Держись, Захар! - Наталья Дёмина

«Моя репутация разрушена, — тёрла она красные от слёз глаза. — Какой позор! Это хорошо, что мы на дистанционном обучении. Иначе, пришлось бы или уходить из университета, или брать академический отпуск. Как! Как после таких сплетен смотреть в глаза друзьям и знакомым в университете! Позор! Позор! А Захар… Из-за меня он тоже попал в опалу. Небось, проклинает меня сейчас…»

В комнату к девушке постучали.

— Доченька, — раздался из-за двери голос её матери. — Можно войти? У тебя всё в порядке?

— Входи, — села на кровати Вика, вытирая мокрые глаза и щёки.

— Кто обидел мою девочку? — женщина подошла к кровати, села на край и крепко обняла дочь.

Девушка только вздрагивала от рыданий, не в силах выдавить ни слова.

— Ничего, — гладила её по волосам и спине мать, решив, что дочь расстроилась из-за проблем с парнем. — Пройдёт время, всё забудется. Вот мы с твоим папой столько раз ссорились, а потом мирились, — мечтательно улыбнулась. — Примирения могут быть такими… — запнулась. — В общем, всё будет хорошо.

«Ох, мамочка, — шмыгала носом на её плече девушка, — если бы ты знала! Если бы знала!»

Часть 48

Ирина нахмурилась и зло засопела, когда Ольга Петровна завершила разговор.

«Ничего, — взяла она в руки телефон, — я извинюсь. Так извинюсь, что Вика навсегда забудет, как жаловаться. Трусиха. Сразу видно, что привыкла за чужими спинами прятаться».

Она нашла в списке контактов нужный номер и нажала на кнопку вызова. Лениво потянулись длинные гудки. Девушка закусила губу и нервно забарабанила ноготками по столу, за которым сидела, бросая недовольный взгляд на экран компьютера.

— Да, — наконец раздалось из динамика.

— Подруга, выручай! — произнесла Ира.

— Что у тебя стряслось? — встрепенулась собеседница.

— Вика пожаловалась Ольге Петровне, что я всем озвучила, что она возможно болеет, — всхлипнула громко и протяжно.

— Ты плачешь, что ли? — удивилась собеседница.

— Да-а-а. Меня грозились выгнать из универа, если я не извинюсь перед Викой. В чате! Представляешь?

— Сочувствую, — вздохнула подружка. — А от меня-то ты чего хочешь?

— Помоги мне.

— Как? Текст извинения написать? Я в словах не сильна, ты знаешь.

— Нет, — заговорщицким голосом зашептала Ира. — Надеюсь, ты не удалила фотографии, на которых Вика и Захар целуются? Те, которые мне прислала.

— Нет, не удалила. Разве от такого компромата избавляются.

— Вот за что я тебя люблю, так это за твою практичность.

— Взаимно!

— У меня есть несколько пикантных снимков, как Вика лезет в окно мужского туалета в общежитии.

— Да ты что! — воскликнула собеседница. — Это же бомба!

— Но я сама не могу, — замялась Ира.

— Понимаю, — улыбнулась подружка. — Ты под колпаком. Но не волнуйся. Я сделаю всё в лучшем виде.

— Тогда я отправлю тебе снимки и выставлю своё извинение в чате.

— Ох, и рванёт! — захихикала девушка. — Не люблю ябед и выскочек.

— Спасибо, дорогая!

— Всегда, пожалуйста.

Ира завершила разговор и сразу отправила несколько снимков знакомой.

— Вот теперь, — ударила пальчиками по клавиатуре, — посмотрим, Викуся, кто будет смеяться последней. Тоже мне, прима, нашлась. Посмотрим, как Ольга Петровна запоёт, когда увидит фотографии, как ты используешь её племянника в качестве «лестницы», чтобы забраться в окно мужского туалета.

А Вика, выплакавшись на плече матери, забылась беспокойным сном, ещё не зная, какие потрясения несёт ей завтрашний день.

Но не только Ира долго не ложилась спать в этот вечер, Захар извёлся, набирая номер Виктории, которая выключила свой телефон.

— Почему? — только и мог раз за разом спрашивать парень, глядя на экран телефона.

— А что ты хотел? — зевал, лёжа на своей койке, Юра. — Девушка расстроена. Да и кто не был бы расстроен, после такого ведра помоев, что на неё вылила Ира, которую Вика считала своей подругой.

— Но я же волнуюсь! Ты же сам стал свидетелем, как пришло сообщение, что «абонент снова в сети», значит, она восстановила свой номер. Почему мне не позвонила?

— Мало ли, — пожал плечами приятель. — Были дела.

— А сейчас дел нет, — вздохнул парень, — поэтому она выключила телефон.

— Ну, — пожал плечами Юра.

— А может она уже пожалела, что поцеловалась со мной?

Друг захохотал:

— Да, она вчера, как кошка, ластилась к тебе. Хватит накручивать себя.

— Легко тебе, — вздохнул.

— Чем же? — насупил брови Юра. — Или думаешь, я железный и не переживаю, что моя любимая считает меня малолеткой?

— Прости, — сдулся Захар. — Просто, ты такой уверенный в себе, собранный. Оптимист, одним словом. А я, — махнул рукой, — почти инвалид, — погладил гипс на ноге.

— Тебя послушать, так я робот какой-то.

— Почему сразу робот, — улыбнулся друг. — Усовершенствованная версия человека.

— Скажешь, — улыбнулся ему в ответ Юра. — Напиши сообщение Вике и спать ложись. Когда она включит телефон, то сможет прочесть его. Пусть сама решит, что ты ей нужен.

— А если, — улыбка исчезла с губ Захара, — она решит, что я ей не нужен?

— Тогда ты сделаешь всё, чтобы она поняла, как ошибалась.

— Легко сказать.

— А кто сказал, что должно быть легко?

— Ты прав, — согласился с ним парень. — Всё, что даётся с трудом и ценится больше.

— И я о том же.

Часть 49

«Ля-ля-ля… Тополя…» — надрывался телефон Вики на полу около кровати. Девушка опустила руку, чтобы дотянуться до гаджета.

«Ещё семи нет», — удивилась она, принимая вызов от Жени.

— Доброе утро, — сонным голосом произнесла Виктория.

— Утро совсем недоброе, — отозвалась подруга. — Пока ты дрыхнешь, в университетском чате новые сплетни поползли.

— Какие? — села на кровати девушка.

— О тебе и Захаре.

— Чем я ещё провинилась?

— Тебе лучше самой увидеть.

— Да, что там может быть такого, — Вика сбросила одеяло, торопливо поднялась с постели и села за стол, включая ноутбук.

— Это… — мялась Женя.

— Ужас, — выдохнула Виктория, когда на экране появилась закреплённая запись с пафосными извинениями Иры, а под ними в комментариях видео, на котором девушка без труда узнала себя и Захара, целующимися, и несколько снимков, на которых она стоит на спине одного парня, а тянет руки к другому, чтобы забраться в окно мужского туалета общежития. Чем больше «откликов» она читала, тем краснее становилась.

— Самый настоящий ужас, — бубнила Женя в динамик телефона. — А ты заметила, что все вчерашние сплетни о том, что ты больна нехорошей бякой, исчезли.

— Удаляй, не удаляй, все и так успели не только прочитать, но и высказаться, и я уверена, ещё и поделиться новостью.

— Вот поэтому, я тебе и позвонила. Ночью не могла до тебя дозвониться, поэтому решила попытаться с утра пораньше.

— Да, я вчера телефон выключила. Прости, не хотела ни с кем разговаривать.