Ложь и прощение - Анна Кир

Ноги устали от каблуков и гудели, желание скорее оказаться в постели и забыться сном становилось невыносимым. Мимо проходили редкие прохожие: такие же измотанные и понурые. Похолодало пуще прежнего, по улочкам гулял промозглый ветер, шла третья неделя октября. Легкая морось укрыла щеки, делая и без того неудачный вечер еще хуже.

Я прижала к груди куль с сырым мясом и ускорила шаг. Пока бесцельно бродила по городу в расстроенных чувствах, совсем не заметила, как пролетело время. Явно перевалило за полночь, о чем намекала яркая полная луна, висящая высоко в небе. Её лик то и дело скрывали темные объемные тучи. Фонари здорово помогали, освещая дорогу ровным теплым светом.

Я остановилась и неловко переступила с ноги на ногу: идти мимо кабаков и «Белых птиц» — сомнительная затея. Ночью здесь много всякого сброда собирается, но с другой стороны, тратить час на путь в обход хотелось еще меньше. С губ слетело полупрозрачное беловатое облако пара и развеялось, когда ступила вперед.

Ветер задул под подол зачарованного платья, пуская мурашки по икрам. Я поежилась. Сбоку послышался заливистый смех и пьяные голоса. И самое неприятное — один из них я узнала.

За что мне все это? Неужели у Первого настолько плохое чувство юмора?

Обернулась, заранее зная, кого там увижу. Наши взгляды пересеклись на секунду или меньше, но этого хватило. Чарли меня заметил! Что там говорилось о везении? Его меня явно лишили.

— Софи! — Обрадовался парень, расплываясь в глумливой улыбке.

Я прервала зрительный контакт и побежала. Недостаточно быстро, к сожалению. Он вмиг преодолел малое расстояние, что было между нами и, ухватив за руку, развернул лицом к себе. Каблук соскользнул на мокром дорожном покрытии, лодыжку пронзила тянущая боль. С губ сорвалось шипение. Его друзья в стороне мерзко захохотали, а кто-то засвистел.

— Торопишься? — спросил он, оценивающе оглядывая с ног до головы. Меня передернуло, когда глаза задержались на обтянутой тканью груди.

Чувство опасности не сработало, будто кто-то отключил радар. А должно было, ведь подобная компания не грозила ничем хорошим. Но после всего, случившегося в последние три недели, я не находила в себе сил страшиться кого-то вроде Чарли. Это невозможно, когда видишься с настоящим монстром каждый день. А, может, внутри меня просто что-то перегорело, как старая восковая свеча. Ей вырвали фитиль.

— Не надо, Чарли, — сухо выдавила и посмотрела ему в лицо. — Мы закончили. Я не нужна тебе, а ты мне. Я, правда, не в настроении спорить.

Но он разозлился, небрежная улыбка исчезла.

— Не решай за меня, — выплюнул парень. Кадык на его горле дернулся. Я попыталась вырвать руку, но он лишь сильнее стиснул запястье. Не так как Джо. Тот применял силу, но от его хватки никогда не оставалось синяков. Я сжала зубы, чтобы сдержать болезненный стон. — Модное платье надела. У тебя же нет средств на этого модельера. Кто тебе его купил? Что ты за это сделала?!

— Прошу, отпусти, — сказала, заглядывая в синие, подернутые мутной пеленой, глаза. У меня не было сил на уговоры, на ругань, на то, чтобы удерживать вокруг себя достаточно крепкие стены.

Он фыркнул и пьяно ухмыльнулся.

— Парни, она хочет уйти! — Его спутники заулюлюкали.

— Неужели? — Из-за спины Чарли выглянуло небритое лицо возрастного мужчины. Я узнала его. Не помнила имени, но узнала. Матушка оказывала лекарские услуги его жене, но после смерти той он спился и проиграл большую часть состояния в карты. — Ого, да у тебя отменный вкус! — восхитился он, продемонстрировав ряд зубов, половина из которых нуждалась в лечении.

Я сморщила нос. Едва ли мне приятна похвала, что больше смахивает на оскорбление.

— Ишь какая, морду воротит, погляди, — хохотнул мужчина, придвигаясь ближе, и протянул влажную, блестящую от пролитого пойла и пота ладонь, но Чарли оттолкнул его, не давая возможности коснуться.

— Отвали, Никола. — Вздох облегчения сорвался с моих губ. Может, все не так безнадежно. Сейчас он одумается и отпустит. Всего лишь поглумится, теша свое эго.

— Идем, — недовольно процедил он, переплетая наши пальцы.

Я вздрогнула, сощурилась, смотря снизу-вверх, и опустила каблук на носок ботинка Чарли. Развернувшись, рванула прочь, слыша за спиной болезненный стон. И ведь почти удалось! Почти… потому что мне наперерез из переулка выступил незнакомец, перекрыв путь. От неожиданности я ударилась о него лбом и едва не упала. Мужчина не удержал смешок и, перехватив меня за плечи, повел обратно.

— Дружище, от тебя почти упорхнула птаха. — Вибрации его мелодичного голоса ощущались лопатками, проникали под кожу вредителями и скреблись так сильно, что хотелось тотчас отстраниться. Увы, пальцы на плечах держали крепко.

И снова это неуважительное «птаха». Будто нет женщин иных профессий.

— Дрянь, — процедил зло Чарли, встречаясь со мной взглядом. Во рту стало слишком сухо, точно разом испарилась вся влага, а вместо слюны — скрипучий песок. Меня затошнило. От запаха спирта, пота и женских духов. Вся их одежда буквально провоняла.

— Ну-ну, не пугай её так, а то и вправду сбежит, — хохотнул незнакомец. И шепнул уже тише мне на ухо: — Чего не советую, поверь, я быстрее. — Позвонки как будто сместились все разом, а по телу прошел жуткий озноб. Мне не понравился этот тон, похожий на урчание кота, не понравились его близость или аромат.

— Оставь её себе, Ширр, — наконец, выдавил Чарли, явно жалея, что вообще решил завести беседу со своенравной бывшей.

В моей голове что-то щелкнуло. Конечно, это могло быть совпадением, но я уже видела стоящего позади мужчину, его портрет порой появлялся в заголовках газет. Диас Ширр — единственный сын Советника Императора. Но что он забыл в подобном месте и обществе? Едва ли богатеи проводят время в дешевых борделях. Для них существуют куда более злачные места. Вопрос мне озвучить не довелось: Диас втолкнул меня внутрь здания. Позади лениво переговаривались остальные.

Когда двери раскрылись, я увидела обстановку: просторный зал с выкрашенными в белый стенами, уютные диваны, огороженные шторками и в отдалении — лестница, ведущая наверх к приватным комнатам. Играла ненавязчивая музыка, через каждые секунды три или четыре срываясь на хрип. Вее Шу стоит сменить мелодиафон[13], этот еще пару месяцев назад утратил часть своих свойств.

Мне уже доводилось бывать здесь раз. Матушка тогда приболела и не смогла доставить заказ, вот нас с Джо и отправили. Керри Шу оказалась ухоженной женщиной, выглядящей младше своих лет, её красота до сих пор сияла, не смотря на проявившиеся на