Держись, Захар! - Наталья Дёмина

— Вы хотите сказать, что на снимках запечатлён как раз момент учений, — ехидно заметил ректор, заёрзав в кресле.

— Абсолютно верно. В учениях принимала участие ещё одна девушка, которая не попала в кадр. Кстати, я стояла в двух метрах от, якобы, нарушителей, — уверенно солгала она.

— А поцелуй? — опять нахмурился Геннадий Петрович.

— А что с поцелуем? — улыбнулась под маской Ольга Викторовна. — Молодые люди любят друг друга. По-моему, это очевидно.

— Но они, — он наклонился к экрану своего ноутбука, — делают это без масок.

«Посмотрела бы я, — ещё шире улыбнулась под своей маской женщина, — как вы со своей любовницей целуетесь в масках, хоть жену повеселили бы. Ей-то и в маске подобное, как я слышала, не достаётся».

— К сожалению, — театрально вздохнула Ольга Петровна, — молодые люди были заняты поцелуем в своё свободное время. Вокруг них других студентов не было, а значит, технически, они не нарушили правила.

— Но они могли заразить друг друга! — выпалил мужчина.

— Вы предлагаете их изолировать, как условно больных, в отдельной комнате?

— Ну, — замялся Геннадий Петрович.

— Боюсь, что тогда необходимо будет подать соответствующие документы наверх, — она подняла указательный палец вверх и выдержала паузу. — А там… — вздохнула.

— Нет. Нет, — затараторил он. — Никаких документов отправлять не надо.

— А что делать с поцелуями? — заговорщицким голосом спросила женщина.

— Пусть проветривают помещение и дезинфицируют губы, — серьёзно ответил мужчина.

— Хорошо, я внесу дополнения.

— И уберите всё из чата, — нервно забарабанил он по столу.

— Разумеется.

«Кажется, пронесло», — подумала Ольга Петровна, набирая номер компьютерного отдела.

Часть 51

— Ты чего такой хмурый? — спросил Толя, когда зашёл в комнату к ребятам, чтобы вернуть кастрюлю, которую он одолжил на пару дней, а решил занести спустя три месяца да то только потому что горел желанием узнать последние новости, так сказать, из первых уст.

— Всё нормально, — огрызнулся Захар, продолжая буравить тяжёлым взглядом экран телефона, переживая, что Вика так ничего ему не написала и не перезвонила.

— Девчонка что ли бросила? — не обращая внимание на молнии, что сверкали в глазах парня, поинтересовался Анатолий.

«Какое дело? — пыхтел он. — Да все девчонки только и обсуждают, как ты смачно целовал Вику, а у неё потом на губе какая-то зараза вылезла».

— Тебе какое дело? — пробурчал Захар, закипая от наглости приятеля.

«И Юрка, как назло, — вздохнул, — вышел в магазин».

— Мне? — хмыкнул Толя. — Вообще, без разницы.

— Ну, если так, то оставь кастрюлю на столе и можешь быть свободен, — скрипя зубами, процедил Захар.

— О, — усмехнулся молодой человек, — видимо наш принц облажался по-королевски!

— Брысь! — бросил в него подушку парень, но та не долетела, шмякнувшись у ног молодого человека.

— А вот и не подумаю. Я же вижу, что тебя что-то гложет. Поделись, легче будет, — поднял подушку.

— С тобой? — теперь пришла очередь Захара кривить рот в ухмылке.

— А чем я плох?

— Да тем, что у тебя язык без костей.

— Ох, уморил, — захохотал тот. — Будто у тебя он не такой.

— Да я о том, что ты болтун и сплетник, — выпалил Захар, теряя терпение.

— Я! — швырнул подушку на пол Анатолий. — Я к тебе как к другу… А ты!

Молодой человек бросился с кулаками на Захара.

— Смелый какой, — дёрнулся Захар, перехватывая руки напавшего. — И заразиться не боишься?

