестом. Взглядом. Скупой, но сильной эмоцией. И всё остальное кажется уже не важным.

Это страсть. Она проносится волной по всему телу, заставляя его дрожать. Подаваться навстречу каждому движению, пронизывающему насквозь. Удовольствие пьянит. Комната и весь остальной мир отходят на задний план. Есть только жаркие вздохи и стоны обоюдного удовольствия.



Теперь — правильно. Без укоров обид и желаний свести счёты. Теперь мы просто он и она, испытывающие друг к другу непреодолимое влечение.

— Сейчас ты кажешься мне дикой и немного сумасшедшей кошкой, — признаётся Богдан. Теперь он не торопится уходить и не подгоняет меня. Мы лежим рядом. Кожа к коже. Богдан просит меня поднять его джинсы и подать ему сигареты.

— Могу поспорить, что ты так и не научилась курить, — шутит он, раскуривая сигарету.

— Даже не пыталась.

— Ага. Но тогда решила покорчить из себя жутко взрослую и плохую девчонку. Помнишь? — глаза Богдана насмешливо сверкают. Он прикрывает их и словно уплывает в воспоминания.

Мой взгляд привлекает мерцающий экран телефона Богдана. Он стоит на беззвучном режиме. Наверное, выпал из кармана, пока я доставала сигареты. Читаю имя на экране «Аня». Я осторожно переворачиваю телефон на пол экраном вниз, не говоря ни слова о том, что Богдану звонит его жена.