Завидные невесты - Ева Финова

— Если позволите, я встану рядом.

— М-м-м?

Смогла только промычать. Собственно, рот у меня был полон. А шамкать и плеваться крошками — верх неприличия.

— Мне совестно оттого, что это я послужил инициатором подобного погрома, поэтому хочу провалиться под землю, или хотя бы спрятаться в уголочке, как вы.

Прожевала, проглотила с изрядным трудом и только тогда позволила себе высказаться:

— А мне совестно, что я позволила себе грубость в ваш адрес. Ведь я вас толком не знаю, а уже строю предположения о вашем характере по паре фраз.

На долю секунды мне показалось, будто на лицо Витони набежала тень и он скривился.

— Тогда давайте начнём сначала, — он быстро опомнился и снова жизнерадостно улыбнулся. — Я, Витони де Альетти.

— Лара Брутти.

Подыграла ему и снова укусила бутерброд. Собственно, не представляла себе, о чём ещё сказать в подобных обстоятельствах. Тем более мы двое стали невольным центром притяжения взглядов остальных участников погрома на этой кухне.

— Держи, — Тиана подошла ко мне и протянула чайную чашку с морсом. — Другой посуды не нашла, кроме как грязной в тазу, так что будем некультурными до конца.

— Честно признаюсь, я впервые остаюсь здесь с ночёвкой и поэтому был удивлён подобным распорядком.

— О чем это ты?

Эльфийка встала между нами и весело улыбнулась другу. За что ей спасибо — разрядила обстановку. Иначе я даже не знала, куда себя деть. Ненужное смущение сильно мешало при поедании бутерброда. Того и гляди, подавиться можно.

Глава 15.1

— О том, что слуги и работники Огуречного края ложатся спать в восемь часов и встают в пять, — вместо него ответил сынок хозяина этого самого края. — Изначально, столь удобная традиция была крайне выгодна ради экономии. Сами понимаете, магические камни для освещения стоят прилично. Да даже если использовать свечки на таких площадях. Тоже накладно. А мой отец, несмотря на любовь жить на широкую ногу, довольно прижимист и заставляет всех и каждого отчитываться за каждую монету, за каждый нолик в банкноте.

— Что ж, это понятно.

Тиана пожала плечами.

— Непонятно, почему нам не сказали? — буркнула Оша, поднимая взгляд из тарелки. К настоящему моменту она умяла уже вторую порцию и тянулась за третьей. Взяла черпак и обслужила себя сама.

И правильно. Потому что я такая же. Честно говоря, один бутерброд не сильно исправил ситуацию, а лишь слегка притупил аппетит. Может, и мне харчо отведать?

— Ещё?

Подруга будто мысли прочитала. Я призадумалась. Ти усмехнулась и обернулась к столешнице, сделала ещё один.

— Держи.

— Благодарю.

— Слушай, Тиана, так зачем ты здесь? Только честно.

Девушка чуть не поперхнулась. А я поспешила подавить приступ удивления. Неужели они весь день о звёздах говорили? В смысле, ни разу не задевали эту тему?

— Не могу сказать прямо, но я здесь, чтобы не быть дома. Там сейчас очень горячо.

— М-м-м?

— Тиана отказала прынцу, — Оша подсказала. — Но ты и сам наверняка слышал, зачем второй раз спрашиваешь?

— Это я слышал, не понимаю, зачем столь кардинально менять обстановку из-за одного отказа? Ведь это же не ей отказали.

— А… — Тиана сощурилась. — Вот куда ты клонишь? Думаешь, я как она?

Витони смутился.

— Она?

Меня этот вопрос чересчур заинтриговал. Позабыв о такте, который возопил и требовал промолчать, я вмешалась в разговор.

— Давняя история, — отмахнулся Витони.

А Тиана злорадно добавила.

— Настолько давняя, что ты по-прежнему ездишь жить в город, чтобы прогнать хандру? Матушка ещё не косится на твои странные привычки? Или у тебя кто-то появился?

— Никого!

Показалось ли, но графский сын вспылил. Отложил суп, к которому почти не притронулся и собрался уходить, но я его удержала за рукав.

— Простите. Я не хотела.

Вит изумлённо приподнял брови. А я поспешила его отпустить.

— Это я начала неправильную тему. И мы, пожалуй, пойдём первые, а вы покушайте спокойно. Мы вам мешаем, не так ли?

О, чудо! Эльфийка поняла мой намёк и согласно кивнула.

Я с ностальгией посмотрела на половину бутерброда в своей руке. Отложила его на разделочную доску и первая собралась на выход.

— А меня никто не подождёт? — проворчала Оша.

— Мы снаружи постоим, цветочки поищем, — быстро нашлась я. Храбрость моя возобладала от маленькой победы над Ти, правда, положенного злорадства в этой связи я не ощущала. Скорее тревогу за то, что перегибаю палку. Ведь я третья лишняя в отношениях этой парочки. И всё равно, внутри словно колючий шар катался. Было неприятно смотреть, как эти двое препираются, будто сто лет женаты.

Вышла наружу и с удовольствием вдохнула вечернего воздуха. Птички поют, стрекочут сверчки. Цветочки благоухают. Благодать. А на душе тяжелый валун, не сдвинуть.

— Прости… — начали мы в один голос с Тианой.

— Я взяла на себя лишнего, — первая продолжила я.

— А я перегнула.

Эльфийка прошла вперёд и вдруг, резко обернувшись, схватила меня за руку.

— Идём, я тебе кое-что расскажу.

Молча позволила увести себя в поместье и только когда много минут спустя мы очутились в спальной комнате и Тиана заперла дверь, задала уточняющий вопрос:

— Неужели настолько секретно?

— У меня есть иная причина быть здесь, как и у тебя. А моё поведение с Витони — прикрытие. Мне нужно казаться здесь в доску своей. И только. Между нами ничего нет, поверь.

— М-м-м?

Округлости моих глаз наверняка сейчас позавидовал каждый четвертак королевства.

— Витони не любит женщин, а женщин-эльфиек на дух не переносит. Я небольшое исключение, потому что с той самой пигалицей мы были врагинями. Так и сдружились с ним в Велансисе, перемывая ей косточки.

Я молча внимала и не спешила перебивать. А Тиана немного смутилась, уточняя:

— Ты так странно смотришь на меня, потому что я где-то ошиблась? Неправильно объяснилась на вашем языке? Слово не то подобрала? Врагини — у вас есть это слово? Или тебя смущает выражение «свой в доску»? Хм…

— А, нет, ты правильно сказала, я лишь пытаюсь переварить услышанное.

Ти кивнула и продолжила:

— Таурия — имя той самой эльфийки, которая прилюдно втоптала чувства Витони в грязь. Она из старого велансийского рода консервативных взглядов, противящихся прогрессу. А отец Вита в душе изобретатель и не смущается высказывать довольно смелые идеи в широкой публике. Частенько мелькает в новостных свитках. В этом вся проблема. Витони не знал, что Таурия собиралась его унизить, а он признался ей в любви.

Когда до меня дошло, я скривилась, как от лимона.

Ох… Наверняка это было очень больно… унизительно… Но сейчас меня возмутило другое. Я укоризненно