Русалочка с Черешневой улицы - Кейт Андерсенн

Однако, жизнь ведь состоит не из того, чтобы класть шкафы шеренгами…

— …и думал, что я не замечаю, как втюрился в мою невесту…

Но он любит базилик. Пишет стихи. Влюбился в неё, заслонил грудью тогда, на переходе, теперь… Невесту?!.

— …и все же… Я скучаю по нему…

Откуда взялась невеста?!

— … и всякий раз будто бы слышу, что бы Дерек сказал на это или то, как бы расхохотался, и все сосульки вон с той крыши бы посыпались…

Посыпались. Сосульки?.. Какие, тапком тебя дери, сосульки?! У Солнцева есть невеста!

— …хлопнул по плечу и сказал, что всё это — ерунда…

Решка вытянула свою ладонь и спрятала в собственный карман. Ссутулилась. Эрик остановился в недоумении. Спохватился:

— Прости, ты испугалась, должно быть… А я тут про своё… Ты в порядке, Русалочка?

Он попытался заглянуть ей в лицо, но Решка нырнула носом в шарф. Челюсть свело, в носу щекотно, горло першит, и в глазах мутно. Какой логичный конец сказке. В самый раз для Русалочки.

— Всё в порядке. Просто не пристало девушки руку в своём кармане носить, раз у тебя есть невеста. Не знаю, какие там у тебя порядки, Регенерация, но…

Эрик хлопнул себя по лбу.

— Решка! Да я вовсе не это имел в виду! Постой! — ухватил он её за рукав — до 67-го дома осталось не так далеко, Стрельцова собралась проделать этот путь в рекордно короткие сроки.

Она обернулась, едва сдерживая ярость: ведь знала, что так всё кончится! И ничего не смогла сказать, хотя хотелось спалить его ядом навеки. Чтоб не напоминал ей, какая она глупая гусыня..! Слёзы давили горло. Чтоб у такого парня, как Эрик, да не было невесты… Зачем он ей сказал тогда… что она могла бы быть его невестой, что должна его узнать?.. Решка сжала кулаки и отвернулась.

Эрик шумно вдохнул мороз сквозь зубы,

— Я же говорил тебе, что я не отсюда… Это всё осталось в прошлой жизни. Навязанный брак, обязательства… О, нет, нет! Я не успел жениться, к счастью. Это осталось далеко… Я не люблю Клер.

“А тебя — да”, - хотел он сказать, но почему-то не сказал.

Решка повела плечами, обдумывая его слова. И ответила устало всё так же — спиной:

— Ах, Эрик… не переживай. Мы ведь… даже не знакомы. Чего же я могу… требовать? Это ты меня прости.

Эрик схватил ее за плечи, развернул к себе, порывисто сжимая пальцы, встряхнул.

— Но я бы хотел… чтобы мы были знакомы.

Решка грустно улыбнулась.

— Я тоже…

Но что я знаю о тебе, герой-пожарный с невероятной регенерацией?

* * *

Часть 1. Глава 5. Незабываемый квартирник Васи Звёздного

Ночь рыдает и колдует

За открытым окном.

Тот, кого боятся люди,

Постучался в твой дом.

Канцлер Ги. Барон Самди.

* * *

Этой ночью Решка долго сидела на подоконнике, обхватив руками колени, и пялилась в туман, блуждающий между маковок уличных фонарей. Сначала она себя ненавидела за то, что так обиделась на “невесту” — значит, за одну неделю успела прикипеть к парню с неясным бурным прошлым. Потом — ёжилась и мурлыкала от воспоминаний о сказочном танце на льду под хрустальные мелодии виолончели. Ещё позже — прокручивала в голове полную отчаяния бездну в его глазах и речь о неутолённой жажде… А потом мысли затихли, прижали хвосты и улеглись спать. Решка же осталась сидеть и пялиться в туман.

Достаточно просто быть и дышать. А остальное… пусть катится лесом и идёт в баню.

* * *

Эрик и Нюрка благополучно дрыхли, и драгоценное утро оказалось в полном распоряжении Даши. О, как она любила эти часы! Когда весь мир еще спит сном праведных, а оттого словно на время исчез, замерз в некой неощутимой дали, и наконец ты получаешь в распоряжение немного вечности. Эта вечность — не такая, как ночная, бесконечная. Ты знаешь, что скоро она рассыпется в труху, и потому осознание того, что тебе удалось ухватить её за хвост… волшебнее.

Вчерашние расстройства словно губкой стёрли — ну, была невеста и была, ну нравится ей Эрик и нравится (кому он не нравится, выражаясь словами Нюрки), ну, он в нее влюблен и пусть влюблен. Жизни ведь это не мешает? Принимать решений не нужно? Никто никого не торопит. Время все расставит по местам, достаточно идти вперед и жить. Да… дышать и просто быть.

Решка на носочках скользнула за бутылкой с водой. Полила цветы один за другим, поправила листья маленького австралийского каштана. Когда-то его погрыз кот на другой квартире, но малыш из супермаркета не сдался, и теперь блистал великолепием в полметра.

Вот и своим внутренним садом если не заниматься, растворяясь во всем, что снаружи… то будешь как вот эта увядшая мята.

— Опять! — с досадой воскликнула Решка, прикасаясь к ее высохшим по краям листкам. — Какая жалость… Может, тебе мало воды?..

Нет, мяте не было мало воды — в поддоне еще пригоршня со вчера осталась. Может, мало солнца, но Даша не могла его создать из ничего: декабрьские пасмурности — они ведь вечны.

И если без солнца, без Солнцева, без Нюрки и остальных… без людей… без всего, что снаружи… то тоже увянешь.

— Просто Сцилла и Харибда, — покачала Решка головой с нервным смешком.

И от этой мысли не было грустно почему-то. Человек — он как сад, и вырастить можно в нем что угодно. А без сада и человека нет… И смысл ему жить в этом “снаружи”?.. И насколько же жизнь невозможна, интригующа, непостижима и великолепна.

Решка встрепенулась: будто искорка прошила ее от макушки до пяток. Замерла на миг, и тут же как была — в сорочке, халате и носках — запрыгнула с ногами в кресло и, открыв макбук, довольно щелкнула пальцами.

— Возможно гораздо больше, чем мы думаем, Старик, правда? — сегодня я была настроена мирно и мечтательно, а к тому же решительно — упасть носом в подушку сразу после ужина и видеть самые светлые сны.

— Абсолютная, — Старик тряхнул лохматой головой.

Я иногда поражалась — как ему удалось сохранить столько волос, в то время, как ни одного гладкого места на коже не осталось. Но Старик ревниво хранил свои тайны, и знала я о нем по-прежнему мало, но не это здесь главное.

— И как глупо полагать, что мы во всем разбираемся… — продолжала вещать я. Мне жутко нравилось, что к моим философиям Старик относился с полной