Любовница Его Величества - Елена Звездная

С того памятного дня, Дариан изменился. И если спали они по-прежнему вместе, то отныне это более не причиняло боли… только отвращение.

— Благодарю, Ваше Величество, мне хорошо, — Кати отложила книгу.

Для своей любовницы Его Величество приказал построить беседку с резными перилами, которую установили на краю озера, выстроив на сваях. В беседке стояли кресла и удобная тахта, здесь Катарина проводила большую часть своего свободного времени.

— Кати, — Дариан сел на край тахты, ласково начал поглаживать ее ноги, забравшись под платье, — я привез тебе новые книги.

Ее радостная улыбка и блеск в глазах были самой лучшей благодарностью. «Ты будешь любить меня, Катарина, — с усмешкой подумал Дариан.»

И протянул ей стопку обтянутых кожей листов, еще не зная, что дарит надежду на спасение. После того как они несколько часов обсуждали планы Его величества по поводу предстоящего включения в состав королевства княжества Тенгар, король долго целовал любимую, и с видимым сожалением поднялся.

— Отдыхайте, любовь моя, — сказал он на прощание.

Катарина смотрела ему вслед, затем постаралась выбросить из головы все мысли, и взяла первую книгу из стопки.

Леди Анна, которой было поручено отныне наблюдать за Кати, привычно начала вышивать золотыми нитями замысловатый герб своего рода, как всегда ожидая, что Катарина полностью погрузится в мир исписанных желтоватых страниц, но поведение девушки ее удивило. Прочитав несколько страниц Кати удивленно вскрикнула, села и вчиталась снова. Затем бросила книгу, впервые позволив себе подобное по отношению к литературе, и начала взволнованно ходить по беседке. Успокоившись, снова села и схватив книгу, погрузилась в написанное.

Когда король зашел, чтобы позвать ее на ужин, его поразили перемены — в глазах Катарины больше не было обреченности. Девушка искренне, а не натянуто улыбнулась при его появлении, радостно протянула руку, улыбаясь, следовала за королем по аллее.

* * *

На закате во дворец вернулась королева. Прекрасная и самодовольная львица уверенно проследовала в покои супруга, вошла в кабинет и очень внимательно посмотрела на Катарину.

— Что в ней изменилось? — лениво осведомилась Алиссин, бросая перчатки на стол.

— Оставьте нас, — обратился Дариан к Кати, и девушка мгновенно подчинилась.

— М-м-м-м… Король играет роль доброго и благородного? И как, успешно? — насмешливо поинтересовалась королева.

— Весьма, — Дариан посмотрел на замершего у двери секретаря, и приказал подать ужин для супруги.

Алиссин отчетливо видела любопытство в глазах монарха, и лишь усмехнулась, осознав, что Дариан изредка потакает своим слабостям.

— Вы отправили меня в монастырь, где самая младшая из невест пресветлого, годится мне в матери! — с возмущением произнесла королева.

— О, да, я знал, что вы оцените мою заботу о вашем моральном облике.

— С-с-спасибо, — Ее величество села за стол, начала ополаскивать руки, и едва дождавшись пока служанка унесет воду для омовений добавила, — Я оценила вашу заботу, когда престарелая монашка пыталась соблазнить меня!

— Вот как? Расскажете?

Алиссин усмехнулась, дождалась, пока перед ней накроют стол и как только слуги с поклоном покинули королевскую чету, начала рассказ:

— Это было безумно скучно, до того самого момента, пока не пришло время исповеди.

— О-о-о, — Дариан подался вперед, — ваша исповедь была подробной?

— Весьма, — Алиссин потянулась к бокалу с вином, — в результате меня прервали, усиленно молились до полуночи, а в полночь в мою келью осторожно постучали…

— М-м-м, я надеюсь, настоятельница Синестиа не слишком досаждала вам?

— Не слишком… мне, но очень… сестре Пиэн. Было забавно наблюдать… в процессе.

Смех королевы звучал тысячей серебряных колокольчиков, а затем Алиссин лукаво добавила:

— Но вы совершенно упустили из вида, что в монастырь часто приходят невинные девушки, провести несколько дней в молитвах, перед тем как их сочетают браком.

— И сколько? — поинтересовался король.

— Всего четыре, но это было волшебно…

— Уверен, вы обставили все романтично.

— Спорить не буду, — королева мечтательно улыбнулась, — чистые, юные, непорочные девы, предавались столь же чистой, непорочной и волшебной любви с сошедшей с пьедестала богиней-матерью.

— Невероятно, — Дариан с восхищением смотрел на супругу.

— Увы, — Ее Величество указала на руки, где еще виднелись полоски белого, — эта краска с великим трудом смывается. Но, должна признать, оно того стоило.

— И чем вы желаете отпраздновать возвращение из заточения?

— Меня устроил бы поцелуй с Кати, ну и, возможно, охота.

— Великолепно, через несколько дней я обещаю вам эту забаву.

— С Катариной? — лукаво поинтересовалась Алиссин.

— С охотой, — гневно ответил король.

— Как жаль, — Алиссин поднялась, — а мой дорогой супруг порадует свою королеву?

— С удовольствием, — произнес Дариан, резко поднимаясь, — и прямо сейчас. Должен признать, ваш рассказ о монастырской жизни, несколько… возбуждает.

«Мне нужен наследник, — думала королева, догадливо расстегивая платье.»

«Мне очень нужен наследник, — думал король, с восхищением прикасаясь к идеальной груди своей королевы, — и эта шлюха тоже!».

* * *

Когда во дворце стало известно, что Его Величество устраивает охоту для Ее Величества, придворные заметно оживились. Дамы спешно шили новые костюмы, лорды готовились к кровавой забаве. И даже Катарина, к удивлению короля, с энтузиазмом ей не свойственным, согласилась сопровождать Его Величество. Необыкновенную оживленность Кати отметили все придворные, но понять причины не смог никто, и только книга в коричневом кожаном переплете, старательно перечитываемая раз за разом знала ответ — но при дворе читать не любили. А король все чаще оставлял ее в покое по ночам, и это не могло не радовать девушку, пока спустя несколько дней, в королевской спальне не появилась Алиссин.

Катарина лежала, обнимая Дариана. Король привыкший спать неизменно на спине, всегда укладывал головку любовницы себе на грудь и обнимал Кати одной рукой, вторая занимала положение под его головой. Очень долго девушка не могла привыкнуть спать именно так, и обычно засыпала после короля, отодвинувшись от него, и повернувшись к Дариану спиной. И в эту ночь Кати слушала удары его сердца, сильные и размеренные, и уже намеревалась аккуратно отодвинуться, как услышала шаги и притворилась спящей. Вздрогнув, мгновенно проснулся Дариан, словно случайно сместил руку под подушку, где у него был метательный кинжал.

Дверь открылась и, придерживая свечу, в королевскую спальню вошла Алиссин. Притворно всхлипнула и прошептала: