Останься со мной - Маргарита Дюжева

— Проваливай, — Голос у Демида настолько ровный, что становится страшно.

— А то что?

Я уже готова влезть между ними, чтобы предотвратить катастрофу, но Барханов молча достает свой телефон, что-то набирает и протягивает экраном к Игнату. Тот сначала отпихивает его руку, потом все-таки опускает взгляд. Отворачивается. Снова опускает. В этот раз быстро и с явным недоумением.

— Какого…

У него лицо вытягивается, а глаза становятся огромными, как у совы.

— Откуда? — смотрит на Демида в полнейшей растерянности и даже со страхом.

— Собрался. Уехал. Даю тебе две минуты, или запись улетит твоему папаше.

Мне жуть как интересно, какой компромат есть у Барханова, и я даже на цыпочки встаю, чтобы увидеть, из-за чего Игнат в мгновение ока растерял весь свой гонор. Но Демид, молча выключает телефон и убирает его обратно в карман. На меня даже не смотрит. И на мое неразделенное любопытство ему плевать. Замороженный!

Игнат тем временем одевается. Так быстро, что даже в армии ему бы позавидовали. Вот он без трусов, хоп! — и вот он полностью собранный. Магия. На меня тоже не смотрит. Оба самца сосредоточенно делаю вид, что не замечают меня. И это порядком раздражает.

Я выхватываю сумку из салона за мгновение до того, как внутрь запрыгивает взъерошенный Игнат.

— Пока, — буркает и заводит машину. Она буксует на траве, дергается, но потом трогается и лихо уносится прочь.

Уехал…

На смену любопытству, приходит обида и негодование. Вот так взял и просто уехал. То же мне кавалер. Бросил не пойми где и не пойми с кем.

— Я, пожалуй, пойду, — вешаю сумку на плечо и направляюсь прочь от озера.

Но не успеваю пройти и десяток шагов, как Демид нарисовывается рядом, жестко хватает за локоть и ведет туда, где стоит его машина. Двигатель ворчит, двери открыты, словно ждут нас.

— Отпусти!

Ноль реакции.

— Демид!

Тишина

— Я сейчас кричать буду!

— Кхм, — вот и весь ответ.

Ладно. Черт с тобой. Перестаю сопротивляться и позволяю себя вести к машине. Снова напоминаю себе, что сама этого хотела. И что, чем быстрее начну отгребать, тем быстрее этот ад закончится.

— Я сама! — отпихиваю его руку и самостоятельно забираюсь на переднее сидение, а через мгновение Барханов усаживается рядом.

Он молчит, и его молчание меня очень сильно напрягает. Как в старые-добрые времена. Только раньше я до жути боялась его жестоких слов, а теперь наоборот жду их.

В салоне искрит. Демид ведет машину резко, дергано, будто едва сдерживается. Хотя так и есть. Он кипит. Его энергия бьет через край, выдавливая из меня остатки кислорода.

Сейчас что-то будет…

Плевать.

— Отвези меня к торговому центру, — небрежно роняю и тут же получаю убийственный взгляд, — ну или высади. Сама доберусь.

Он бьет по тормозам. Здоровенная, как танк, машина дергается, жалобно скрипит и останавливается.

За окном уже сумерки. На дороге никого. Откуда-то доносится кукование залетной кукушки. Я на автомате спрашиваю, сколько мне осталось. Она бросает мне скромное, скорбное «Ку» и замолкает.

Ну все. Точно конец.

— Ты с ним… — цедит сквозь зубы. Последнее слово сказать не может, проглатывает.

— Тебя это не касается. Забыл? — я на удивление спокойна. Да, сердце грохочет, но голос не дрожит, руки тоже не трясутся. Со стороны можно подумать, что хладнокровная стерва. Главное подальше запрятать свою боль и помнить, что это все ради Макса.

Только ради него!

— Как же ты ошибаешься, Лерочка, — тянет он. И я вижу, как сквозь стужу в глазах, пробивает дикое пламя.

Глава 11.2

Глава 11.2

— Оу, — округляю глаза в притворном удивлении, — дай угадаю, Барханов. Сейчас ты скажешь, что я тебе нужна? Может, еще порычишь «мо-о-я-я-я, ррр»?

Смотрит. Не отрываясь. По-звериному.

Между нами что-то происходит. Странное. Дикое. Непонятное. Меня почти выворачивает наизнанку от нервного напряжения. И внезапно становиться страшно от того, что может сказать.

Я не готова. Ни к одному из возможных вариантов.

— Так что у тебя с этим уродом?

— Он красивый. И веселый.

Отчетливо слышу скрип зубов.

— И не долбит мне мозг.

— А остальное?

Едва удерживаюсь от того, чтобы влепить пощечину по этой непоколебимой холеной морде. От рукоприкладства спасает телефон Демида, валяющийся на приборной панели. Он гудит, а я не хочу, но смотрю на экран.

Вобла.

Чует наверное, что мужик ее занимается не тем, чем надо.

— Любовь твоя звонит. Ответь. — ядовито улыбаюсь и киваю на мобильник, — Не томи бедную Элечку, А то останешься без сладенького.

Я снова порю, не пойми что. И все из-за того, что мне больно. Как вообще от этой дурацкой боли избавиться? Не нужна она мне. Не хочу.

Демид не отвечает. Молча скидывает звонок и бросает телефон обратно экраном вниз.

— Ну так что у тебя с этим хмырем?

— Любовь, настоящая и всепоглощающая.

— Врешь, — роняет так небрежно, что я злюсь еще больше.

— Отчего же? Тебе надо было задержаться в кустах и не высовываться. Все бы сам увидел. Кстати, какой компромат у тебя на него? — этот вопрос меня очень волнует. Если он копал под Игната, то запросто мог копать и под меня. И тогда…

— Твой…красавец, — пренебрежительно выплевывает Демид, — любит перед камерами с голой задницей скакать и снимать хоум-видео. Сама понимаешь, какого содержания.

Отлично, блин. Хотя я не удивлена. Игнат запросто мог такое учудить, это вполне в его стиле. Я бы даже сказала, что он просто создан для таких вот перфомансов.

— И давно ты в курсе? — всеми силами стараюсь, чтобы голос не выдал моего волнения.

— Пока за вами ехал.

— Вот так раз, и все узнал? Ты же даже не мог его нормально рассмотреть.

— Мне хватило номера его машины, — скривился Барханов, — а рассмотрел я его позже. В полной мере.

Облегченно выдыхаю. Демид не копал специально под меня, не рылся в моем грязном белье, ему просто хватило номера, чтобы по своим каналам все пробить.

Жутко, блин. Просто жутко! Стоит ему только захотеть, стоит только ковырнуть мое прошлое…

— Ну вот видишь, стриптиз бесплатный посмотрел.

— Лер-р-ра…

— Ну что Лера? Что? Ты посидел