Все о любви - Стефани Лоуренс

— Скажите, — и Люцифер внимательно посмотрел на Крэббса, — кто-нибудь еще может претендовать на наследство?

Тот покачал головой.

— У него не было семьи, даже каких-либо родственных связей. Поместье полностью принадлежало мистеру Уэлему, он мог распорядиться им по собственному желанию.

— Не знаете ли вы, кто ранее был наследником Горация, до того как было составлено это завещание?

— Насколько мне известно, никакого предыдущего завещания не было. Я составил этот документ три года назад, когда мистер Уэлем прибыл в эти места. Он дал понять, что никогда раньше не составлял завещаний.

Позже, когда тени стали длиннее, Люцифер через лес отправился в Грейндж. Держа руки в карманах, уставившись в землю, он механически переступал через коряги, огибал ямы, в то время как голова его была занята совсем другими вещами.

Крэббс удалился, вернувшись в «Красные колокола». Люцифер не предложил ему остановиться в Мэноре, объясняя это тем, что и сам пока не переехал в свой новый дом. Он не хотел, чтобы Брислфорд, Хеммингсы и Коуви были вынуждены развлекать и обслуживать нотариуса, во всяком случае, не сегодня.

Он объяснил Крэббсу, как связаться с Хиткоутом Монтегю, поверенным в делах Кинстеров. При содействии Монтегю официальное вступление во владение будет быстрым и несложным. Надо только написать письмо Монтегю.

И Габриэлю. И Девилу. И родителям.

Люцифер вздохнул. Первые неприятности, связанные с грузом ответственности. Всю свою жизнь он пытался избегать этого. А сейчас не смог: Гораций взвалил на него ответственность за свою коллекцию, за поместье, за Коуви, Брислфорда и Хеммингсов. И еще за сад,

Гораций научил его, как обращаться с коллекциями, семья подготовила к управлению поместьем и слугами. Но никто никогда не учил его садоводству…

Тропинка постепенно разветвлялась, превращаясь в настоящий лабиринт уже на территории Грейнджа. Убедившись, что он на правильном пути, Люцифер направился дальше, глубоко погруженный в размышления.

Пока какая-то фурия в батистовом платье не налетела на него, промчавшись сквозь проем в кустарнике.

Филлида задохнулась от неожиданности. Но еще до того как поднять голову, она узнала руки, обнимавшие ее. Если бы она была женщиной, которая поддается первому порыву, она бы завизжала и отпрыгнула. Вместо этого она смерила Люцифера взглядом и спокойно отступила.

— Прошу прощения. — Холодно-вежливая, она отвернулась и направилась к дому.

Он последовал за ней. Взгляд скользил по ее лицу, но она упорно его не замечала — не замечала его губ и странного игривого выражения его синих глаз. Дьявольская случайность только что невероятно осложнила ее жизнь.

И его тоже. Но он еще об этом не знал.

— Вы прекрасно это делаете.

Слова, которые он пробормотал себе под нос, прозвучали откровенно вызывающе.

— Что именно?

— Скрываете свой гнев. Что его вызвало?

— Знакомый. Хотя на самом деле трое знакомых.

Он сам, Мэри Энн и Роберт. Он унаследовал поместье, Мэри Энн предположила, что он может решить остаться здесь, а Роберт беспомощно подтвердил, что так оно и есть.

Она-то надеялась, что похороны убедят Мэри Энн в том, что ее письма не представляют никакого интереса рядом с такой трагедией, как убийство. Вместо этого подруга была теперь еще дальше от намерения рассказать Люциферу все. В приступе раздражения Филлида оставила Мэри Энн и Роберта у фонтана и гордо удалилась. Только для того, чтобы наткнуться на Люцифера.

Филлида наконец удостоила его взглядом.

— Я слышала, вы унаследовали Мэнор?

— Да. Поскольку нет никаких родственников, следовательно…

Они вышли на лужайку. Девушка посмотрела на дом.

— Ну и каковы же ваши планы? Продадите поместье или поселитесь здесь?

Он почувствовал, что она смотрит на него, но не обернулся.

— Я как раз собирался обсудить этот вопрос с вашим отцом. Возможно, вы согласитесь проводить меня к нему?

Сэр Джаспер был в библиотеке. Люцифер не удивился, когда Филлида, проводив его, исчезла на некоторое время, а затем вернулась с подносом, на котором стояли стаканы и графин.

— Итак, вы теперь девонширский землевладелец?

— Похоже, что так. — Люцифер принял бокал с бренди, предложенный Филлидой. Такой же бокал она предложила отцу, а затем устроилась на диване напротив мужчин.

— У вас есть какие-либо соображения насчет того, как распорядиться собственностью? — Сэр Джаспер изучал Люцифера из-под густых бровей.

— Вы говорили, что ваша семья владеет землями в Сомерсете…

— У меня есть старший брат — земли перейдут к нему. Последние годы я жил преимущественно в Лондоне, в доме моего брата.

— То есть у вас нет иной недвижимости, требующей вашего внимания?

— Нет. — Разглядывая бренди в своем бокале, Люцифер добавил: — Ничто не мешает мне поселиться в Колитоне.

— И вы намерены это осуществить?

Он поднял взгляд и посмотрел в глаза Филлиды. Именно она с присущей ей прямотой задала этот простой вопрос.

— Да. — Подняв бокал, он сделал глоток, не отрывая от нее взгляда. — Я решил, что Колитон мне подходит.

— Великолепно! — просиял сэр Джаспер. — Вы вольете свежую кровь в эти места. — И он принялся развивать эту тему, расписывая преимущества местной жизни. Люцифер не прерывал его разглагольствований, пытаясь понять, чем вызвано раздражение, сквозившее в карих глазах Филлиды. Лицо ее было спокойно, она слушала отца, но ее глаза… и недовольная складочка в уголках губ…

Сэр Джаспер сделал паузу. Люцифер воспользовался этим, чтобы спросить:

— Есть один момент, о котором я хотел упомянуть. Я считаю завещание Горация даром, который я не смогу принять, если не сделаю все возможное для поимки его убийцы.

Сэр Джаспер кивнул:

— Ваши чувства делают вам честь.

— Возможно, но я никогда не буду чувствовать себя спокойно в доме Горация, владеть его коллекцией, пока не переверну буквально каждый камень в поисках убийцы.

Сэр Джаспер проницательно посмотрел на собеседника.

— Правильно ли я понял, что вы намерены переворачивать каждый камень?

Люцифер выдержал его взгляд.

— Каждый валун. Каждую гальку.

Сэр Джаспер помолчал, размышляя, затем кивнул.

— Я сделаю, что смогу, но как вы, без сомнения, поняли, этого убийцу нелегко будет засадить в тюрьму. Единственный очевидный факт — это то, что его никто не видел.

— Должны быть и другие свидетельства. — Люцифер осушил свой бокал.

Сэр Джаспер последовал его примеру.