— Что? — отшатнулся от него парень.

— Заразиться, говорю, не боишься?

— Так ты, действительно, болен? — отошёл ещё на один шаг Толя, доставая из кармана маску, чтобы надеть её.

— А ты разве не видишь? — развёл руками Захар.

Молодой человек пристально осмотрел его и нахмурился:

— Кроме ноги в гипсе, ничего не вижу.

«На губах болячек нет, — отметил для себя. — Может где в другом месте вылезло?»

— Мне раздеться, чтобы тебе виднее было? — усмехнулся Захар, хватаясь за край футболки.

Толя хотел было отказаться, но вспомнил, что не мешало бы немного искупаться в лучах славы, как единственный, кому удалось разузнать правду о, якобы, страшной болезни Захара и Вики. Переписку об этом час назад удалили из общего университетского чата, равно как и видео с поцелуем, но неудовлетворённое любопытство-то осталось. Всем хотелось знать. — А это заразно?

— Ну, как сказать, — вздохнул Захар, а Толя сделал ещё один шаг назад. — Так будешь смотреть или нет?

— Буду, — твёрдо произнёс молодой человек, решив, что сейчас не время пасовать перед трудностями. В любом случае, с утра он уже съел одну луковицу и два зубчика чеснока, запив горячим чаем с мёдом, лимоном и имбирём.

— Что ж, — Захар снял футболку. — Как?

— Ну, — прищурил глаза начинающий журналист. — Я ничего подозрительного не вижу.

— Н-да, — протянул парень, — что же делать. Может и тут ревизию проведёшь? — спросил, хватаясь за резинку спортивных шорт.

— Больной! — выпалил Анатолий, спешно покидая комнату, чуть не сбив с ног Юру, который как раз заходил.

— Чего это он? — удивился Юра, озадаченно глядя на дверь, за которой скрылся Толя, красный, словно рак, и свирепый, как бык.

— Кастрюлю принёс, — пожал плечами Захар, надевая футболку.

— А подушка чего на полу валяется?

— Упала.

— Ну, ну, — усмехнулся Юра, поднимая её.

— Ты принёс? — нетерпеливо заёрзал на койке молодой человек.

— Ага, — широко улыбнулся приятель и зашуршал пакетом. — Вот!

Часть 52

— Ты уверен? — поинтересовался Захар, разглядывая то, что Юра держал в руке.

— Ещё бы! — усмехнулся тот. — Когда мой дядька два года назад зимой поскользнулся и сломал ногу, пользовался точно такой же.

— Ну, не знаю, — откинулся на подушку. — Надеюсь, что не этой же самой, — тихо засмеялся в кулак.

— Эта новая, — Юра поставил пакет на стол. — Держи, — и протянул другу длинную деревянную линейку.

— Мне кажется она короткая, — Захар с недоверием крутил в руках покупку. — И слишком толстая, она не влезет…

— Влезет, — перебил его приятель. — Давай, покажу. Сам убедишься, что нет ничего сложного.

— Давай, давай, — нетерпеливо заёрзал парень. — Жуть, как чешется.

— Сейчас станет легче.

Юра сел на кровать. Взял линейку.

— Где больше всего чешется? — спросил он у Захара.

— Вот здесь, — ткнул пальцем в гипс молодой человек.

Юра принялся осторожно засовывать линейку между гипсом и ногой Захара.

— Как? — поинтересовался у приятеля.

— Ммм. Кайф! — застонал Захар. — Ещё. Давай сильнее.

— А так? — двигал линейкой Юра.

— Блаженство, — выдохнул Захар.

— Ещё?

— Да, не останавливайся. Держи её крепче!

Парни вздрогнули, когда неожиданно дверь в их комнату открылась и на пороге появилась разъярённая Ольга Петровна:

— Что вы вытворяете! — пыхтела она сквозь маску.

— А что? Что