Его моя девочка - Эльвира Смелик

– Мы? – переспросил Крайнов, хмыкнул.

Вот чего имел в виду? Сейчас опять скажет, что Алика дома нет. Так и хорошо, если нет, он Лизе совсем и не нужен. Или понял, что она только ради него одного притащилась, и на самом деле должно было прозвучать «ты», и, конечно, не сдержался, чтобы не намекнуть на свою проницательность, не поддеть в очередной раз.

Как же он бесил. До умопомрачения. До желания вцепиться, встряхнуть, прижаться, почувствовать наконец-то, не просто близко, а совсем без дистанции. А он ещё будто дразнил – молчал, пялился неотрывно, прожигал взглядом – и ждал, что прямо сейчас она во всём и признается. Ага. Как же? Потом всё-таки произнёс:

– Проходи.

– Я отнесу на кухню? – предложила Лиза.

– Как хочешь, – равнодушно отмахнулся он, но не скрылся в комнате – из неё, кстати, музыка доносилась, так что и не видел бы, и не слышал – а потащился следом.

Лиза поставила контейнер с пирогом на стол, развернулась. Крайнов стоял за спиной, не то, чтобы совсем рядом, наверное, в паре шагов, смотрел, будто бы спрашивал «Ну и? Что теперь?» Не про пирог же ему интересно.

– У нас тогда не было ничего, – твёрдо проговорила Лиза. – С Аликом.

Крайнов дёрнул плечом, сообщил невозмутимо:

– Я знаю. Он сказал.

Знает? А зачем тогда всё это было? Представление с девушкой, показательный игнор. Ведь наверняка же тогда сразу утром – Алик сказал.

– Или ты сам у него спросил?

Лиза даже на мгновение дышать перестала. Нет, не волновалась из-за ответа, как раз-таки наоборот – дух захватило, от того, что выговорила вслух такое, решилась, смогла.

Не всё же ему цеплять её и следить за реакцией. Теперь она посмотрит, что он сделает.

Крайнов сузил глаза, на несколько секунд сжал губы, потом приоткрыл, усмехнулся, качнул головой.

– Идём.

Она опешила.

– Куда?

– Потанцуем.

– Э!

Теперь и у неё рот приоткрылся, от удивления. Вот уж чего она никак не ожидала – и в целом, и конкретно от него.

– Или ты не любишь? – поинтересовался он.

– Почему? – возразила Лиза. – Лю… – начала и запнулась, осознав смысл слова и то, что его можно воспринять не только относительно танцев, а вообще, что звучит оно почти как признание, то ли случайно вырвавшееся, то ли спровоцированное специально, но всё-таки закончила, не отведя взгляда, пусть и почти шёпотом: – …блю.

– Идём, – повторил Крайнов и, не дожидаясь, ухватил её за запястье, развернулся, потянул за собой.

Когда его пальцы сомкнулись на её руке, Лизу будто током прошило. Сердце остановилось и тут же заметалось, как сумасшедшее, а места соприкосновения запульсировали жаром, и она послушно двинулась следом. Хотя нет, послушно тут вообще ни при чём, потому что их желания совпадали. Ник не попросил, не потребовал, он просто высказал одно стремление на двоих. И комнату он занимал ту же, что и Лиза, только этажом выше.

Она не стала рассматривать обстановку – да какая разница? – выхватила лишь отдельные детали. Верхний свет не горел, только бра над кроватью, но и оно скорее использовалось прежними хозяевами в качестве ночника, потому что едва разгоняло сумрак. Ещё ярким пятном сиял экран ноутбука. На нём – типичная картинка онлайн-проигрывателя.

Музыка лилась через подключённые колонки – не быстрая и не медленная, но зато ритмичная. Отдавалась в ушах, проникала в сознание и будто бы заполняла тело, разносилась по крови, заставляла жить с ней в такт, управляя даже ударами сердца. Но, может, дело было не только в ней.

– Ну.

Ник отпустил Лизино запястье, шагнул навстречу, оказавшись совсем рядом, плавно качнулся, вскинул руку, едва касаясь – а может и на расстоянии, просто она всё равно чувствовала – провёл ладонью по её плечу, предплечью. Она, скорее, даже неосознанно, подалась за его рукой, словно хотела ощутить её сильнее – или правда хотела? – тоже качнулась. А дальше как-то само получилось, не задумываясь, без стеснения. И захватило, переросло в нечто самодостаточное, не требующее осмысленного контроля, почти инстинктивное, состоящее только из чувств и эмоций.

Они действительно танцевали. Танцевали, да, и это воспринималось каким-то ритуалом, игрой, предварительный действом. Откровением. Невинным сексом. Потому что ничуть не меньше возбуждало и заводило, разгоняло кровь, горячило. А ещё – касания. Случайные и неслучайные одновременно. Пальцами, локтем, плечом, бедром. То совсем мимолётные, едва ощутимые, то нарочитые, тесные. Но и те, и другие электрическими разрядами пронзали тело, сбивали дыхание, отзывались чувственным трепетом.

Они то приближались, почти прислоняясь друг другу, то опять отдалялись, но обычно ненадолго, и снова оказывались рядом. Ник легко приобнимал её на несколько секунд, иногда плотнее прижимал к себе, но тут же отпускал, отстранялся. А один раз приложил к Лизиной щеке ладонь, тоже на несколько мгновений – потому что она почти сразу подалась назад, и пальцы медленно скользнули по подбородку, едва не дотронувшись до губ. Рука на какое-то время зависла в воздухе, не торопясь опускаться, словно всё ещё чувствовала её под собой. Но это тоже был танец. Пока танец.

А потом появился Алик.

Конечно, они даже не услышали, как и когда он пришёл. Просто в какой-то момент сквозь музыку и плотную, дрожащую маревом чувственного напряжения атмосферу прорвалось одобрительно-восторженное:

– О-о-о! Что творится? – дополнилось безоговорочно-уверенным: – Я с вами.

Наверное, они были слишком заняты друг другом, чтобы возразить, чтобы отвлечься на кого-то другого. Другое вообще не имело значения, не играло никакой роли, не проникало в пределы их реальности. По крайней мере, это относилось к Лизе. Но Ник тоже никак не отреагировал, будто ничего особенного не происходило, будто всё оставалось в порядке вещей. Да и Алик вписался вполне органично, словно присутствовал с самого начала – легко перескользнул из одного мира в другой, влился в танец, легко распознал правила игры и принял их тоже легко.

Сначала пристроился рядом, в какой-то момент даже сумел вклиниться между ними, потом ещё раз и ещё, так же на несколько мгновений притянул Лизу к себе, отпустил, отодвинулся, а потом оказался за спиной, на секунду перестав существовать. Но когда Ник опять к ней приблизился, сократив расстояние до минимума, почти соприкоснулся, Алик снова появился и тоже – слишком-слишком близко.

Она одновременно ощутила их обоих, они словно окружили её, взяли в тиски, и сразу горячая ладонь легла на бедро, заскользила по телу – Лиза даже не поняла, чья. И стало не по себе, слишком тревожно, почти страшно, даже сердце сжалось, по рукам пробежали мурашки, и она вздрогнула, не удержавшись, стараясь не предполагать, что случится дальше.