Завидные невесты - Ева Финова

— Кто там живёт, известно?

— Да, сэр.

— Кто? — Пеппер недовольно подсказал продолжить. — Говори уже, не томи.

Но вместо ответа слуга полез в карманы пиджака и достал оттуда бумажку, развернул и только затем ответил, читая с листа:

— Некая Лара Брутти, Мэри Фитц, Тиарэлианна осоло дель Тарниэль и Огшра из племени Омш’Агор, сэр.

Закончив зачитывать, слуга облегчённо выдохнул и поднял взгляд. Посмотрел на хозяина, а он отчего-то широко улыбнулся.

— И это по-вашему проблема?

Старик хохотнул.

— Проблема будет у тех, кто повстречается им на пути.

— Простите? — слуга ничуть не понял слова хозяина. — Мы зря беспокоимся?

— Именно! — Пеппер недовольно помахал рукой. — Всё, можете идти и ложиться спать. Скажите только, где сейчас пребывают трое моих балбесов?

Смутившись, слуга понял о ком речь, но не спешил отвечать, потому что это означало бы согласие с господином, а значит — оскорбление чести и достоинства его детей.

— Ой, да говори уже как есть. Джульен и Этьен вернулись с дегустации?

— Да, они уже у себя в комнатах, — согласился мажордом

— А те двое?

— Сэр, мистер Равьен и Его милость Витони де Альетти не покидали поместья весь вечер. Правда, они навели лёгкий беспорядок на кухне. Но дежурная служанка уже всё убрала.

— Отлично.

Слуга с достоинством кивнул и собрался было уходить с чувством исполненного долга, однако был остановлен в дверях новым приказом:

— А знаете что? Я бы на вашем месте проверил всё столовое серебро и другие ценности, запертые под замком. Мало ли, эта четвёрка удумала совершить грабёж? — он задумчиво посмотрел на фотографию Клеппер, приговаривая будто самому себе: — Мало ли, что удумали эти чудачки. Ведь как минимум трое из них испытывают серьёзные финансовые трудности.

— Да, сэр. Как прикажете, сэр.

Лакей со вздохом открыл дверь, отчаянно стараясь подавить зевоту, однако был вынужден удивлённо приподнять брови, потому что на пороге стояла взъерошенная служанка.

— Вернулись, — шепнула она громко. — Те четверо. Бегом по полям. Вернулись только что. — Она немного помолчала, переводя дух. — Я-я их видела… и-и слышала, как они залезали в окно своей спальни.

Пеппер, конечно же, услышал разговор слуг и поспешил дать новое задание:

— Тогда отставить пересчёт столового серебра. Завтра проверьте на всякий случай, всё ли на своих местах. А сейчас можете идти отдыхать, время позднее.

— Спасибо, сэр, — в один голос ответило сразу двое.

Хозяин поместья с грустью откинулся на спинку кресла и возмущённо проворчал:

— И что эти четверо забыли в полях, когда главный приз спокойно спит в своей кровати? А они? Мои олухи уж слишком строптивы. Тоже мне, Гридж-Стоуны. Да я в их возрасте!.. — огуречный король умолк, румянец выступил на его щеках, когда он вспомнил приятные моменты бурной молодости.

— Клеппи, как же мы с тобой много успевали? А теперь? Я чувствую, будто разваливаюсь.

Встав из кресла, Пеппер громко ругнулся на самого себя.

— Старая рохля!

А немного помолчав, поспешил, наоборот, подбодрить.

— Ну ничего. Я ещё покажу этим неслухам, как меня разыгрывать. Пожелали они в войнушку поиграть с собственным отцом. Я им устрою веселье на всю оставшуюся жизнь! Позвали орчих и эльфиек, точно кто-то из них, другие бы не осмелились. Значит, будут сами отдуваться на завтрашних смотринах!

Старик злорадно хохотнул, глядя на любимую фотографию.

— Я же так много приготовил на завтрашний день, я тебе не говорил? Жеребьёвка, парад свиданий, смотрины, а вечером танцы. Ох, это будет уморительно просто! Вот увидишь.

Немного помолчав, старик добавил с грустью.

— А, ты этого не увидишь. Но я тебе обязательно обо всём расскажу, ладно? А сейчас, если позволишь, мне пора на боковую. Сложный день впереди и нужно быть во всеоружии, чтобы не позволить этим негодником сбежать в самый разгар представления, как сегодня.

Пеппер вздохнул.

— Теряю хватку, дорогая. Совсем старый стал. Эх…

Он миновал кабинет и шаркающей походкой, топая намеренно громко, прошествовал по коридору мимо спален тех самых неслухов, о плохом поведении которых ворчал перед фотографией Клеппер с таким усердием и скрупулёзностью. Но он и не подозревал, что все четверо сейчас тайно собрались в одной из гостевых комнат в конце коридора, чтобы с не меньшим интересом допросить одного виновника происходящего. А сам Этьен ничего и не подозревал и потому желание поговорить перед сном застигло его врасплох, но он не спешил расстраиваться, корчил невозмутимую мину и стоял в сторонке, позабыв о таких излюбленных занятиях, как карты или дартс. Сейчас он вёл себя тихо и намеренно не встревал в чужой разговор.

Глава 17.2

Едва в коридоре зазвучали шаркающие звуки, Этьен кивнул Джульену и тот встал у двери, перекрыл путь к отступлению одному конкретному лицу в этой комнате. Витони сидел у камина в любимом кресле старшенького и невольно улыбался каким-то своим мыслям.

— Так-с.

Старший из братьев Стоун порядком выждал времени и начал разговор о главном.

— Этьен.

— Да? — встрепенулся тот.

Плохое предчувствие всколыхнулось внутри, но он поспешил прогнать непрошенные мысли и наоборот улыбнулся.

— А вы знали, что среди конкурсанток затесалась репортёрша?

Он намеренно сменил тему, чтобы его ненароком не раскусили. Однако этим выпадом лишь усугубил ситуацию.

— О, как интересно! — Равьен притворно удивился. Джульен скрестил руки на груди. Хоть ему и было приказано не выказывать эмоций, он уже начал тихонько злиться и закипать. Потому что Лара, судя по всему, оказалась права. И это злило его ещё больше.

— Да-да, именно. Эта… как её, Мэри.

— Мэри? — Джульен приподнял брови, припомнив разговор с эльфийкой. — Из той четвёрки за соседним столиком?

— Именно.

— Ах они паразитки, — ругнулся любвеобильный братец. — Ну, я завтра с них спрошу…

— М-м-м?

Этьен злорадно ухмыльнулся. Но старший в этой комнате не позволил себя обмануть.

— Что ты делал в Истленде?

— Не понял, — рыжий братец ссутулился. Глаза его забегали по помещению. Пальцы он сцепил за спиной и поспешил унять дрожь. — Почему в Истленде?

— Не увиливай. Я знаю, что ты два дня назад ездил в город. Видел тебя в окно, просто не придал этому значение. А сегодня мне стало известно, что ты был в Истленде, а после твоего прихода выпускающий редактор совершенно неожиданно пожелал сменить заголовки.

— Это какое-то не-недоразумение, — вопреки желанию быть убедительным, Этьен запнулся и дрожью в голосе окончательно себя выдал.

А Витони заполнил возникшую паузу в разговоре философским замечанием:

— Чистосердечное признание облегчит твою