Любовница Его Величества - Елена Звездная

— Волосы отрезаны!

Несколько секунд всем молчали, потом раздался хриплый голос Дариана: — Что?!

— Они отрезаны, идиот! — уже не скрывая ярости, закричала королева. И резко приказала. — Свет сюда!

Факелов было зажжено столько, что внезапно на поляне стало светло как днем.

— Маленькая тварь! Дрянь! Подлая тихоня! Да как она посмела?! — возмущалась королева, рыская по всей поляне.

— Если разодрали волки, где потеки желудочных соков? Только кровь! Кровь везде! — Дариан поднял самый большой клок волос, посмотрел на концы. — Вы правы, моя королева, если бы волосы отодрали звери, на концах были бы остатки кожи, а тут — срез!

— Эта маленькая тварь инсценировала собственную смерть! — Алиссин вскочила, — Мне лишь не понятно, откуда столько крови! Вы, — она грозно взглянула на егерей, — обыскать все вокруг. Живо!

Дариан с болью вспомнил длинные, почти до колен волосы Катарины, и, разжав кулак, позволил ветру разнести волосы по ветру.

— Куда она могла направиться? — Алиссин в упор смотрела на супруга.

— Я не знаю, — хрипло ответил Дариан. — Помочь ей никто не мог. Я всегда контролировал малейшее ее перемещение. Единственный кто порывался спасти сестру от бесчестья, сослан на Олтанру, и пробудет там до вступления в наследство.

— Тогда куда она могла направиться? В каком месте вы никогда не стали бы искать? Где могли бы приютить беглянку?

— Монастыри, школы, сиротские приюты! Но… она захочет туда, где выросла. Катарина направится в Ортанон! Отец вычеркнул ее из книги рода, для Катарины это было ударом. — Дариан хищно оскалился, — главная дорога в порт!

— По коням, — Алиссин не сдержала столь же жестокой ухмылки.

Из кустов вышел один из егерей, протянул пустую флягу Его Величеству, и Дариан, принюхавшись, произнес:

— Она везла кровь с собой!

Переглянувшись, два хищника начали охоту.

* * *

Книги — источник мудрости. Слыша это так часто, Катарина познала значение, лишь открыв «Житие святого Иртана».

Это была история святого, сбежавшего от нечестивых и дабы сбить преследователей со следа, Иртан убил путника, одел его в свою одежду и оставил на растерзание… Иртан спасся и его не преследовали больше.

Кати читала это место снова и снова, но убивать?! Она не могла. Идею подсказала королева Еитара, она же научила, как сделать так, чтобы волки взяли след и сыграли свою роль.

— Все должно быть естественно, Кати, — шептала Еитара, передавая ей флягу с кровью.

— Король должен поверить в твою смерть, иначе он будет искать… и найдет. А он найдет, Катарина, Дариан одержим тобой.

— Я знаю, — прошептала девушка.

И все удалось. Отъезжая от всадников, она по капле проливала разбавленную водой кровь на землю и на свое платье. Затем стянула одеяние, и полив уже обильнее, опустила так, чтобы край испачканный кровью волочился по траве. Лошадь всхрапывала и косилась, чувствуя запах, но Катарина уверенно гнала ее вперед. Волки вышли на след у реки, как она и рассчитывала. Погнались следом, оглашая округу воем, и девушка остановилась. Безжалостно смяв ткань, вылила почти все из фляги, скинула одежду на землю. Затем волосы. Катарина не испытывала жалости срезая сплетенные в косу локоны. Затем расплела, облила оставшейся кровью и тоже пустила по ветру, надеясь, что волки придадут картине ее смерти больше достоверности.

И лишь заметив серые тени за деревьями, Катарина погнала лошадь к мелководной реке, вынуждая ее переправиться.

Еще до реки избавилась девушка и от фляги, опасаясь, что чувствующие запах крови серые хищники будут гнаться за ней. Но обошлось.

Несколько часов Катарина ехала вниз по течению, так как прекрасно помнила, что Липтака впадает в море, причем у порта. Она ехала почти всю ночь, в предрассветных сумерках услышала шум торгового каравана и решилась покинуть лес. Долго гладила лошадь, словно прося у нее прощения, потом спрыгнула на землю, стараясь не кричать от боли в затекших ногах, а затем, ударив, погнала лошадь прочь.

Катарина должна была бы бросить животное раньше, но опасалась, что лошадь из леса не выберется, а так тут рядом дорога, значит, верная кобыла обязательно обретет нового хозяина.

На Кати был костюм юноши, тоже переданный королевой и надетый под платье, и она должна была выдать себя за молодого дворянина из обедневшей семьи. Волосы, длина которых теперь была чуть ниже плеч, девушка спрятала под шапку, лицо испачкала грязью и смело направилась к дороге. В нагрудном кармане лежало письмо от королевы, в котором она просила барона Олинсе, приятеля ее детских лет, позаботится о сироте, и золотые монеты.

Смело выйдя навстречу торговцам, Катарина дождалась пока самый главный из торговцев, не подаст знак приблизиться. В эту минуту она была благодарна Дариану, за то общение с торговцами и гильдиями, которое он ей навязал.

— Кто вы? — задал вопрос крепкий старик, сидя на повозке. Кати, чтобы общаться пришлось идти рядом.

— Меня зовут Себастиан, — стараясь говорить грубо, ответила Катарина.

— Вы вышли из леса? — продолжал допрос старик.

— Моя кобыла пала, — спокойно ответила девушка.

— Это та, которая вышла из леса? — старик рассмеялся, — А животинка явно из королевской конюшни!

Небрежно обернувшись, Кати выразительно пожала плечами и произнесла:

— Не знаю, у меня пегая была, а эта черная. Так вы довезете до порта, или мне сообщить стражам, что гильдия суконщиков отказывает путникам в помощи на королевской дороге?

— Садись, — хмуро приказал торговец, — ты из высокопоставленных явно.

Кати не ответила. Некоторое время они ехали молча, потом девушка поняла что засыпает, и чтобы отвлечься начала расспрашивать торговца о его семье, и вскоре Ларнар с энтузиазмом рассказывал о внуке. К обеду уже запросто предложил разделить с ним трапезу, и даже предлагал поспать непрестанно зевавшему Себастиану, но Катарина держалась из последних сил, и спать отказывалась.

В порт они въехали на закате, и, узнав у торговца расположение приличного постоялого двора, Катарина отправилась искать ночлег. Юные дворяне здесь не были редкостью, поэтому и особого внимания на нее никто не обращал. По крайней мере, с разговорами не лезли. Найдя постоялый двор названный «Сын ветра», заплатила за комнату на третьем этаже. Прислужница открыла для господина дверь, и попыталась кокетничать, вызвав у Кати улыбку.

— Милое дитя, мне более ничего не нужно, — произнесла девушка и выставила служанку прочь.

Она устала настолько, что даже есть не хотелось. Переодевалась Катарина быстро, так же быстро вымылась в прохладной воде, и повалилась спать.

* * *

Король и королева мчались по дороге в порт. По реке путь был короче, но король был уверен, что Катарина выберет дорогу. Они меняли лошадей в каждом придорожном селении. В первом же городке Алиссин сменила амазонку на костюм охотника и теперь на юную королеву с восхищением взирали все — от лордов и до стражников. С восторгом на супругу поглядывал и Дариан, но возбуждения не испытывал, непрестанно думая о предательстве Кати.