Я буду рисовать только тебя - Агата Санлайт

И Горский понял, что нужно срочно исправлять ситуацию. Спутница смотрела на него как на сексуального маньяка. Он и чувствовал себя сейчас маньяком. Настолько перевозбужденным, что дальше просто уже некуда. Но он бы никогда на нее не набросился.

– Я ведь художник. Не забыли? А у вас очень красивые руки. Как у дамы из высшего света.

Жасмин усмехнулась.

– Мне говорили.

И лед в ее темно-карих глазах растаял, появились янтарные искорки.

Горский глубоко вдохнул, а выдохнуть уже не смог.

– Так что по поводу мероприятий? Графика!

Напомнила спутница Горскому. Он усмехнулся. Это же надо! Чтобы женщина так отключала мозги. Он, наверное, сейчас свое имя написал бы с ошибками…

Горский быстро нажал на нужные пункты меню.

Развернул ноут обратно к Жасмин.

– Вот смотрите.

– Так вот где оно запрятано! – обрадовалась она, как девочка. – Надо бы поменять. Потому, что я не нашла. Значит, и многие другие не разберутся… Это минус…

– Для этого мы вас и нанимаем.

Жасмин посмотрела так, словно видела Горского насквозь. Буквально. Но ничего не сказала.

Ну ведь и для этого тоже. Так что он не солгал. Он просто не все ей сказал.

Но какой же партнер раскрывается другим компаньонам полностью? Не-ет! Тут у них все обычно.

Прямо-таки в стиле русского бизнеса.

Сто пятьдесят аргументов и фактов как на ладони и куча камней скрытых мотивов за пазухой.

– Вот тут есть список ВИП-вечеринок. Только списком и без подробностей. Кто устраивает и где. Только описание, чтобы показать наши возможности.

Горский принялся дальше демонстрировать Жасмин что да как.

Она чуть опустила голову и слушала. Внимала. А Влад снова балдел, сходил с ума только от ее взгляда, от раскрасневшихся щек и каждого движения тонких пальцев по клавиатуре.

Наверное, так дамы высшего света томно перебирали клавиши рояля, извлекая из того чудесные мелодии.

И Горский думал о том, как эти пальчики скользнули бы по его телу, как опустились бы на брюки и расстегнули их. От напряжения у него на висках даже выступила слабая испарина. Вязкий воздух с трудом проталкивался в грудь.

– Хорошо… Тогда я выбираю вот эту вечеринку. Можно?

Тебе все можно, хотел бы сказать Горский. Но чтобы снова не вводить спутницу в замешательство ответил проще.

– Конечно.

* * *

Жасмин

– Значит, мы приходим. Вы меня со всеми знакомите, все показываете и поясняете. Я имею в виду аниматоров, что там и как устроено. Верно?

– Да.

– Но мы ведь не останемся до конца. Мне достаточно схватить антураж? Получить впечатление? Я же репортер, а не хроникер?

– Пробудешь столько, сколько сочтешь нужным…

Горский соглашался на все и сразу. Ни разу не возразил и не поспорил.

Я видела, что у него были свои мысли и свои планы на нашу встречу. Даже могла прикинуть какие. Однако, Влад четко выбрал линию непротивления. И это распаляло меня куда больше, нежели если бы он настаивал на чем-то своем.

И все равно я чувствовала – этот мужчина сделает так, как ему нужно. Мягко подведет меня к этому, вырулит – и мне ничего не останется, как принять игру Горского.

Это рождало внутренний протест, но и какое-то приятное, будоражащее кровь ожидание схватки умов и уловок.

Мне все больше нравилось общаться с Горским. Он не шел напролом, как в нашу первую встречу. Кажется, подобные финты вообще были не в его стиле. Он направлял, подводил и в итоге – подталкивал к тому, что хотел получить. Однако действовал именно по мужски – гнул свою линию, не мытьем, так катаньем.

Эта внутренняя сила, стержень ужасно нравились мне в Горском. Опять, в который уже раз за нашу первую встречу, заставляли ощутить себя женщиной. И это кружило голову, пьянило почище всяких хмельных напитков, комплиментов и нескромных предложений.

Мне ничего не оставалось, как только перевести беседу в более деловое русло. Самой себе напомнить, для чего мы тут встретились.

– А что с оплатой?

Горский вновь криво усмехнулся.

Достал из небольшого стильного чемодана документы.

– Вот. Взял на себя смелость составить договор. Вернее, поручил нашим юристам.

Я взяла бумаги из рук Влада. И он словно невзначай опять коснулся моих пальцев своими.

Коротко, но настойчиво.

Так подталкивает пленника вперед часовой. Небрежно, но четко давая понять, что бежать некуда и нет смысла рыпаться. Да мне не очень-то и хотелось.

Я изучала документы достаточно долго. Давно выработала привычку никогда не проглядывать их по диагонали или же бегло проглатывать, не вчитываясь.

Я относилась к контрактам с уважением и дотошностью.

Договор был составлен так, словно «наниматель» делал мне реверансы.

Форс-мажоров прописали туда кучу. Включая даже «неписун», когда я могла не загружать статьи на сайт, а только следить за новостями фирмы. В случае болезни «наниматель» обещал мне медобслуживание в клиниках Семенова. Причем, счет сразу направлялся к работодателю.

И гонорар оказался в полтора раза выше, чем я озвучила Владу по телефону.

Я пораженно вскинула взгляд на Горского.

– Что-то не так? – он подпер голову рукой и, кажется, наслаждался произведенным эффектом. От души так наслаждался. На всю катушку.

– Э-э-э… Такое чувство, что, составляя договор, обо мне очень заботились. Старались не свою выгоду блюсти, а мою… Даже в ущерб себе.

– Это проблема?

Внимательный, пытливый взгляд, одновременно порочный и совершенно невинный. Мол, что вы, что вы! Мы же хотим, как лучше. Никаких подводных камней, никаких скрытых желаний. Все чисто как стекло после помывки.

Я усмехнулась.

Горский протянул мне ручку и внимательно следил за тем, как я выводила подпись. Словно до последнего сомневался в моей решимости. Несмотря на все обещанные плюшки.

– А теперь давайте отметим начало нашего сотрудничества! – он будто готовился. Поднял руку и к нам заспешил официант.

Причем, сразу с каким-то коллекционным красным вином. Я такое только в кино и видела.

– А можно мне просто глинтвейн? – спросила я, немного стесняясь показать себя какой-то плебейкой.

Горский улыбнулся шире.

– Девушке сделайте из этого вина глинтвейн.

Официант налил моему «нанимателю» вина. И ушел с бутылкой.