Лиловые орхидеи - Саманта Кристи

Я чувствую себя виноватым из-за того, что отнимал все ее время.

– Боже, Бэй, тебе надо было провести все это время со Скайлар! Почему ты мне ничего не сказала?

– Потому что она хотела посмотреть все вместе с Джени. Сходить на официальную экскурсию по кампусу и все такое. Мы договорились встретиться сегодня, родители Джени привезут ее ко мне в общежитие в шесть часов. И завтра мы с ней проведем весь день вместе.

Я смотрю на часы – уже пять.

– Ты правда хочешь, чтобы я познакомился с твоей сестрой, или ты меня приглашаешь только потому, что я пригласил тебя на ужин?

Бэйлор закатывает глаза.

– Гэвин, не глупи. Пошли с нами! Будет весело! – говорит она. – Но нам придется есть пиццу. Скайлар – знатная любительница пиццы.

– Значит, будем есть пиццу! Я знаю отличное место. Вам понравится!

Держась за руки, мы возвращаемся к моему дому. Я ловлю на себе несколько удивленных взглядов от знакомых и понимаю, что мои новые отношения скоро наделают шума во всем кампусе. Кажется, мне нужно предупредить некоторых из своих друзей. И когда я говорю друзей, я имею в виду Карен.

– Ого! – восклицает Скайлар, когда я рассказываю ей, сколько голов забил в прошлом сезоне.

Она хорошенькая, как Бэйлор. Только у Скайлар зеленые глаза, а волосы такого же цвета, как у меня. Она еще не превратилась в красивую женщину, как Бэйлор, но уже видно, что в будущем она разобьет немало сердец. А еще она на меня запала. Жаль, что у меня нет младшего брата.

– Ты интересуешься футболом? – спрашиваю я ее.

– Ну теперь-то уж точно!

– Скайлар! – Бэйлор одергивает сестру.

Потом поворачивается ко мне и произносит уголком рта:

– Извини, она бывает чересчур прямолинейной.

– Я вообще-то тут, – говорит Скайлар. – И прекрасно вас слышу, если вы не в курсе.

Она закатывает глаза и подносит ко рту кусок пиццы по-чикагски[5]. Она задумчиво смотрит на меня и жует. Потом спрашивает с набитым ртом:

– А что вы собираетесь делать летом? Ну, вы же живете за тысячи километров друг от друга. Паршиво, наверное, вам будет.

Мы с Бэйлор удивленно смотрим друг на друга. Я даже не уверен, что кому-то из нас приходило в голову, что может произойти через три месяца. По крайней мере, у меня такой мысли точно не возникало. У меня никогда раньше не было девушки. Я не привык задумываться о будущем. Мне никогда не нужно было думать о ком-то, кроме себя.

– Э‐э‐э, мы это еще не обсуждали, Скайлар, – говорит Бэйлор, злобно глядя на нее. – Мы в буквальном смысле начали встречаться только вчера.

– Да, но вы же друг другу нравитесь уже давно! – говорит Скайлар. – Вы же даже бегали в одно и то же время каждый понедельник и среду во время каникул – только потому, что второй тоже так делал.

Она еще раз закатывает глаза.

– Скайлар! – еще раз одергивает ее Бэйлор.

Я сжимаю ей руку под столом – сразу после того, как она пнула свою младшую сестру.

Я улыбаюсь, потому что не спрашивал у Бэйлор, выполнила ли она соглашение, которое мы заключили перед каникулами. А поскольку она ни разу о нем не упомянула, я подумал, что она, наверное, не сдержала обещания. Теперь я знаю, что она не только выполнила наш уговор, но и рассказывала обо мне дома. По крайней мере, рассказала Скайлар.

– А что такого? Я просто называю вещи своими именами, – говорит Скайлар, поднимаясь из-за стола. – Мне нужно в туалет. Скоро вернусь, голубки.

Бэйлор поворачивается ко мне:

– Прости, Гэвин. Она всегда была совершенно бестактной. Я ей написала и сообщила, что ты придешь, и она обещала, что постарается быть вежливой.

– Все в порядке, – говорю я. – Ей шестнадцать лет, Бэйлор, прояви снисходительность.

Я улыбаюсь и наклоняюсь к ней:

– Значит, ты со мной бегала, да?

Она краснеет и кивает:

– Каждый раз. Один раз у нас была сильная метель, и я пошла в спортзал и бегала на дорожке.

– Я тоже.

Я наклоняюсь и целую ее в точку прямо под мочкой уха, от чего она задерживает дыхание.

– Знаешь, как сильно я хотел тебе написать?

Она стреляет в меня взглядом:

– Правда?

Я киваю.

– Рискуя показаться полным неудачником, я также признаю, что каждый день разглядывал твои фотографии, – признаюсь я.

– Это не делает тебя неудачником, Гэвин. Это делает тебя романтиком.

– Вот как?

Я раздумываю над этим заявлением.

– Меня во многом обвиняли в моей жизни, но еще никто ни разу не обвинял в том, что я романтик!

Она хихикает, и когда мой член на это реагирует, мне приходится напомнить себе, что ее шестнадцатилетняя сестра вот-вот к нам вернется. Я снова наклоняюсь к ее уху и делаю выдох, прежде чем шепнуть:

– Это все ты, милая. Это с тобой я хочу быть таким.

Я отодвигаюсь и вижу, что она прикрыла глаза и слегка приоткрыла губы. Боже, жду не дождусь, когда мы окажемся наедине. Но сегодня этого точно не произойдет. Она попросила Тори переночевать сегодня в комнате подруги, чтобы Скайлар осталась в их комнате в общежитии. Это даже неплохо. Последние два дня мы были неразлучны, и нам, пожалуй, не помешает провести хоть немного времени порознь. Я тут же качаю головой, прогоняя эту дурацкую мысль.

– Так сколько там длятся летние каникулы? – спрашивает она. – В них, наверное, гораздо больше понедельников и сред, чем в зимних.

Она хмурится.

Я беру ее руку и кладу себе на бедро.

– У нас еще много времени, чтобы построить планы на лето, Бэй. Но я должен тебе сказать, что точно поеду на полтора месяца в Бразилию.

– В Бразилию… Ух ты! – восторженно восклицает она. – Ты там будешь играть в футбол?

– Может быть, но я еду не для этого, – объясняю я. – Поездку запланировали еще в начале прошлого семестра. Это поездка по программе «Учись и работай», она будет неплохо смотреться в приложении к диплому. И да, я выбрал Бразилию потому, что они там чертовски классно играют в футбол.

– Мне кажется, это будет прекрасным опытом! – говорит Бэйлор.

Кажется, она и правда за меня рада.

Мне страшно сказать ей то, что я должен ей сообщить, но я обещал себе, что всегда буду говорить Бэйлор