Девочка криминального авторитета - Кристина Жиглата

Здесь не было роскоши, вычурности. Лаконичность и простота.

Много свободного пространства, и ровных прямых линий, которые оживляются немногочисленными, но достаточно большими и яркими аксессуарами. Камин в стороне, придавал некого уюта, тепла, а бежевый и коричневый цвет, идеально гармонировали между собой, как в предметах декора, так и в мебели.

— Наконец-то ты спустилась! — слышу рядом, радостный голос и, вздрогнув, поворачиваюсь к женщине в фартуке, которая направлялась ко мне. Она подходит в плотную и обнимает меня как родного человечка, после чего бросает быстрый, опасливый взгляд наверх и уходит в обратном направлении, подзывая меня за собой.

— Пойдём! Здесь незачем торчать… а у меня там, пироги и бульон…

Я помню её, она приходила ко мне в комнату, спрашивала о ребёнке и муже, и мне она не показалось плохой.

— Простите, я не расслышала, как вас зовут, — интересуюсь, направляясь следом.

— Ирина Александровна, — с улыбкой представляется она, и я вспоминаю, что о ней уже упоминал Асад: добрая и хорошая женщина.

— Я — Милена…

— Знаю, родная. Присаживайся! — бросает она, когда мы заходим в просторную кухню с большим, круглым столом по центру на восемь персон.

Я умащаюсь на указанный стул, а Ирина Александровна, некоторое время возится возле духовки, извлекая оттуда огромный, красивый и явно вкусный пирог.

— О Боже…, - не сдерживаюсь я, покидая своё место и приближаясь к этому совершенству. Склоняюсь над пирогом, вдыхаю ароматный запах домашней выпечки, удовлетворенно промычав. — Я уже и забыла этот запах…когда моя бабушка пекла, я всегда ждала на кухне, чтобы получить первый кусочек себе.

— Надеюсь, моя выпечка тебе тоже понравятся, — с улыбкой говорит женщина, отрезая от пирога большой кусок, и оставляет передо мной.

— Спасибо, — благодарю. — Клубничный…мой любимый. Вы чудо! Я даже ради приличия, отказаться не могу…, - добавляю рассмеявшись.

— Какое там приличие, я готовлю специально для жителей этого дома, — объясняет она.

— Вы кухарка? — спрашиваю, приступая за еду.

— Нет, просто люблю готовить.

— И сколько здесь жителей? — интересуюсь осторожно.

— Только ты и хозяин дома. Я здесь не живу. Приезжаю с утра и остаюсь до вечера…

— Вы родственница Асада? — продолжаю. Куй железо пока горячо! Может получиться, хоть что-то узнать…

— Нет, мы познакомились недавно. Но вижу, он всё же раскрыл тебе свою личность…

— Так получилось, — говорю смущённо, не поднимая глаз.

— Тогда понятно, что с ним происходит…

— А что с ним происходит? — сразу спрашиваю, прекращая, есть пирог, и подняв взгляд на женщину.

— Он в кабинете третий день, практически не выходит, — расстроено говорит она. — Я не знаю, что между вами произошло и вмешиваться не хочу… Но не смотря на то, что мы знакомы с Асадом всего два месяца, и мне известно о нём совсем немного, я всё равно, могу с уверенностью сказать, что он хороший человек…не такой, как кажется на первый взгляд.

— Два месяца? — удивляюсь.

— Это долгая история, к тому же Асад запретил мне об этом с тобой говорить…

— О чём? — настаиваю я, а она мне просто улыбается.

— Вижу, ты тоже беспокоишься за него, — заключает, и я отвожу взгляд в сторону. — Поговори с ним, пусть он прекратит себя изводить. Он и так много пережил…

В её голосе было столько теплоты и добра, она действительно волновалась за Асада.

— Где я могу его найти? — тихо спрашиваю, не поднимая глаз.

— Его кабинет на втором этаже, в конце коридора, левого крыла дома…

— Хорошо, — обрываю её я, начиная явно переживать из-за предстоящей встречи. — А тем временем, вы бы не могли, побыть с моим сыном… Он спит, но когда я буду знать что мой малыш под присмотром, мне будет спокойней…

— С радостью! — воодушевляется женщина, хлопая в ладоши. Видимо для неё, моя просьба означала значительно больше или она просто любила детей…

— Позовёте меня, если он проснётся? — прошу.

— Обязательно, и…спасибо тебе…